Копье и Лавр (СИ) - Кукин Федор - Страница 41

— Пусть владыка не беспокоится об этом, — усмехнулась Тамриз. — У меня будет хороший проводник.

***

На самом дне Ямы терзался Баррад Дарафалл.

Когда кинжал девчонки вонзился ему в череп, тайные чары перенесли его с корабля во дворец покровителя. Он был мертв не более мига, но и миг смерти был отвратителен.

За минувшие годы Баррад Дарафалл умирал много раз и многими способами. И всякий раз, возрождаясь, он ощущал ненавистное чувство слабости. Будто бы с каждой упущенной жизнью он становился меньше. Менее сильным, грозным и значимым.

На этот раз он пожалел, что не остался мертвым дольше.

Ярость терзала Аббаса II, и он выместил ее на колдуне, посмевшем вернуться с дурной вестью. Тот остался в живых потому лишь, что его снадобья ослабляли болезнь владыки, и император не мог себе позволить лишиться такого лекаря.

Дарафалла избили палками по животу и пяткам, а потом заковали голого в цепи на дне Ямы. Голова его была закреплена в стальном ошейнике так, чтобы он мог смотреть только вверх. На стене Ямы над ним повесили бурдюк с ядом песчаной гадюки и прокололи в нем дыру. Каждые пять ударов сердца вязкая капля яда падала из бурдюка на лоб чародея. Яд сжигал кожу, оставляя на лбу смрадную язву. Не успевала боль утихнуть, как сверху уже летела новая капля.

Так продолжалось три дня и три ночи.

Силы его иссякли в осаде Орифии; муки от яда было ничем не заглушить. Но в эти три дня мозг чародея жгло кое-что еще, пострашнее любой отравы.

Вопросы без ответа.

Неужели эта девчонка в самом деле Ариста? Неужто сила передалась ей? Что с ней стало после битвы? Где она сейчас?

Ответить было некому, и Дарафалл томился в своей личной преисподней, терзаемый болью, сомнением и неизвестностью.

Знакомые шаги. Кто-то идет вниз по каменным ступеням.

Не повернуть головы, не посмотреть, кто это.

— Уберите яд!

Принцесса. Вот как.

Бурдюк с ядом убрали. Тамриз посмотрела сверху вниз на бледную, нагую фигуру, прикованную к стене.

— Прекрасная Тамриз, — прохрипел Дарафалл. Несмотря на слабость и боль, чародей усмехнулся. — Я сказал бы, что мои тело и дух в твоей власти. Но, боюсь, то и другое сейчас не прельстит тебя.

— С началом зимы я вновь отбываю в Ладду.

Тон Тамриз вовсе не походил на тон той девушки, с которой Дарафалл беседовал месяцы назад. В нем прибавилось воли и жесткости.

— Мне нужен проводник по землям варваров. Можешь послужить мне своим знанием и искусствами. Или остаться здесь и гнить хоть до падения мира. Что выбираешь?

Выбирать было не из чего, и оба это знали. Просто принцесса хотела, чтобы он признал это первым.

— Силы моей жизни принадлежат принцессе, — просипел Дарафалл.

Тамриз подала знак. Двое невольников рассекли стальные обручи, и чародей рухнул на четвереньки к ногам своей новой госпожи.

— Прежде чем я дам тебе, чем прикрыть срам, — Тамриз наклонилась к нему и подняла за волосы, — слушай мой первый приказ.

Ты расскажешь мне все, что знаешь об Аристе Гракх.

Продолжение следует