Император без трона (СИ) - Астахов Виктор - Страница 14

— Больше никакой поддержки! — взревел Карен. — На смерть!

— На смерть! — подхватил командира отряд.

Как и планировалось, Крог ринулся вперёд на острие атаки, навстречу солдатам барона. На сей раз среди их рядов виднелись и более тяжёлые пехотинцы, экипированные в латы с символом красного креста. Их защита была в разы более надёжной, нежели защита эльфийских воителей, что едва не уничтожили отряд на переправе через Кирк, а сомкнутый строй решал былые тактические ходы всякой эффективности. Однако теперь, даже несмотря на отсутствие должной защиты на теле орка, это был бой на условиях атакующих — тот рисунок сражения, к которому привык тра’вага за годы бесчисленных битв. Более ему не приходилось защищать никакую цель, враг сам шёл руки, а каждый метр свободного пространства превращался в потенциальный плацдарм для атак Ку’сиба.

Бандиты, с главарём коих договорился Карен за сутки подготовки к атаке, рассматривались исключительно как расходный материал, к коему ни Крог, ни Карен не испытывали никакого сострадания, а так же необходимый буфер, что позволит худо-бедно выровнять численный перевес имперских войск и устроить авангард атаки. Это понимал и Финн, но щедрый аванс в виде нескольких кристаллов драконьей крови и возможность пограбить баронскую резиденцию, заставляли главаря разбойников охотно следовать плану.

Заряженный магией воздуха чёрный клинок врубился в имперский строй. Солдаты вели бесхитростное наступление, планируя по излюбленной схеме выдержать натиск врага и раздавить его в контрнаступлении. Едва ли они могли предвидеть, сколь стремительным окажется их враг и что его единственный выпад сможет нанести страшную прореху в строю лишить бойцов всякой возможности на акцентированную контратаку. Копья и клинки засвистели в воздухе. Да, тра’вага получал урон, но те редкие удары, что достигали его толстой плоти, оказались не в силах нанести должного вреда, а подоспевшие бандиты и наёмники, что атаковали прямиком в пробитую брешь, развили атаку орка.

Размен вспыхнул с новой силой и вёлся на условиях атакующей стороны. Воздух затрещал от магических потоков и огненных сфер. Стрелки, выстрелы коих терялись в порывах магического ветра, завязли в сражении на стенах, а молнии, что раз за разом вырывались из кленового посоха, подавляли атаки арбалетчиков на стенах замка.

Постепенно строй солдат превращался в отдельные боевые единицы, что утратив всякий порядок, вступали в заранее проигранный размен. Бандиты «Папаши Финна» попросту давили числом, ввязываясь в отчаянную рубку. Наёмники под началом Карена, что значительно превосходили своих союзников, как качеством снаряжения, так и уровнем мастерства обходили врага с фланга, ставя солдат резиденции в крайне незавидное положение. Атакованные со всех направлений защитники попросту не находили ответа на действия врага. Порядок строя окончательно сошёл на нет. Чёрный клинок продолжал рвать воздух, превращая прочные латы в пропитанные кровью осколки, а безжалостно серый охотник рвал каждого несчастного, что пытался отступить или терял позицию. Ночь наполнилась агонией криков, лязгом стали и могучими заклинаниями, что озаряли тьму.

— К замку! Отступаем! — послышался крик одного из офицеров «Кровавого Креста», что продолжал удерживать строй. — Держать построение!

— Не уйдёшь! — послышался крик Папаши Финна. — Вперёд, братцы! Напомним этим чертям, как нашего брата в лесах прессовали!

Всё изменилось в единственный момент, когда замковые врата — защитное сооружение, что казалось нападавшим наиболее сложной преградой на пути, внезапно отворили скрепы.

Стражи сгруппировались. Однако вместо подкреплений из воителей, коих ожидал увидеть Карен, перед людьми предстала толпа совершенно иных существ.

