Звездный странник – 7 - Афанасьев Сергей - Страница 9

– Но ведь тебе я не отказывала! – в расстройстве воскликнула Элора, подаваясь вперед. – Я ведь тебе была верна! С самого своего появления на базе!

Сергей замер, не зная, что на это и возразить.

– Но ведь он – это я?! – попытался возразить он, резко переворачиваясь на правый бок и попутно переворачивая вместе с собой и обнаженную Элору. – Ты ведь отказала мне самому! Знаешь, как я обиделся тогда?! До сих пор меня колбасит!

Элора удивленно посмотрела на него.

– Серж, – растерянно прошептала она. – Я тебя люблю. Я тебе верна. Что еще ты от меня хочешь?

И он промолчал, не найдя, что ответить. А ведь действительно – чего?

– Я-то чем перед тобой виновата?! – растерянно выкрикнула Элора, чуть не плача.

И Сергей решительно прижал к себе ее обнаженное тело, плавно нависнув над ней и раздвигая своими коленками ее расслабленные ноги.

– Извини, я просто недодумал, – виновато произнес он, медленно двигая бедрами и стараясь успокоить свою жену. Поймал себя на том, что на самом деле в ее отказе виноват только он один, и что сейчас не это главное, а главное то, что он уже думает о той, другой Элоре, что появится вместе с "Атлантом", и что он в огромаднейшем нетерпении ждет ее! Именно ее! Ее одну! Снова дико хочет ее увидеть!

Элора послушно подалась ему навстречу, двигаясь в том же ритме. И вскоре они поймали друг друга… И продолжили…

А потом снова отдыхали.

Однако она любит именно меня, вспоминая ее слова и расслабленно прижимая к себе еще более расслабленную худенькую девушку, радостно думал Сергей. Меня, а не кого-то другого из нас троих.

И вдруг он насторожился. Что-то здесь было не так. И он, вдруг растерявшись, принялся энергично вспоминать всю прошедшую сцену. Вот она лежит после секса, и ноги ее до сих пор раздвинуты. Вот он задал вопрос. Вот она стала отвечать… Стоп! Ее взгляд!

Сергей замер на мгновенье, стараясь успокоить возникшее сердцебиение.

– Ну а на самом деле как обстоят дела? – как можно спокойнее постарался произнести он, старясь не глядеть на Элору.

Молчание. Сергей терпеливо ждал, усиленно, до боли в сердце, борясь со своим диким волнением.

– Ну чтож, – наконец произнесла Элора с какой-то странной интонацией, меняясь на глазах. – Если ты хочешь, то на самом деле я влюблена во второго Сергея. Тот который не имеет никакой власти и ничего не может. А тебе я отдаюсь просто, как своему начальнику.

– Так почему ты тогда ему же и отказала? – в первое мгновенье растерялся Сергей.

– Да потому и отказала, – тихо ответила она.

– Но ведь он – это и я тоже? – искренне удивился Сергей. – Мы же – один и тот же человек!

Элора только усмехнулась.

– Завтра придет этот один и тот же человек. И займется со мной сексом. И это будет ужасно приятно. В отличии от тебя.

Элора спокойно посмотрела на него.

– Ты хотел знать правду, – тихо, но уверенно промолвила она. – Я ее тебе сказала.

И после паузы, совсем тихо, и почти виновато добавила.

– Кто же на самом деле искренне любит своих начальников?

6

Сергей устало шел к "Веселому фотону". На боку у него болталась сумка с игрушками. Как ему все это надоело! Надоело обманывать своих! Использовать их в темную! Видели бы его Женька с Капитаном – вообще перестали бы разговаривать!

Он поморщился. Как я опустился! – думал Сергей, идя полутемным коридором.

На подходе он вдруг быстро скользнул в темную нишу – трое мужчин вышли из бара. И это были Густав, Ларри и Сергей-предыдущий.

Сергей-старший затаился. Дверь бара снова открылась и показалась Кэрол. Девушка заговорила с мужчинами.

Помню, она позвала меня ее проводить, почему-то с горечью подумал он. А потом ее убьют.

Он замер в ожидании, когда они все уйдут.

Я тогда был глуп, как пробка, – размышлял Сергей, глядя на самого себя, глупо улыбающегося, и на легкую и воздушную Кэрол. Легко поддавался женским чарам. Отказать вообще никому не мог!

Сергей судорожно вздохнул, краснея.

