Повелитель драконов (СИ) - Пономарев И. В. - Страница 5

Спешно пройдя по длинному вестибюлю, мы подошли к дверям во двор коллегии. Эолина открыла двери, и тут позади меня послышался молодой голос.

— Архимаг! Архимаг! Подождите!

Я повернулся. Это был Силезирен — учитель алхимии, который пришел на замену покинувшему коллегию старому алхимику. Он был одет в черный меховой балахон, на поясе которого болтались разные мешочки и склянки, которые звенели, когда тот шел. Его козлиная бородка черного цвета прикрывала блестящий медальон.

— Что за ужас там произошел? Вы не знаете, архимаг? — спросил он, подойдя к нам.

— Катастрофа, Силезирен. Скорее, надо помочь людям! — ответил я и отвернулся от него побыстрее, пока он в силу своей привычки не стал болтать.

Эолина вышла на улицу. Я и Силезирен выбежали за ней.

По обеим сторонам от булыжной дороги, которая соединяла разные постройки двора, стояли горящие огни. Прямо перед нами выросла высокая статуя Тарсану Залдеру, на деньги которого и была выстроенная основная часть коллегии, обращенная к нам спиной. Мы ринулись к статуе. Сильный ветер и снег, валящий крупными хлопьями, мешали идти. Очертания высокой стены, окружающей коллегию от города, едва были видны.

— Сопроводи учеников во внутренний зал, — обратился я к Эолине пока мы бежали.

— Архимаг, смотрите! — крикнула она и указала в сторону стены, что выходила на море. Сквозь метель там просматривалась дыра: стена, похоже, обвалилась в море.

— О, боги! — ахнул Силезирен. — Там же никого не могло быть?

— Надеюсь, — ответил я. — Там, к счастью, нет жилых корпусов.

Понимая, чего могут стоить минуты промедления, я изо всех сил бросился к воротам. Эолина двинулась за мной, а Силезирен, видимо, остался подле статуи.

Толпа, собравшаяся у ворот, расступилась, когда мы с Эолиной приблизились. Гомон утих. Огибая взглядом столпившихся преподавателей и учеников, я пытался найти Альборна — моего верного соратника и старейшего учителя в коллегии. Он был управителем всех дел коллегии, пока меня не бывало на месте, что происходило очень часто.

Но в толпе я не смог его найти: мешал валящий снег. Пока я тщетно пытался отыскать Альборна кто-то взял меня за руку. Я вздрогнул и моментально взглянул на того, кто это сделал. Это была Каролина — преподаватель иллюзии, она как раз выбралась из толпы. Ее выражение лица было мрачным, впрочем, как и у всех, кто стоял тут.

— Вы вовремя! — сказала она. — Альборн уже собрал нескольких старших учеников и отправился на подмогу. Нам он сказал оставаться тут.

— Хорошо! — ответил я и обратился к учителям и ученикам. — Кадир, Кармиллион, Алора, Мира, Анэрол, Кальнор и Менестерион! Берите старших учеников и за мной! Надо помочь расчистить завалы, попытаться найти уцелевших и помочь раненым. Остальные, следуйте за Эолиной и старайтесь не приближаться к стенам со стороны моря, там все еще может быть опасно.

Все стали собираться, толпа зашевелилась. Я же пока направился к воротам.

С ужасом я взглянул на место, где когда-то стояло целых пятнадцать домов, среди которых были и простенькие деревянные избы, и приличный особняк купца торговой гильдии и почитаемого горожанина — Балдрсона. Стояла ночь. И горожане сидели по домам в тепле очага, когда произошла катастрофа. От осознания произошедшего бросало в дрожь.

— Архимаг! — окликнул меня грубый на слух голос Кадира с остатками южного акцента. Смуглая его кожа казалась чем-то удивительным тут, на далеком севере. — Мы готовы, но…

— Мы не нашли Миру, — взволнованно продолжил Менестерион.

— Она могла пойти с Альборном? — поинтересовался я и уже стал переживать. Мне вспомнилась обвалившаяся стена.

— Нет, — ответила Алора. — Мне кажется, она уходила в город после вечерней трапезы.

— Тогда вперед! — скомандовал я. — Будем надеяться, что она не пострадала.

Я отворил кованые ворота, и мы ринулись по главной и единственной улице Колдрамма к тому месту, где произошла катастрофа.

