Мутная вода (СИ) - Крапивенцева Екатерина - Страница 18

По приборам — все спокойно. Никаких сообщений о странной активности (в виде электро-магнитных возмущений или массовых миграций разнообразного зверья). Полный штиль. Прогноз по Выбросу даёт фору.

Группа расположилась за обедом в самой крупной из ржавых барж. Головастики расчехлили планшеты и что-то живо обсуждали, делая пометки по маршруту.

Мут же просто сидел в сторонке, раздумывая, каким же попутным ветром его сюда занесло: "Стараюсь не связываться с научниками, ненавижу «Болота». Не сказать, что алчен до денег. Так какого чёрта?" Но ответа не было. Некие смутные предчувствия терзали его, не желая оформляться во что-то конкретное. Голова с утра болела, тянуло плечо. То ли от сырости «Болот»… или от усталости… А может, жди «Выброса», будь он трижды неладен.

Промаявшись молча полдня, Мут решил поделиться своими ощущениями с Бесо — лидером группы «Долга». Сталкер нахмурился и достал аппаратуру:

— Сегодня полдня приборы шалят, "лагает" сталкерская сеть. Сигналы — не очень… Хотя в прогнозах, до Выброса — добрых пять дней. Лично я буду просить проводника увести группу в ближайший коллектор… Либо нужно искать добротный дом с бетонным подвалом — он сэкранирует, если ночью над Зоной «рванёт».

На том и пришли к согласию. Мут закинулся анальгетиком, привалился к стенке и без ужина задремал, пока есть возможность.

***

Нужно отметить, что группа Мута оказалась весьма большой и разномастной. Шесть чешских учёных, один — «отечественный» ботаник, выступающий в роли переводчика; семь "долговцев" и шесть «вольных», один из них — проводник. Итого — 20 человек. Нереально большая международная команда по меркам Зоны.

Местное «НИИ» при заводе «Юпитер» получило крупный грант на исследования от своих чешских коллег. А взамен пообещало организовать их учёным ознакомительную экспедицию в Зону, стараясь удовлетворить потребности спонсоров по максимуму.

В НИИ дали указание — не ударить в грязь лицом: хранить чехов, как зеницу ока, иначе международный скандал обеспечен. Для чего было принято здравое решение — услугами военных сталкеров не пользоваться, а сразу обратиться к «Долгу», более опытному и подкованному в вопросах выживания в Зоне.

Приезда чехов ждали два месяца. Готовились заранее, как у нас заведено. Но в последний момент все пошло по наклонной. Человек предполагает, а обстоятельства складываются, зачастую, независимо от его планов. А уж в Зоне диапазон возможностей «вляпаться» в неожиданность возрастает просто в геометрической прогрессии.

Перманентные партизанские стычки «Долга» со «Свободой» на спорных территориях почти обрушили их шаткий нейтралитет. Рядовые бойцы «Свободы» не особо вникают в политику даже сейчас… Это у «Долга» — дисциплина и "всё такое".

И хотя, на сегодняшний день мир установлен, локальные конфликты всё равно вспыхивают, и решаются весьма кровопролитно, как и раньше. Но общие интересы в войне с окрепшим, как никогда «Монолитом», все же работают связующим клеем в данной ситуации, заставляя пусть не заключить полноценное перемирие, но хотя бы не лить кровь попусту, без конца нападая друг на друга.

Анархисты, конечно — главное зерно раздора. И пока идеалы «Свободы» действуют, а гайки не закручиваются, увы, ничего не изменится.

В общем, на урегулирование вспыхнувшего конфликта в Лиманске кинули большую группу бойцов под началом полковника Петренко.

«Монолит» — вообще как озверел — нападал на «Выжигатель» ежедневно… Туда отправили ещё 50 человек в помощь обретшим базу "бродягам". Людей на "Ростке" не хватало. Особенно опытных, для рейдов, на которых положиться можно, как на себя.

Поэтому, Воронин с Сахаровым приняли решение разбавить группу «бывалыми» сталкерами из вольных, с которыми «Долг» давно сотрудничал.

В результате сложилась научная группа из 7-ми головастиков, требующих крайне бдительной охраны… Ибо пытливый склад их ума обещал немало интересных приключений. Как на подбор, все — «любопытные дети» с большими глазами, желающие исследовать окружающий мир, состоящий целиком из одних опасностей.