Какой же я был болван! Как же со мной тяжело приходилось Элоре! Обеим!

Густав и Ларри ушли в одну сторону, а Кэрол и ее спутник – в другую. И только после этого Сергей вошел в бар.

– Как потайная комната? – первым делом спросил он у Стокера, проникнув в его обитель под очередным гастрономическим предлогом.

– В процессе.

– Я тебе помогу, а то она совсем скоро понадобится.

Вдвоем они быстренько отделили небольшой уголок возле мойки. Наставили щиты. Заклеили их пленкой – точно такой же, которая обтягивала стены кухни. Стыков стало совсем не видно. Вход в тайную комнату сделали через шкафчик под мойкой.

– Унитаз и умывальник я уже сам установлю, – сказал Стокер.

А потом он вытащил из сумки детские игрушки и книжки с картинками.

Следуя инструкциям Стокера, Сергей долго поднимался по узким винтовым лестницам. Потом вышел на узкую площадку. Посмотрел вниз, на хаотичное нагромождение железных конструкций далеко у себя под ногами. По узкому мостику пересек эту бездну и оказался у маленькой двери.

Только он сунул руку в карман за отмычкой, как вдруг заметил, что сбоку от двери пробивается свет – она уже была приоткрыта.

Сергей настороженно замер, обдумывая эту ситуацию. Это раб ее приоткрыл, откуда-то зная, что я приду? Вряд ли. Он ведь – раб, а, значит, дверь открыть он не может.

А тут Сергей услышал и голоса.

– Ну что, говнюк, – говорил, судя по голосу, Толстяк. – Тебе понравилось, как я тебя отодрал?

Пауза.

– Что молчишь, педрило?

Послышалась возня, стоны…

– Понравилось, – донесся слабый голос. Явно – тоже Гутче Райнера.

Сергей озадачился.

– Вон тебе резиновый шланг, – надменно произнес первый голос. – Разминай свою задницу, а то она у тебя больно тугая – мне не нравится. А через час я тебя навещу. Понял?

Снова тишина. Потом – удары. Причем – и кнутом, и палкой.

– Ну? Я жду ответа!

Снова удары.

– Понял, – наконец выдавил второй.

– То-то же, – удовлетворенно произнес первый голос, раздались уверенные шаги и Сергей поспешно огляделся, сообразив, что обладатель этого голоса явно вошел в эту дверь и теперь, скорее всего, из нее и выйдет.

Он искал, куда бы ему здесь спрятаться.

Но… Узкий навесной мостик упирался прямо в стенку, прямо в дверь. Повиснуть под мостом – пол не сплошной, будет видно. Сергей глянул наверх. Ага! Крепежный швеллер в полутора метрах над дверью. Сергей быстро уперся ногой в оградительный леер мостика, резко подпрыгнул, ухватился за швеллер, торопливо подтягиваясь и судорожно поджимая ноги. И в этот момент дверь стремительно распахнулась и на мостик вышел Толстяк, он же куратор института.

Все так же решительно Гутче Райнер зашагал по шаткому мостику, и Сергей, вися на одних руках, сверху наблюдал за ним, прикидывая про себя – а если он обернется и увидит меня, тогда мне придется его убить. Но, к счастью Райнера, тот так и не обернулся.

Сергей, конечно, мог и сразу убить Толстяка, еще в помещении. Но тогда бы он привлек внимание к себе и рабу. И на использовании раба можно было поставить крест.

Сергей, все еще вися на руках, дождался, когда Толстяк исчезнет из виду, и очень аккуратно опустился вниз. На этот раз дверь была, как ей и полагалось в помещениях с рабами, закрыта.

Сергей, оглянувшись на всякий случай – не идет ли еще кто – решительно вставил отмычку. Открыл замок за десять секунд. Быстро распахнул дверь, быстро скользнул внутрь, и быстро захлопнул ее за собой. Замер.

– Ты кто? – услышал он откуда-то справа.

Повернул голову. Гутче Райнер, только больно худощавый, весь в цепях, сидя в углу на полу на коврике и держа обрезок резинового шланга, настороженно следил за ним.

– Я – враг того, кто только что вышел отсюда, – решительно ответил Сергей. – И для борьбы с ним мне нужна твоя помощь!

Худенький Райнер растерянно посмотрел на Сергея из своего угла. Потом посмотрел на дверь за его спиной, потом снова на Сергея.