Дети за куполом (СИ) - Рован Ирина - Страница 37

По площади снова пробежала и притихла волна шума. Марк сквозь своё ограждение ощущал нарастающее беспокойство: наверное, какая-то часть была его собственной.

— Поэтому, — выкрикнул, перекрывая гомон, Ликтор, — чтобы вы убедились, что мои слова не расходятся с делом и решительные действия начинаются прямо с настоящего момента, я приговариваю этого рена к казни.

Мгновенно — Марк не успел осознать значение последних слов, да и вряд ли кто другой успел — лидер повстанцев выхватил из-под мышки человеческий огнестрел — металл блеснул в свете весеннего солнца — и выстрелил.

Из человеческого оружия. У всех на глазах. Отнял жизнь рена — а ведь каждая драгоценна и неприкосновенна!

Один из сообщников Ликтора с готовностью бросился вперёд и подхватил безжизненное тело. Толпа застыла в ступоре. Несколько секунд тишины — а затем глухой, низкий, медленно нарастающий гул. Растерянный, неодобрительный, разочарованный…

Это было ошибкой, подумал Марк. Одним этим выстрелом Ликтор перечеркнул всю свою популярность среди ареносцев. Такого они не потерпят…

Ошибался, однако, он сам.

Кумсоринцы поднимали головы. И во многих глазах нотт совершенно отчётливо, даже сквозь ограждение, читал боль, потрясение — но и некую новую, отчаянную решимость.

— Илур, — разнеслось над толпой. — Прежний лидер Форсы.

Марк покосился на Карину. Та не отрывала напряжённого взгляда от своего опекуна. Тот ещё несколько секунд смотрел на маленькую лужицу крови, оставшуюся от альтера (тело уже унесли). Затем неторопливо поднял глаза на убийцу и своим обычным вкрадчивым голосом поинтересовался:

— И в чём же обвиняюсь я?

— В первую очередь, в непротивлении бездарному руководству, — отрезал Ликтор.

— Эй! — послышался женский голос снизу, из оцепления. — А давно у нас такой пункт в уставе?

— Во вторую и главную, — продолжал повстанец, не обращая никакого внимания на злые смешки среди форсов, — в принятии серии неверных самостоятельных решений, которые тоже привели к печальным последствиям. Например, приказ об отступлении во время осады Беарда, вследствие чего погибло трое форсов…

— Их погибло бы гораздо больше, если бы не этот приказ! — прорезал воздух мощный бас, в котором Марк узнал голос Борсела, бывшего куратора шестых.

— …вместо того чтобы продолжать наступление и уничтожить магионный блокатор, что сэкономило бы много сил и жизней в следующих битвах. Кроме того, я бы хотел поделиться с вами подозрениями, что Илур, пользуясь старостью покойного альтерлидера, фактически сам являлся правителем короны последние несколько лет. Разумеется, — Ликтору пришлось повысить голос, чтобы перекрыть роптание слушателей, — этого я доказать не могу, а следовательно, и не имею права вменять ему это в вину. Но…

Полкороны, собравшиеся на площади перед первой вышкой, зачарованно следили, как Ликтор, по-прежнему стоя за спиной лидера, нарочито медленно поднимает только что отнявший жизнь альтера огнестрел, направляет дуло в затылок своему врагу.

Распущенные длинные волосы лидера свисали растрёпанными патлами по бокам, и Марк не видел лица. Но отчего-то показалось, будто там, за завесой волос, хитрым весёлым огоньком блеснули глаза…

Ликтор успел отразить удар в последний момент, но всё равно его отбросило к самому краю площадки. Аниса вскрикнула, Карина и Ильдан резко метнулись в сторону. Марк, разглядев источник беспорядка, ринулся следом, лихорадочно соображая, как и чем он может тут помочь, когда помощь нужна наверху…

Прекратить, — раздался в голове слабый, прерывающийся голос Ортея. — Не вмешиваться.

Двое ликторовских форсов с размаху бросили связанного нотта на колени рядом с лидером, лицом к толпе. Третий уже затягивал тёмную ленту орнаменты на его шее. По щеке куратора текла кровь — кажется, кто-то в сердцах приложил его по голове. Лицо же выражало лишь злость и досаду.

— Так и знал, что ты что-нибудь выкинешь, — раздражённо бросил ему Ликтор, поднимаясь на ноги. — Чёртов прихвостень.

Теперь дуло огнестрела упёрлось в затылок Ортею.