К ним приставили сталкеров из расчёта «один к одному». Пары — головастик-сталкер.

Чехи о Зоне доселе только читали. Смотрели кино, видели наработки украинских ученых. В их научную группу входили 2 биолога. Один — спец по аномальной флоре, другой — по такой же фауне. Наш же ботаник изучал влияние, мягко говоря, специфических условий Зоны, на морфологию, биологию и поведение человека.

Ещё среди чехов имелись и двое физиков — каждый мастер в своей области. Один изучал гравитационные аномалии, второй — необъяснимые природные явления природы, в том числе и выбросы.

Еще был один химик. Его интересовали составы почвы и воды. Аномалии, вроде «Холодца» и «Кислотного тумана».

И один — руководитель группы, интересующийся всем понемногу. Профессор, доктор наук. Светлая голова и просто хороший мужик, отлично говорящий по-русски.

Все пути, конечно, сошлись на «Болотах». Там в большом изобилии имелось всё то, что требовалось для счастья чешским учёным. И любая аномальная флора, и разнообразие фауны. И станция «Янов» рядом, чтобы на ней остановиться. И перевалочный пункт в виде «Скадовска», ведь: «Не гоже иностранных товарищей в холоде и голоде по схронам держать».

Долговцы, ботаник и проводник знали Мута давно, а вот пятерых вольных он видел впервые. Но выбору Бесо он доверял безгранично, поэтому вопросов, как таковых, не осталось.

— А зря… — Задумчиво произнёс мой товарищ, погружаясь в воспоминания. — Если бы я поверил своему предчувствию сразу, как только увидел эту "пятёрку"… Эх, да что тут говорить!.. Одна наглецкая рожа Бочки чего стоит!.. Но главным смутьяном был не он… ой, не он… И, хотя, Бесо поручился за этих товарищей, я решил к ним присмотреться. Как оказалось, не зря.

***

Проснулся Мут внезапно. Бесо нервно тряс его за плечо:

— Подъём. Учёные передают внеплановый Выброс. У нас минут 30 на то, чтобы забуриться в схрон. Давайте, парни, мозговой штурм. У кого есть инфа по ближайшим зданиям?

Бочка лихорадочно штудировал сеть:

— Интернет работает не стабильно. Ребята из Бара пишут, что на заправку путь закрыт — там гуляет толпа зомби. У них перед Выбросом активность зашкаливает. Канализационные колодцы не для нашей группы. В большом коллекторе напротив в прошлом месяце видели Кикимору. Смертоносная дрянь. И редко встречается по одиночке. Лучше от Выброса подохнуть, честное слово. — Вздохнул Сталкер.

Ученые присмирели. Тонкая и бледная химик Элли тихонько сидела в углу, отправляя запрос в НИИ:

— Связи нет… — растерянно пролепетала она.

Долговцы что-то живо обсуждали. Гул в помещении стоял страшный.

— Заткнулись все, — рявкнул красный Бесо. — Нужно думать коллективно и быстро. Я все же предлагаю коллектор в 500 метрах отсюда. Я зомби становиться не собираюсь. Надежда лучше, чем безнадёга, Бочка. Ещё есть недострой с обширными подвальными помещениями — там мы сможем разместиться, но не понятно, какими гадами кишит эта «стройка». У зверья перед Выбросом начинается гон.

Мут окончательно скинул дрёму. Мозг работал на пределе возможностей:

— В «недострое» я недавно был, там бюрреры поснимали все люки. Идти туда — подвергать себя её большей опасности. Предлагаю корпуса старого пионерлагеря. Это как раз то, что нужно: глубокий подвал, бетонный фундамент, бомбоубежище — найдём, куда спрятаться. И живность там ребята почистили, мне Викинг недавно по сетке передал, как они там отсиживались в ночь, не далее, чем дней пять назад.

— Выдвигаемся, — скомандовал Бесо. — Туда минут хода. Вполне вероятно, можем успеть. А на барже точно не выживем.

— Идти надо быстро, но про опасность не забываем. Господа, ботаники, это к вам относится, — обратил особое внимание на свою речь Проводник. — Никуда не сворачиваем, в случае опасности не бежим, не истерим. Просто спокойно говорим обо всём, что заметили. Ребята, — обратился он к сталкерам. — Включаем приборы и погнали. У нас 20–25 минут.