За каменными вратами (СИ) - Зарецкий Сергей - Страница 11

— Нам конец, — всхлипывала Юля, — они нас убьют!

Насекомые летали вокруг и пытались пролезть сквозь старые корни и, хотя это у них не получалось, отступать они, явно, не собирались. Друзья глядели на страшные тени, мелькающие за корнями, слышали жужжание, и хруст корней, страх и безысходность сковали их руки и ноги, они прижались друг к другу и старались не двигаться в надежде, что насекомые улетят.

— Сейчас бы гигантскую мухобойку или баллон с отравой от насекомых, — прошептал Саша.

Вдруг послышался гул. Небо потемнело, запахло озоном. Ветер усилился, и раскатисто громыхнуло, пошёл крупный частый дождь. Насекомые взмыли высоко в небо и улетели прочь.

— Они улетели! — воскликнула Юля.

— Нужно убираться, пока этот дождь не размыл тут всё и не превратил землю в жуткую липкую грязь. — Саша, стал выбираться из-под корневого укрытия и помог выбраться Юле.

Они шли и шли, папоротники сменил хвойный лес, закончилась полоса дождя. Дорогу, по которой шли, друзья потеряли убегая от насекомых и теперь им оставалось надеяться лишь на удачу. Лес вокруг был совершенно дикий, тёмный, навивал страх и мысли об одиночестве. Где-то вдали послышался вой волка, мелкие мошки подняли в воздух свои жужжащие тучи, залепляющие глаза и рот. Липкая тропическая почва сменилась моховым, мягким ковром, усыпанным опавшей хвоей. Поверхность стала холмистой, что создавало дополнительные трудности для передвижения. Путники решили сделать привал, чтобы поспать. Саша соорудил палатку, используя в качестве каркаса ствол молодой ели, который он укрыл ветвями лещины и мхом. Юля насобирала черники, смородины и грибов, набрала воды в роднике. Они развели костёр, стали пить чай из листьев смородины и ягод, пожарили на костре грибы. Кроватью им послужил мох и запасная одежда.

Хотя Юля и не подавала вида, ей было приятно находиться близко к Саше, он нравился ей всё больше, несмотря на его нравоучительные речи и вечное ворчание. Простая дружелюбность сменялась в её сердце влюблённостью, это чувство должно было рано или поздно возникнуть, только оно могло теперь помочь Юле мириться с трудностями путешествия.

Путники проспали много часов, за это время костёр погас, и стало прохладно. Юля проснулась первой.

— Саш, а Саш! Вставай! Пора идти. — Юля потрясла Сашино плечо. Парень проснулся, протёр глаза, потянулся, встал на четвереньки и выполз из палатки. Свежий воздух, пахнущий хвоей и мхом, одурманил его на мгновение. Журчание ручья, щебетание птиц, писк белок, дерущихся за орешки и множество других непривычных городскому жителю звуков, погрузили Сашу в атмосферу сказочного леса.

— Как здорово! — воскликнул Саша, — я так выспался.

— Я тоже. Кстати, когда я встала, было совсем темно, так что ночь всё же решила почтить нас своим присутствием! — Юля улыбнулась и подала другу горсть свежесобранных ягод и орехов.

Утро было действительно чудесным, но, несмотря на это, друзьям нужно было двигаться дальше. Они собрали свои немногочисленные вещи и отправились дальше.

Прошло некоторое время и небо удивило путников снова: оно опять потемнело, в небе возникли светила причудливого бирюзового цвета. Путники молчали и старались как можно меньше шуметь, так как уже несколько раз видели издалека бурых медведей, тигра и рысь, а ещё они наткнулись на лесную опушку, по которой бродили странные громадные звери, мохнатые, похожие на медведей, но больше них, правда питались они, как ни странно, травой и листьями.

— Давай остановимся, отдохнём? — спросила Юля.

— Ну, давай, я тоже устал.

Они присели у крупного камня, густо поросшего мхом. Саша лег прямо на землю, а Юля села на небольшой камешек, положив на него несколько сухих веток и мох.

— Ой, посмотри Юля, — Саша указал пальцем вверх, — это не ели, а какие-то другие деревья!

— Точно! Да это же акации! — Юля вдруг вспомнила тёткин дом, вокруг которого росли такие же акации, только ниже, потому что места им хватало, эти же акации были вытянутыми и тонкими как струны.

— Странно как-то, кругом были одни ели и вдруг акации…

Они продолжили путь и вскоре вышли на широкую утоптанную тропу. Тропа уходила в нужном им направлении.

— Ух ты, дорожка! — воскликнула Юля.

— Ну что? Пошли по ней?