Марк беспомощно оглянулся на старшую — но той явно было не до него. Этот отчаянный взгляд, которым она сейчас смотрела на своего наставника, пребольно резанул Марка по сердцу. Он перевёл взгляд наверх и заметил, что не он один засмотрелся на Карину — её опекун тоже внимательно следил за ней.

Нужно было что-то делать. Марк поймал взгляд Анисы — та как раз жестами объяснялась с Ильданом, Пантелом и Азирой. Показал на себя. Аниса кивнула и хотела было отдать какой-то приказ, но сверху вновь зазвучал голос Ликтора.

— Не собирался я его убивать, — буркнул он, убирая оружие от головы Ортея. — И тебя не собираюсь. Было бы очень прискорбно для короны терять ещё двух талантливых ренов.

Он снова обвёл глазами забитую ренами площадь, прочистил горло и продолжил с видом актёра, прерванного на середине вдохновенного монолога:

— Кумсоре нужны перемены. Признайтесь, даже самых законопослушных из вас хоть раз посещала эта мысль. Я принёс вам перемены. Но чтобы они пошли короне на пользу, нам необходимо объединиться. С сегодняшнего дня я — альтерлидер Кумсоры, а Вартек, — он кивнул на крупного молчаливого форса за своей спиной, — лидер Форсы. Изменить вы уже ничего не сможете. Просто признайте этот факт.

— А что будет с теми, кто откажется признавать? — прозвенел из оцепления задорный женский голос.

Марк вытянул голову, чтобы поглядеть на Иверу. Судя по напряжённой позе, та тоже минуту назад была готова кинуться на помощь своему младшему.

— Мы будем вас переубеждать, настойчиво и долго, — невозмутимо отозвался молчавший до этого Вартек. — Так долго, сколько понадобится.

— Думаю, будет проще, если мы дадим слово нашему бывшему лидеру, — подала голос нотта Юлона.

— Хорошая идея, — согласился Ликтор. — Скажи, Илур, если бы можно было вернуть всё назад, стал бы ты повторять свои ошибки?

— Что за вопрос, — мягко улыбнулся лидер. — Знай я, что мои действия окажутся ошибочными, я бы определённо не стал их предпринимать.

Марк не удержался от улыбки. Всё-таки был в этом некий шик: стоя на коленях перед победившим врагом, на волоске от смерти, так тонко дерзить.

— Если бы тебе дали второй шанс, стал бы ты снова противостоять новой власти?

— Конечно нет. Я теперь целиком и полностью поддерживаю новую власть.

Кто-то в толпе засмеялся.

— Не мог бы ты быть так любезен, — процедил Ликтор с плохо сдерживаемым раздражением, — сформулировать ту истину, которую ты только что понял, для своих упрямых бывших подчинённых?

— Без проблем, — легко согласился Илур и осторожно поднялся на ноги. — Эй, ребята… Пожалуй, я действительно был слегка неправ. Новый порядок может оказаться ничуть не хуже старого — вполне вероятно, даже лучше. Или даже единственно правильным. Если вы мне так доверяете, что готовы были рискнуть своими жизнями — доверьтесь и сейчас. Преодолейте свой гонор, подчинитесь. Вспомните, кто наш истинный враг. Направьте энергию в ту русло, где она принесёт короне пользу, а не разрушение. Хочу, чтобы вы поняли: тот, кто сейчас пойдёт против новой власти, пойдёт и против меня.

Марк заметил, как снова блеснули хитрецой глаза бывшего лидера. И ему это не понравилось. А ещё он видел, как ошарашенно смотрит на него снизу вверх всё ещё стоящий на коленях Ортей. И это не нравилось ему ещё больше.

— Бывшего лидера Форсы Илура приговариваю к дисциплинарному ношению орнамент в течение десяти суток с нынешнего момента, после этого — к возвращению в строй в статусе альба без права на повышение. Куратора шестой семьи Ортея — к дисциплинарному ношению орнамент в течение трёх дней под надзором альба Борсела. Всех авров и лидеров секторов жду на совещание через полчаса в альтерштабе. Авры же побеседуют с аргентами и кураторами семей в штабе своего сектора через два часа. Аргенты и кураторы после этого донесут информацию своим отрядам и семьям. Свободны.

За спиной один за другим раздавались щелчки снимаемых барьеров. Форсы опускали головы, отводили глаза. Послышались первые сухие приказы — командиры, не желая больше принимать участие в этом балагане, уводили свои десятки домой. Толпа без возражений расступалась.