Брат и Брат 2 - Балабанов Алексей Октябринович - Страница 6

– Ты, Степа, не бойся. Мы тебя не тронем. Ведь ты поможешь нам?

Степа с готовностью кивнул.

– Ты сам-то кто?

– Режиссер.

– Я вообще-то режиссеров не люблю.

– Да пидоры они все, – зло сказал первый.

– Но я тебе обещаю, тебя здесь никто не тронет. Ты успокойся. Хорошо? Ты ведь гостей ждешь? Правда? Какой у него номер трубки?

– 920-16-40, – с готовностью ответил Степа.

– Вот я сейчас наберу его, а ты скажешь, что тебе надо на два часа срочно уехать. Куда ты можешь уехать?

– На съемки.

– Вот, на съемки. А здесь будет Данила. Данила – это я. Он встретит, и все такое. А я через два часа приеду. Понял? Все хорошо сделаешь? Ведь правда?

– Если что не так, сука, я тебе в глаз выстрелю, – сказал первый бандит. Он по-прежнему нервно ходил взад-вперед, как тигр в клетке.

– Заткнись, урод! – тихо сказал Данила. – Ну, давай? – снова обратился он к Степе и набрал номер. – Только не волнуйся!

– Аллё, Ваня! Это Степа! Слушай, мне надо на два часа отъехать на досъемки! Тут будет Данила, он тебя встретит… Что? Слышно плохо… Стажер мой. Да, классный… Что? А, ладно… Ну, до встречи!

– Вот и хорошо. А я слово держу.

– Он сказал, что будет не один, – сказал Степа, доверчиво глядя на Данилу.

– Блядь! Говорил я, гнилое дело, – воскликнул первый бандит.

– Заткнись, я сказал, – и после паузы: – Значит, так. Слушай мою команду. Я встречаю. Что бы ни случилось, не выходить. За него, – Данила кивнул на Степу, – головой ответишь, – сказал он, обращаясь к маленькому, который по-прежнему спокойно сидел в углу.

– Кто там? – спросил Данила.

– Свои, – крикнули из-за двери.

Данила щелкнул замком.

– Иван, – сказал телерепортер, бесцеремонно входя в прихожую. – Степа вернулся?

– Не… звонил только, – пробубнил Данила, ошалело глядя на шумную толпу музыкантов, ввалившихся вслед за Иваном.

– Борис, – сказал Гребенщиков.

– Данила.

– Привет, – сказал Бутусов.

Остальные что-то говорили, но он не слышал. Многих он узнал по фотографиям, многих не узнал. Кто-то сунул ему пакет с бутылками.

– Поставь в холодильник.

– Ботинки снимайте! – крикнул Иван. – А то Степа повесится.

– Сюда проходите! – позвал Данила и открыл дверь в гостиную.

Бутусов по-хозяйски присел к музыкальному центру, выбрал CD и поставил.

– Тащи стаканы, чего стоишь? – крикнул Иван. Настя уже доставала что-то из холодильника. Данила принялся суетливо рыться по ящикам.

Когда грохнула музыка, шишкоголовый бандит вздрогнул и прошел к двери, держа наготове пистолет:

– Вот, блядь, попали, – сказал он и истерично заходил по комнате.

Степа с заклеенным ртом испуганно смотрел на него.

– А правда говорят, что Иван с вас деньги берет? – робко спросил Данила Настю Полеву.

– Да нет, ты чё… Он товарищ наш еще по Свердловску, – сказала она и потащила какую-то закуску в комнату.

Данила понес стаканы.

В комнате дело шло полным ходом. Открывали пиво, бутылки. Многие расселись на полу. Орала музыка. На Данилу уже никто не обращал внимания. Он присел к столу и, глупо улыбаясь, смотрел. Потом встал и вышел.

– Сколько их там? – спросил первый.

– Человек десять. – Данила что-то соображал.

– Надо валить всех пидоров и сваливать. Три ствола у нас. Отход есть.

– Да. – Даня выдержал паузу. – Сидите тихо, – и вышел. В коридорчике достал свой самодельный, проверил барабан и встал на пороге гостиной.

– Данила, давай к нам, – позвал уже пьяный Иван.

– Сейчас я, – сказал он и снова вышел.

– Ну что? – спросил нервный.

– Идем! Пушку дай, проверю.

Нервный протянул пистолет.