Серая, будто обожжённая плоть, тощие ассиметричные конечности, искривлённые лица, изувеченные человекоподобные тела, разномастное вооружение и ярость, покоящаяся глубоко во впалых глазах. Иные существа представляли собой звероподобных тварей на подобии собак, а отдельные особи и вовсе выбивались из всякого описания привычных форм жизни, обзаведясь уродливыми щупальцами, парными конечностями и раздутыми гротескными участками плоти. Мутанты, выведенные с помощью магии крови, застыли вопреки своей саморазрушительной природе и боли, заставлявшей их рвать собственную плоть. Вместе с ними застыло и всё поле битвы, и фигура в чёрной рясе, что затаилась у входа в замок с посохом, сиявшим алыми переливами.

— Отходим! — послышался командный тон одного из офицеров ордена, адресованный оруженосцам. В отличие от новобранцев, он знал о тайнах, что скрывали подземелья замка и его барон. — К вратам! Сейчас же!

— Остановитесь! — вдруг воскликнул голос, доносившийся из рядов нападавших.

Спустя мгновение среди наёмников, поравнявшись с огромным орком, появился старый человек. Его длинную бороду уже давно охватила седина, некогда роскошная бордовая мантия превратилась в обноски, а на месте правого глаза красовалась повязка плотной ткани. В отличие от того добродушного волшебника, коего привыкли видеть окружающие, на сей раз на лице Шеймуса виднелся гнев. Костлявая рука с силой сжала кленовое древко.

— Это — то, ради чего вы сражаетесь? — прорычал волшебник. Офицер ордена затих. Чародей в тёмной плаще с любопытством повёл головой. — То, ради чего стоит проливать кровь? Демонические твари, созданные из тех, кого вы некогда поклялись защищать! Ваши друзья, родные и близкие! Посмотрите, что с ними сделало чудовище, что вы зовёте господином!

— Заткнись! — послышался рёв из-под офицерского шлема. — Отходим! Это приказ!

Фигура в тёмном плаще развела руки в стороны — мутанты безропотно расступились по сторонам, открывая дорогу ко вратам замка. Откуда бы ни черпал силы чародей, существа, выведенные в лаборатории, были полностью подконтрольны его воле. Однако, оруженосцы продолжали молчать, не реагируя на приказы командира.

— Вы, готовы умереть за это? — послышался последний вопрос со стороны Шеймуса.

Ответа не последовало. Офицеры бросились прочь, сквозь проделанную тропу, в то время как их бывшие товарищи продолжали взирать на ужасающих существ, наводнивших то место, что они защищали в последний год. Неужели этот волшебник, что несколько минут назад уничтожал их товарищей, говорил правду? Неужели всё это — проделки барона Фридриха Ханса Каствуда и его людей? В чём цель того ордена, что принял их в качестве новобранцев? Слишком много противоречивых вопросов охватило разумы людей. Что теперь они собирались делать? Ответ, как и всегда в случае с солдатами, был придуман за них.

Беглецы уже достигли половины пути, когда алое сияние посоха испарилось, и живая волна обезумевших существ рванула вперёд, повинуясь собственной натуре. Офицеры ордена, оруженосцы, бандиты и наёмники — им не было различия до принадлежности своих жертв, ибо каждый, кто вставал на пути порождений магии крови, превращался в их врага…

Приоритеты изменились. Все события, происходящие до сего момента, утратили былую значимость. Орда из полутора сотни обезумевших существ ринулась из замковых врат.

Первыми кто принял удар, стал отряд израненных в бою пехотинцев, что ранее сражались по обратную сторону баррикад. Хрипящие твари нещадно набросились на строй людей, впиваясь в тела и щиты лезвиями топоров, ржавых клинков и острием собственных когтей. Да, навыки мутантов оказались далеки от уровня имперских солдат и даже лиходеев Финна, но их число и бездумная агрессия с лихвой компенсировали этот недочёт. Доспехи и щиты позволили бывшим стражам резиденции выдержать стартовый натиск, но совокупность числа и жестокого давления стала решающим фактором. Волна осквернённых существ разорвала брешь, вырвавшись во внешний двор.

— Какого чёрта, Карен?! — завопил Финн. — Такого в уговоре не было!