В городе стояла суматоха и паника. Старушонки и женщины с детишками, стоя на коленях и смотря в сторону обвала, рыдали навзрыд и стонали. Мужики и стражи собирались подле спуска в низину, видимо для того, чтобы разгребать завалы. Я оставил нескольких учеников подле детей, женщин и старушек, а остальных повел к спуску, где собирались отряды. Но на половине пути, прямо возле княжьего чертога, нам повстречалась группа дружинников, окруживших кого-то или что-то. Рядом же стояло еще трое дружинников, и держали троих моих учеников, заломив им руки. Я отдал командование Менестериону, а сам бросился к схваченным ученикам.

— По какому праву вы держите этих юношей? — грубо закричал я на дружинников. — Все они под моей протекцией!

— Архимаг, — стал лепетать один из чародеев, — скорее, Альборн и Мира… — он не смог договорить. Дружинник, видимо сильнее заломил ему руки и поэтому тот издал вопль боли.

— Молчать! — добавил вояка после. — Эй! Тут архимаг заявился!

Дружинники, стоявшие до этого ко мне спиной, повернулись и немного расступились так, что, наконец, стало видно, происходящее тут.

В центре этого действа на холодной земле лежала Мира. К ее горлу был приставлен клинок. Приставлен он был, на первый взгляд, дряхлым стариком, еле державшимся на ногах. То был князь Магнус. Князь был облачен в кирасу, на которую была надета меховая шуба. Его седая борода доходила бы до середины груди, если бы не развивалась на ветру. Лысая его голова была настолько гладкой, что отражала колышущиеся языки пламени факелов, что держали дружинники. Он смерил меня своим грозным властным взглядом.

— Ага, — заговорил он грубым голосом. — Вот и явился сюда виновник всех бед!

— Магнус, одумайся! — завопил Альборн, который также был тут. — Там же люди. Надо им помочь!

— Конечно там люди! — заревел князь. — А из-за кого они там оказались? А? Из-за вас, проклятые маги! И из-за этой твари, дерасово пекло! — он помахал мечом возле Миры. Она в истерике плакала.

— Князь, я ничего не делала! — завопила она сквозь слезы. — Архимаг, ну хоть вы! Я пыталась… только помочь.

— Кому ты помогла, дрянная ведьма, уничтожив половину города?! — взревел Магнус и наступил сапогом на Миру, она истошно завопила от боли.

— Довольно, князь! — не стерпел я и спихнул Магнуса с Миры. — Прекратите этот балаган! Пострадали люди, прежде нужно подумать о них, не время искать виновных.

— Ты заступаешься за нее? Тоже причастен к этому? Все вы дерасовы маги заодно! Схватите его немедленно! — скомандовал князь, и мне тотчас заломили руки двое дружинников. Он просто покраснел от ярости. Она затуманила ему рассудок.

Магнус поднес клинок к моему лицу.

— Маги с башни не дали мне избавиться от коллегии и твоих прихвостней, что досаждают городу. Но сегодня у меня появился повод!

Магию применять было нельзя, это только бы подлило масла в огонь. Поэтому я решил достучаться до разума этого старика.

— Чего вы добиваетесь, князь?

— Справедливости. Мне, как и всем в городе, надоело жить в страхе из-за криворуких магов!

— Князь, вы стоите тут, пока гибнут под завалами ваши люди, вы понимаете это? — добивался я. — Отпустите Миру, Альборна, моих учеников и меня! Мы поможем спасти хоть кого-то.

Князь опустил клинок. Он тяжело дышал, изо рта вырывались клубы пара. В этот момент мимо Менестерион провел процессию из женщин с детьми. Дети плакали, скорее всего, из-за страха, матери держали слезы, надеясь на лучшее. Пока князь был в замешательстве, из процессии к нам вылетела растрепанная женщина, наскоро укутанная не то шубенкой, не то одеялом. Она подбежала к Мире и обняла ее.

— Ты чего это баба? Совсем ополоумела? — пришел в себя князь и стал кричать. — А ну! Поди прочь!

— Княже, да ты чаво?! — залепетала женщина осипшим, видимо от рыданий, голосом. — Чаровница эта спасла меня и дитятко мое. Мы же в избе сидели, кода вся эта чертовщина началася. Думалось мне помрем мы, да слава Десяти, чаровница избу то удержала и я с дитятком выпрыгнуть успела.