Dark Story (СИ) - Блюхер Александр Васильевич - Страница 18

— Это слова! Я не хочу отпускать тебя. Я приказываю вам остаться Олаг! Я требую этого!

— А как же рыцарский обет, который я дал, как же Алый цвет Последней Зари. Это тоже слова. Я поеду за королевством, я привезу его и подарю одной маленькой принцессе с симпатичными мышиными зубками.

— С какими зубками?

— С мелкими мышиными зубками.

— Это значит я мышь, господин Олаг?

Узкий клинок как живой вылетел из ножен и нарисовал в воздухе замысловатую фигуру.

— Я тебе покажу, какая я мышь.

— Ирис!

— Защищайтесь рыцарь!

Зазвенели, скрестившись, клинки. Но ненадолго. Через минуту меч Ирис разочаровано запев отлетел на несколько шагов, а сама девушка оказалась прижатой к нагретому солнцем стволу дерева.

— Сдаёшься?

— Попробовал бы сам сражаться в платье!

Удивительные, чуть оттянутые к вискам глаза говорят совершенно о другом.

— Не уезжай — подтверждают просьбу губы.

— Я не могу Ирис. Не могу остаться ради тебя самой. Я не хочу, что бы ты разочаровалась, что бы злилась на мои неудачи. Другой может быть, посчитал меня глупцом, и воспользовался минутным счастьем. А я хочу, что бы мы любили друг друга вечно. В моём мире было очень страшно Ирис. Там умерли почти все чувства, там любовь уродливая и упрощённая, а тут я просто живу этим чувством, я купаюсь в нём и я очень боюсь его потерять. Ужасно боюсь.

— Всё будет хорошо. Не уезжай.

— Я очень скоро вернусь.

— А если я полюблю другого.

— Значит, ты не любила меня.

— Бог накажет тебя, за твою гордость!

— Нет, Бог видит моё сердце.

— Думаешь, у него хватает времени, заботится обо всём.

— Хватает! И ещё остаётся. Знаешь ли, моя маленькая принцесса, у него в запасе целая вечность.

— А у тебя?

— Я не Бог.

Ирис оттолкнула Олега и гордо сверкнула глазами.

— Делай то, что решил. Ты думаешь только о себе. И если Бог видит твоё сердце, то он видит и твою гордость. Мне не нужна твоя любовь Олаг. Возвращаемся в замок.

— Ирис!

— Оставь ненужные разговоры.

В замок возвращались в полном молчании. Ирис, гордо выпрямившись в седле не обращала внимания на Олега. А тому оставалось только вздыхать, да украдкой поглядывать на свою избранницу.

— Всё равно надо ехать. — с тоской подумал Олег — Барон прав. Я прятался от своего мира, и проиграл. Если я снова спрячусь, то проиграю уже не один, но ещё погублю это чудо, свою принцессу. Надо ехать, но надо молиться о том, что бы быстрее вернуться обратно.

Когда они въехали в ворота замка, Ирис молча бросила поводья конюшему, и спокойно ушла, оставив Олега стоять посреди двора. Среди телег обоза, с которым через два дня Лайан и его солдаты выступали в Хеород, столицу Алонии. Шаркая ногами по каменным плитам, Олег грустно пошёл в сторону башни. Ему очень не хотелось возвращаться в свою комнату, но надо было закончить сборы. Завтрашним днём Олег рассчитывал быть далеко от Краддара.

Поднявшись в комнату Олег подошёл к окну из которого он в первый раз увидел Ирис и почувствовал как заныло сердце.

— Может остаться, — пришла трусливая мысль. — Это действительно глупо бросать девушку, которая тебя любит ради глупых амбиций. Уезжать от любви, предавать её. Убивать своими глупыми рассуждениями.

Что-то шевельнулось у бедра. Олег вздрогнул и посмотрел вниз. Лунный луч, всего лишь зацепился за скамеечку для ног. Олег вытащил из ножен оружие, и несчётный раз полюбовался им.

— Глупец я? — спросил Олег у меча. И тут же блеснули в солнечном луче древние руны, заявив гордо:

— Смерти нет!

Шумно вошёл в комнату барон. Принеся с собой запах стали, и лошадиного пота.

— Как прошёл разговор.

Олег пожал плечами.

— Рана заживет. — Барон, подошёл к столу, на котором было свалено снаряжение Олега. — Ты не взял арбалет?

— Я плохой стрелок. Зачем таскать бесполезную вещь.

— Я имею в виду твой, громовой арбалет, с которым я нашёл тебя в лесу.

Олег улыбнулся.

— В этом мире это самая бесполезная штука, которую только можно представить.

Олег с тоской посмотрел на барона.

— Как Ирис?

