Бумажные девочки - Смит Алекс - Страница 4

– Осторожно, – предостерег Кетт, понимая, что его слова не произведут на них никакого впечатления.

Девочки продолжали прыгать, и он снова вышел в коридор, где нашел маленький туалет под лестницей. Дом оказался крошечным, и Роберт выругал себя за то, что поверил фотографиям, размещенным в Сети. Фокусы, которые риелторы устраивали с рекламными проспектами, поражали воображение – съемки с низких точек и хорошее освещение. Это выглядело почти незаконным.

– Эви, – позвал Кетт. – Здесь есть туалет; я не хочу, чтобы ты совершила крещение нового дома.

– А мне уже больше не нужно, – крикнула она в ответ.

– Конечно, не нужно, – проворчал он. – Проклятье…

– Добрый день, компания «Шекли», меня зовут Дон, чем я могу вам помочь?

Молодой женский голос звучал предельно уныло. Мойра, услышав его, завопила: «Приветик!» – прямо в ухо Кетта, и ему пришлось поставить девочку на пол.

– Да, привет, – поздоровался он. – Меня зовут Роберт Кетт; я взял в аренду один из ваших домов, Моргейн-стрит, восемь.

– Вы знаете почтовый индекс? – спросила Дон.

– Нет, но я совершенно уверен, что у вас нет двух домов по адресу Моргейн-стрит, восемь… Так вот, мой ключ не подходит к замку.

Дон засунула в рот жвачку.

– Да ну, – возразила она. – Ключ должен подходить.

– Мне хорошо известно, что так должно быть, – ответил Кетт, стараясь сохранять терпение. – Обычно ключи подходят; в противном случае, зачем они нужны?.. Но не этот.

– Я могу прислать вам слесаря к концу дня.

– Мы уже вошли в дом. Но теперь нам нужен человек, который починит дверь.

– Вам не следовало входить в дом, – сказала Дон, и ее голос прозвучал монотонно, как у компьютера. – Вы должны были подождать…

– Дон, – прервал ее Кетт. – Позвольте мне еще раз представиться. Я – старший детектив-инспектор Роберт Кетт из столичной полиции. – Дон перестала жевать, позволив ему продолжать. – Нам нужно, чтобы дом стал безопасным уже к вечеру. Вы очевидным образом не выполнили свои обязанности агента по недвижимости. Если пожелаете, я могу начать расследование относительно гарантий защиты ваших постояльцев от самых разных неприятностей.

– Хм-м… – протянула Дон. – Я кого-нибудь пришлю в течение часа.

– Конечно, пришлете, – сказал Кетт.

Он дал отбой, пока женщина продолжала что-то говорить. Роберт не любил пользоваться своим положением, в особенности сейчас, когда делать это ему не следовало, но некоторые люди заслуживали, чтобы на них нагнали страху, а Скучающая Дон определенно принадлежала к этой категории.

– Эй, – позвал он, увидев, что Мойра поднимается по лестнице. – У тебя будет еще много времени, чтобы все исследовать, малышка.

Снова взял ее на руки, когда раздался телефонный звонок, и Роберт не глядя ответил, прорычав в трубку:

– Тебе лучше не связываться со мной, Дон…

– Можно подумать, кто-то осмелится, – ответил скрипучий голос, и Кетт встал по стойке «смирно». – Никто не станет связываться со старшим инспектором Кеттом.

– Сэр, – отрапортовал Роберт, едва не уронив сопротивлявшегося ребенка.

Он снова отпустил Мойру, глядя, как она на четвереньках, словно заводная игрушка, устремилась в гостиную, и слушая смех суперинтенданта Барри «Бинго» Бенсона. Знакомые трубные звуки внезапно вызвали у него ностальгию.

– Ты все еще за рулем? – спросил Бенсон.

– Нет, мы уже приехали, – ответил Кетт, воспользовавшийся моментом, чтобы расправить плечи. – Но у меня такое ощущение, что дорога заняла три недели.

– Не удивлен. Норидж – это задница нашей древней цивилизации, верно? Сморщенный анус на крестце Великобритании.

– Ну, это вы, пожалуй, загнули, – заметил Кетт, подойдя к входной двери и выглянув наружу через текстурированное стекло. – У нас есть два собора и около трех сотен пивных.

– Что покрывает потребности ваших базовых пищевых групп, – добавил Бинго.

