Договор на двойню - Риша Старлайт - Страница 6

Потом я помогала накрывать на стол, резала салат, который Мария, сестра Мужа почему-то за столько времени так и не порезала.

Сидим все вместе. Муженек на меня даже не смотрит. Виктор, муж Марии, напротив, то и дело поглядывает на меня, пялясь на губы, на глаза. Он и раньше обычно всегда проявлял ко мне интерес, но дальше гляделок это не заходило. Мария замечает это и с двойным негодованием испепеляет меня глазами.

«Блямк» – приходит сообщение на телефон Натальи Петровны.

– Ух ты! Сейчас Галка с Сонечкой приедут! – ажитированно восклицает свекровь. – Как хорошо-то! Прямо к столу, ведь шашлычок еще остыть не успеет!

Никто не разделяет ее восторгов. И даже свекор, Петр Ильич, как-то странно каркает в кулак.

Насколько я знаю – Галка – это развеселая подруга Натальи Петровны, вдова уже как года два похоронившая своего мужа-алкаша. Теперь она живет припеваючи, без взбучек, побоев, и постоянных аттракционов, устраиваемых ее употребляющим мужем, и у нее осталась лишь одна проблема: выдать свою тридцатилетнюю дочурку Сонечку замуж побыстрее. Ведь часики, как известно «тикают», а Сонечка не то что не дозрела, но и перезреть давно успела.

***

– Галочка, дорогая! Чмоки-чмоки!!! – приветствует лучшую подругу голос свекрови. – Сонечка! Красавица, умница, проходи, скорей, нет, каблучки не снимай, ты на них такая стройная! Ох и повезет твоему мужу с тобой! И одет-обут будет, и накормлен, и обласкан! И жена какая красавица! И деток красивых нарожаешь.

Свекровь специально визжит на весь дом, чтобы услышала я, ну и Миша, вероятнее всего.

Маша, сестра мужа, хмыкает, качает головой, закатывает глаза. Виктор, пялясь на меня, отпивает из бокала квас.

В нашу гостиную за стол вваливаются Галина и Сонечка.

– А вот мы вам огурчиков привезли! Помидорчиков! – вынимает трехлитровые баллоны из сумки стокилограммовая тетушка.

– Галочка, большое спасибо! Это Сонечка закатывала?

– Ну конечно, она! – многозначительный взгляд в сторону Миши, – Так быстро у нее все получается, раз-два и соленья готовы!

– Да уж, – поддерживающе вздыхает свекровь. – Нам о таком только мечтать. Вон помидоры гниют, огурцы, да поди ж некому взять и закатать. У Маши ребенок маленький, доченьке моей не до этого, а вот Лерке… Эх…

Вообще-то у меня тоже маленькие дети. Двое причем. Ну и зачем закатывать огурцы, если это все можно купить? Для меня большая загадка. А еще, ни я, ни Миша, ни дети, соленое не едим. К чему это все?

К моменту, как гости рассаживаются за стол, я уже сыта по горло. Не только едой. Извиняюсь, и под предлогом того, что мне нужно прогуляться, выхожу из-за стола.

– Сонечка, садись к Мише, – тут же суетится свекровь, не скрывая своей радости, по поводу моего отхода, – Миша, поухаживай за девочкой.

«Девочкой»! – хмыкаю про себя. Девочка там старше меня лет на пять, ну и больше раза в два по габаритам. Зная, как Миша западает только на стройных красоток модельной внешности, в душе я могу только похихикать над попытками двух женщин сосватать своих детей.

Поднимаюсь на второй этаж. Детки сладко сопят, прикрытые пледами. Пусть спят. Умаялись на свежем воздухе.

Выхожу в золотую прохладную осень. Все же на природе есть свой шарм, свое очарование. Воздух чистый, звенящий. Нет ни комаров, ни прочей летней атрибутики дачной жизни. Гуляю вдоль берез и колючих кустов опавшей ежевики. Думаю, что делать дальше с машиной. Найдет ли меня Сявый? И что сделает, если найдет? Чисто в теории, если он в качестве наказания, завершит то, что хотел два года назад, я не выкарабкаюсь. Со мной нельзя так теперь. Я – мать двоих детей. Я повзрослела, научилась себя ценить, более-менее уважать. Я уже не та Лера, что приехала два года назад спасать своего ненаглядного…

– Миша! – игриво взвизгивает женский голос, недалеко от меня.

Настораживаюсь. Кусты ежевики хорошенько скрывают меня от внешнего мира. А вот Сонечке и моему благоверному, похоже сейчас очень весело.