— Плачет. Я сам виноват, — барон уселся в кресло жалобно заскрипевшее под ним. — Избаловал девочку.

— Вы никогда не рассказывали мне про мать Ирис.

— Вернёшься, расскажу. Не люблю копаться в прошлом. Ты надолго думаешь уехать.

— Не знаю.

— А ведь я пришёл, уговаривать тебя остаться.

— Что?

— Вот представь себе. Может я не прав старый дурак. Может не надо ничего выдумывать. Девочка была бы счастлива и ты тоже. А я гоню тебя за подвигами в никуда.

— Это не вы гоните меня барон.

— Так ты не останешься.

— Нет. Я не могу больше прятаться. Я должен пройти этот путь. Не знаю, чем он закончится. Но я очень надеюсь, слышите барон, я верю, что она будет ждать меня. Я должен стать сильным, я должен шагнуть по дороге света и не цепляться за свою любимую нору. Иначе — Олег посмотрел в окно. — Иначе я погублю Ирис.

Ночью Олег не спал. Раз начав молиться, он теперь часто обращался к Богу.

Олег не боялся путешествия в пока ещё таинственный мир. Он боялся струсить и остаться за надёжными, уютными стенами замка.

— Плачет. — Олег потёр рукой переносицу. — Надо же плачет гордая Ирис. Будущая принцесса.

Скрипнула дверь, застыло на половине удара сердце. Опять ворох мехов, а над ними заплаканные удивительные глаза.

— Не смотри на меня! Отвернись.

— Как скажешь принцесса.

— Я знаю, что ты уедешь. Ты дал слово, а слово рыцаря дороже женских слёз.

Зашуршал шёлк одеяла и Олег замер от прикосновения тела девушки. Сердце вообще потерялось, заметавшись между рёбер, а потом провалилось куда-то в желудок.

— Я хочу, что бы ты помнил меня, всегда — шепнули губы Ирис. — Что бы ни одна женщина не смутила твоё сердце в дальней дороге. Я хочу, что бы ты знал, кто тебя ждёт. Зажги всё, что может светиться, ты должен запомнить меня и помнить пока не увидишь снова. И ещё мой Алый рыцарь я должна признаться тебе, что ты первый мужчина в моей жизни.

И плыла над замком ночь. И боялся Олег, что всё это ему снится, потому что не может быть на земле подобной красоты, потому, что никогда не верил он в чудеса и никогда не любили его принцессы. Перестала быть страшной ночь, а тени по углам казались добрыми и мягкими. Ушли, убежали кошмары из комнаты, где в беспорядочно разбросанных мехах царила вечная сказка.

Глава 15

Всадник стоял на холме и с грустью смотрел на замок казавшийся отсюда таким маленьким. Всадник был одет в грубую чёрную куртку из плотной кожи, такие же штаны и высокие, облегающие ногу сапоги на шнуровке. Шлём и лёгкая кольчуга, лежали в перемётных сумах. Олег собирал вещи в тусклом свете начинающегося дня. Аккуратно упаковал всё необходимое, повесил на пояс Лунный луч, с другой стороны пристегнул кинжал. Рассвет прокрадывался в комнату, ничего кроме разбросанных мехов постели не напоминало о сказочной ночи. Ирис ушла неслышно, пока Олег спал. Ушла стыдливо унеся шёлк одеял со свидетельством своей невинности. Ушла.

Конь запрядал ушами и переступил с ноги на ногу. Олег с грустью вспомнил как собравшись он бросился к постели и упав в неё лицом плача вдыхал запах Ирис, как хотел броситься к ней в комнату, стучать кулаками в дверь, кричать, что остаётся, что не может без неё. Вспомнил как боролся с собой, как спотыкаясь брёл в конюшню седлать коня.

И вот теперь с пригорка он смотрел на замок. Самый прекрасный замок на свете.

— Я вернусь Ирис. Я вернусь, так быстро, что ты не успеешь даже, соскучится.

То ли показалось Олегу, то ли на самом деле мелькнуло среди зубцов стены чёрное с серебром платье его принцессы. Скрипнул зубами всадник и затосковал. Потом дёрнул поводья и проворчав ни в чём не повинному коню: — Ну, чего встал!

Поскакал по дороге прочь. Ветер обдувал лицо, высушил глупые слёзы и опять принёс собой горьковатый, странный запах этого мира. Топот копыт коня заставил крестьянина с телегой сойти на обочину и на всякий случай поклониться вслед промчавшемуся всаднику. Мало ли чего, может королевский гонец, если не поклониться можно и плетью за непочтение получить. Бог наш, Сущий и Единый, тяжела жизнь. Белка, на секунду замерев, напуганная стуком подков, выронила шишку, и бросилась вверх по стволу дерева завиваясь винтом. Мир принял в себя странника, мир ожил вокруг него.