– В патроннике? – спросил Данила и, не дождавшись ответа, выстрелил в маленького. Тот сразу упал.

– Аа… – только и успел сказать нервный и тоже упал как подкошенный.

Степа дернулся, безумно выпучив глаза.

– Тихо, тихо, тихо, – сказал Данила, присев к нему. – Мы же договорились.

Он достал у нервного телефон.

– Позвони себе домой, спроси Ваню и скажи, что задержишься. Хорошо? – Данила освободил рот и развязал Степе руки. – Все, все кончилось. Проблемы будут теперь только у меня. Если мне поможешь, никто и не узнает. Ведь это ты должен был так лежать. Спросят, скажешь: все как обычно. Пришли, погудели и ушли. Никого не видел. Хорошо? – Степа обалдело кивнул. – Ну вот. Я вообще-то режиссеров не люблю. Но ты ничего, хороший парень. И друзья у тебя…Слушай, а у тебя «Крылья» «Наутилусов» есть?

– Есть.

– Будь другом, подари.

– Конечно, – Степа с готовностью кивнул.

– Ладно, ты звони, а я пойду с ребятами еще немного посижу.

Данила со Степой выгрузили в один из заброшенных склепов трупы бандитов.

– Пойдем выпьем.

– Ну, я поеду? – робко спросил Степа.

– Спасибо. – Данила крепко пожал ему руку. – Ты извини, что так вышло. Даст Бог, встретимся.

Степа кивнул и быстро пошел к воротам кладбища.

Они сидели у костра, вокруг которого привычная гофмановская компания не торопясь пила водку.

– Это мой друг Степа, – представил Данила. Гофман налил полстакана и молча передал Степе. Тот выпил половину и передал Даниле. Данила выпил и вернул Гофману стакан. Помолчали.

Степа ушел.

Данила выпил еще.

– Ну, чего ты смотришь? Я людей хороших спас. Вот и этого дохляка спас.

Немец опустил глаза и поковырял палкой в углях.

– Бог тебе судья.

– Немец! Ты похорони их по-человечески… Ладно?

Света открыла дверь. На пороге стоял Круглый. 3а ним топтались двое бандитов.

– Здравствуй, – он улыбнулся.

– Привет, – она все поняла сразу.

– Муж дома?

– В командировке.

– Мы зайдем ненадолго. А то как-то не по-русски, – сказал он, входя.

Она отступила.

Бандиты вошли следом, Одни остался у двери, а Круглый прошел в комнату.

На полу по-прежнему лежали вещи, разбросанные Данилой.

– О! – Он оглянулся и внимательно посмотрел на нее, потом поднял многохвостную плетку. – Я говорил: не обманывай мужа. – Он улыбнулся.

Здоровый бандит двинулся к ней.

– Ну, хорошо. – Она отступила к кровати. – Я правда не знаю, где он живет и что делает.

Круглый внимательно смотрел на нее, похлопывая плеткой по ладони.

– Да, он провел у меня два дня. Но он сам меня нашел. Я правду говорю…

– Хайль Гитлер, – Круглый улыбнулся.

Диск лег в гнездо плеера и мягко вошел внутрь. Ударила музыка.

Данила прошел по набережной и свернул во двор своего дома. Краем глаза он заметил человека в плаще, неестественно быстро идущего прямо на него сбоку. Одновременно с тем, как человек поднял руку с пистолетом, Данила рванулся в сторону. Пуля ударила в плеер. Музыка оборвалась. Данила закатился за крыльцо, быстро достал свой самодельный и несколько раз выстрелил. Человек упал. Данила посмотрел на разбитый плеер и выругался. Человек кряхтел и корчился в грязи. Данила быстро прошел мимо и вышел в переулок через проходной двор.

Света сидела на кухне и проникновенно пела русскую народную песню. У нее был сильный чистый голос. Пела она очень хорошо. Перед ней стояли располовиненная бутылка водки и стакан. Лицо было сильно разбито. На открытых руках алели кровоподтеки.

Он встал на пороге, она увидела его, но не обратила внимания.

– Ты сука! – Он шагнул вперед, наотмашь выбил стакан, который со звонким хлопком разбился о стену.

– Ну, ударь меня! Ударь! – крикнула она, подставляя лицо. – Давай! Крутой… Ты же не пробовал? А вдруг понравится!