– Ой, Миша… ну не за попу же, сразу! – очаровательно кокетничает «девочка».

***

ЛЕРА

Не хочу знать, тронет ли муж Сонечку за зад, стараюсь, как можно незаметнее выползти из колючих кустов, не треща ветками и опавшей листвой. Мне это почти удается, но на плечо ложиться тяжелая мужская рука.

Я вздрагиваю, хочу заорать, но мне зажимают рот.

– Виктор?! – успеваю промычать сквозь потную мужскую лапу.

– Да! Тише ты! – шипит на меня муженек золовки, – Вот так, потихоньку, чтобы никто не услышал.

Он отпускает меня, но попутно успевает облапать всю грудь. Мне противно, толкаю его.

– Ты чокнулся? Что ты себе позволяешь?!

– Да брось, Лерка! – хмыкает мужик.

Он выше меня, но не такой здоровый, как был к примеру Роман, но все же поздоровее моего Миши будет. Упитанный, как правильно заметила ранее свекровь. В потертых джинсах, в свитере с катышками. В общем, обычный среднестатистический мужчина, если бы не его грязное поведение по отношению ко мне.

– Пусти, дай пройти! – хмурюсь я, силясь протиснуться сквозь него.

– Лерка…

– Не называй меня так.

– Хорошо, Лерочка. Да постой же ты! – снова он пытается протянуть ко мне руки. – Дело есть у меня!

– Какое дело? Дела веди через моего мужа. Ты что не понимаешь, как это выглядит со стороны? Наталья Петровна нас обоих со свету сведет.

– Да пошли они к черту, две жабы подколодные.

– Змеи. – на автомате поправляю я.

Виктор чешет не очень чистую репу.

– Какие змеи, Лерочка? Жабы они, они и в Африке жабы, что молодая, что старая. А ты – красавица, Лер, умница! Смотри, двойняшек родила, и не потолстела, такая же как до родов осталась, а моя коровень вон одного пацана вытаскала, да раскабанела так, словно десятерых без промедления.

– Так это вообще не зависит от количества детей и беременностей, – зачем-то поясняю я.

– Влияет. Если булки всю ночь на пролет жрать, еще и не так повлияет! – откровенничает со мной мужик.

– Что ты хотел? Говори, и я пойду, не хочу неприятностей.

– Лер, не ценит тебя Мишаня, ох не ценит. Знаешь куда он сейчас с Сонечкой пошел?

Тоже мне Америку открыл… это вот совсем не секрет.

– Не знаю, и знать не хочу. Это все?

– Нет, Лерка! Давай это, я свою мегеру брошу, ты своего ненаглядного. И вместе заживем, а?

– Ты что, с дуба рухнул? – настораживаюсь я.

– Нравишься ты мне, Лера! Давно уже! Почти с первого дня. Увидел и влюбился. Ну что ты около этого Мишани крутишься? Из тюрьмы его ждала, детей родила, ну зачем? Не любит он тебя. А я люблю!

– Вить, ты наверно много наливки принял. Проспись и все пройдет. – советую я деверю.

Вот только мне подобной рокировки не хватало. Да меня же свекровь обольет бензином и подожжет, это к гадалке не ходи! Если в каком-то горячечном бреду представить, что я смогла бы уйти, да еще и к мужу Маши, то мне не жить. Но я и не собираюсь уходить к Вите. Шило на мыло менять. Да и понятие совести, чести и достоинства у меня есть.

– Вить, дай пройти, иначе я закричу.

– Да погодь ты кричать! У меня дело есть. Слушай, устрой меня на работу в свою компанию, а?

– Кем? Генеральным директором? – возмущаюсь я.

– Нет, что ты, – теряется глуповатый мужчина, – охранником. Сторожем обычным. Выгнали меня со старой работы. Ты уж пособи, Лерочка, а вдруг возьмут? Меня мегера достала уже пилить. На работу охота, сил нет!

Глава 7

ЛЕРА

Не сказать, чтобы две недели пролетели как один миг. На даче было прохладно, но солнечно. Я убирала грядки на зиму, дети копошились рядом, мирно играя в песочнице на осеннем солнышке и свежем воздухе. Им дача идет только во благо: аппетит здоровый, как следствие и сон, щеки розовые, и сами дети более активные. Иначе, я бы давно уже сбежала в город, а ради близнецов можно и потерпеть.

Наталья Петровна ворчала и угрожала нажаловаться на меня Мише, но мне было все равно. Впрочем, как и самому Мише.