Путники отправились по тропе, не зная, куда она может их вывести, но надеясь, что в конце пути их ждёт тёплый очаг, общество добрых людей и вкусная еда. А тем временем на небе вновь стали происходить удивительные изменения: из бирюзовых, светила превратились в оранжевые и слились в одну кривую полосу, похожую на удивительной формы облако. Высоко в небе над головами путников кружило существо напоминавшее толи на птицу, толи летучую мышь. Акации попадались всё чаще и вскоре ели вовсе уступили им лес.

Дорожка явно часто использовалась и не успевала зарасти травой и кустарником.

— Смотри! — Юля присела и подняла что-то круглое, — это же монетка.

— Здорово, пошли дальше.

— Это советская монетка, Саш!

— О, это уже интересно! Её могли потерять наши пропавшие ребята, а точнее дедушки, — говоря это, Саша широко улыбнулся.

Путники постояли ещё пару минут и отправились дальше. Вдалеке мелькало нечто необычное, какой-то розовый, достаточно крупный объект. Пройдя ещё метров пятьдесят, они встали как вкопанные, снова взглянув вперёд — среди акаций, весь поросший плющом и виноградом возвышался обычный панельный дом советских времён. Дом был выкрашен в розовый цвет, что было заметно несмотря на то, что стены потемнели от влаги и времени. Территория около дома была ухожена и убрана, что указывало о наличии людей. Друзья побежали вперёд. Они вышли к дому. Возле одного из подъездов на лавке, вырезанной из упавшего дерева, сидели люди, их было трое. Друзья подошли и, не зная, на каком языке обратиться к незнакомцам стояли и переглядывались.

— Кто вы? — вдруг спросил один из незнакомцев на чистейшем русском языке.

— Мы русские, — вырвалось у Саши от избытка чувств, он понял, что выразился как-то не так и добавил, — мы из другого мира, живём в России, точнее жили…

— А мы тоже из другого мира, — улыбнувшись, сказал другой незнакомец, — но мы из Советского Союза.

— Союза нет уже много лет.

— Это нам известно, мы живём здесь с тысячей девятьсот восемьдесят пятого года.

— А как вы сюда попали? — поинтересовался Саша.

— Ну, для начала давайте познакомимся. Меня зовут Сергей Геннадьевич Корабелов, — сказал пожилой человек в старой выцветшей кепке и клетчатой светлой рубашке, — это вот, — он указал рукой на суховатого мужчину средних лет, — Василий Семёнов, вот это, — Корабелов перевёл взгляд на мужчину плотного телосложения, в грязном свитере и рваных рукавицах, — Пётр Казимиров, мы, так сказать, костяк нашего общества, актив. Ещё здесь живёт пять мужчин и двенадцать женщин, несколько детей. Здесь оказались все, кто были дома на момент перемещения сюда. А оказались мы здесь так. — cтарик встал, потянулся и уселся в позе заядлого рассказчика, в которой обычно садятся около костра в каком-нибудь походе. — Значит, был хороший светлый день, солнце светило так, что нельзя было ожидать от погоды и капли дождя. Я вышел во двор прогуляться. Дети играли во дворе, старушки, как всегда, сидели на лавках и перемывали косточки соседям. Я решил сходить в магазин и купить кефира. Ну вот, значит, иду я в магазин и вижу: стоит человек посреди улицы, в каком-то странном костюме, на голове шляпа, ну явно не советского производства. Стал я к нему присматриваться, смотрю в руках у него какая-то штука блестящая, типа кристалла. Смотрю, к нему милиционеры идут, ну я и пошёл дальше. Купил я кефир, вышел из магазина, посмотрел на небо, а там тучи, да такие чёрные! Я быстро зашагал домой, тут ещё и гром раздался, молнии стали сверкать и дождь накрапывать. Краем глаза взглянул на то место, где стоял незнакомец. Там его не было, он с милиционерами стоял на тротуаре, они о чём-то разговаривали. Я вернулся домой, разделся и подошёл к окну, из него мне было замечательно видно милиционеров и руку подозрительного субъекта. Я видел, как он поднял вверх ту штуку, что была в его руке и тут же в неё с грохотом ударила молния. Произошла яркая вспышка, послышался громкий металлический звук. Лица у милиционеров стали белые как новая простыня, глаза округлились и челюсти опустились вниз. То, что они увидели, явно и поразило их и испугало. Мне не видно было, то, что видели они. Вдруг всё стало дрожать, со стен попадали полки и картины, было такое ощущение, что дом ломают большой отбойной машиной! Я вновь посмотрел в окно. Там все люди лежали на земле, а на том месте, где стояли милиционеры, выросло что-то вроде металлического дерева с ветвями до самых небес. Вновь послышался металлический звук, и свет стал более ярким. Свет всё усиливался и усиливался, и вскоре в окно стало невозможно смотреть. Я в замешательстве отошёл от окна и сел на диван. Дальше у меня очень сильно заболела голова, в глазах стало двоиться, после этого я ничего не помню. Я очнулся на полу, в квартире был ужасный беспорядок, а вид из окна изменился навсегда.