Кетт услышал, как заскрипело кресло босса, и представил себе, как тот откидывается на спинку и кладет ноги на письменный стол. Суперинтендант Бенсон получил свое прозвище после того, как его однажды, в субботу вечером, вызвали на тройное убийство в Энджел-Айлингтон, а он забыл снять галстук-бабочку и миниатюрный микрофон для бинго. Выяснилось, что так он расслаблялся, – обладая идеальным баритоном, прекрасно подходящим для игровых залов бинго[1]. Очевидно, его обожали пожилые леди, и не только они. Бенсон являлся одним из лучших суперинтендантов в столичной полиции.

– С детьми всё в порядке? – спросил Бинго. Кетт повернул телефон так, чтобы тот услышал крики, доносившиеся из гостиной. Суперинтендант рассмеялся. – Невозможно определить, веселятся они или их подвергают пыткам.

– Они веселятся, – ответил Кетт. – А пыткам подвергают меня. Но в целом они в порядке. Я думаю, переезд будет им полезен. Просто должен.

Бинго вздохнул.

– Да, так и будет, – подтвердил он. – И для них, и для тебя. Ты получил отпуск по семейным обстоятельствам, Робби; тебе нужно время, чтобы прийти в себя и исцелить семью. А в Лондоне это невозможно.

Кетт кивнул.

«Не спрашивай, – сказал он себе. – Не спрашивай». Это был приказ, однако он все равно задал вопрос:

– Есть новости?

– Ты знаешь не хуже меня: как только мы что-то услышим, я сразу позвоню тебе. – Бинго откашлялся. – Если она еще жива, мы ее найдем.

В его ответе содержались ключевые слова, подумал Кетт. В первые несколько дней они говорили: «Мы вернем ее домой». В следующие недели: «Не беспокойся, она появится». Роберт знал, что рано или поздно услышит слово «если», только не ожидал, что это произойдет так скоро. Четырнадцать недель – совсем небольшой срок.

И в то же время бесконечный.

Казалось, Бинго осознал свою ошибку.

– Мы ее найдем, – проговорил он. – Позволь нам позаботиться о Билли. А ты займись собой и детьми.

Кетт услышал шуршание – Бинго поглаживал усы; он всегда так поступал, прежде чем сделать важное заявление. Эта деталь его выдавала. Он мог быть очень хорош в бинго, но в покер ему играть не следовало.

– Что? – спросил Кетт.

– Я говорил, что сейчас тебе не стоит работать, – сказал Бинго. – Но раз уж ты там, я хотел бы попросить об услуге.

Он продолжал что-то говорить, но его слова потонули в карнавале шума, доносившегося из гостиной, – все три девочки танцевали конгу и маниакально хихикали. Роберт показал рукой, что им следует перейти на кухню.

– Извините, сэр, вам придется начать заново.

Бинго рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

– Я сказал, что нуждаюсь в твоей помощи. Вчера в Норидже пропали две девочки.

Кетт нахмурился. Информация о двух пропавших девочках не была материалом для первых полос, с такими проблемами обычно справлялось местное отделение уголовных расследований.

– Обе занимались доставкой прессы, – продолжал Бинго. – Обеим по одиннадцать лет. Их похитили, когда они развозили газеты.

Кетт почувствовал покалывание в спине, и внутри у него все похолодело.

– Похищение? – уточнил он.

– Да, мы так считаем, – со вздохом ответил Бинго. – Суперинтендант, возглавляющий расследование, весьма компетентен, он… необычный парень, – но это дело выходит за рамки возможностей его команды. Норидж – тихое место. Они нуждаются в помощи.

– Я думал, у меня отпуск, – сказал Кетт, и ему показалось, что он слышит, как Бинго пожимает плечами.

– Твое заявление все еще лежит на моем столе, – ответил суперинтендант, – но я его пока не подписал. Пожалуйста, Робби, просто зайди к нему и представься. Он будет рад.

Кетт тяжело вздохнул и посмотрел мимо винтовой лестницы на девочек, разгуливавших по кухне; Мойра, задирая толстенькие ножки, пыталась взобраться на стул. Существовал миллион причин для отказа, и три из них находились прямо перед ним. Четвертая – последнее дело о пропавших людях, единственное в его карьере, которое он так и не смог довести до конца.