Мутная вода (СИ) - Крапивенцева Екатерина - Страница 126

— То есть, ты признаёшь, что иногда бываешь невыносимым и ведёшь себя по-скотски? — Моментально прищурился Бочка, уставившись на торговца.

— Вон, какая у нас команда подобралась. Все, как на подбор, шуты-затейники. А вы сбежать от нас решили на тот свет, — улыбнулся Депутату неунывающий Мут.

***

Чем ближе мы подбирались к поверхности, тем сильнее ощущался Выброс. Тело нещадно ломило. Суставы горели огнём, словно тебя растянули на дыбе, и теперь неугомонные черти безжалостно крутят катушку в четыре руки.

Иногда внутричерепное давление зашкаливало, и уши неприятно закладывало. Тогда на смену звукам подземелья приходил тихий, но выматывающий гул. Я чувствовал себя древним стариком, напросившимся с правнуками в поход.

Вскоре даже Мут утратил бодрое расположение духа.

— Голова раскалывается, — пожаловался он. — Всё бы отдал за кружку горячего кофе в «100 рентгенах». И чтобы не существовало в природе этих Выбросов, Калашниковых, Зон и таблеток «Анальгина». У меня от них изжога.

Проглотив третью по счёту капсулу, он запил её энергетиком и сморщился.

— Не мудрено. — Понимающе кивнул Пуля. — На такой диете недолго и кишки выплюнуть.

— Да, некисло шарашит «армогебздец», — почесал небритый подбородок Бочка. Его бледная физиономия отлично гармонировала с жемчужными прядями паутины, растянутой по стенам.

— Что за скотина тут живёт? — Негодовал Карась, брезгливо убирая от лица очередные лохмотья. — Липкая, мерзкая тварь…

— Ещё с десяток метров вверх, и придётся надеть пси-шлемы. — Выразил свои опасения Петренко, потирая лысую голову. — Думаю, Калаш засел в подземелье и носа не кажет наружу. На улице — буря столетья. Не припомню таких Выбросов с самого 2007-го. Тогда, после первого Пси-шторма почти каждую неделю «полыхало» так, что мы сутками отлёживались по подвалам. Затем стабилизировалось, вроде.

— А Вы уверены, что Калашников не дал дёра прямо под Выброс? — Усомнился я. — У него тоже аппаратура имеется. Если Док, конечно, не ошибся.

— Боюсь, что такой «Брэйн-капут» ни одна электроника не выдержит. — Покачал головой полковник. — Сахаров, конечно, гений. Но не всё в этом мире подвластно науке. Во всяком случае, пока.

***

Сухой шелест за спиной выдернул меня из состояния стазиса, в который я впал от боли и предельной усталости. Он же дал мне понять, что у нас появился провожатый.

Резко развернувшись, я направил дуло автомата в темноту. Петренко, заметив неладное, приказал группе остановиться. Врубив фонарик на полную, Мут осветил коридор, но позади никого не оказалось.

— Галлюцинации. — Кивнул он. — Нормально для Пси-шторма, пока организм не адаптируется.

— А ты не слышал шуршания? — Удивился я, внимательно рассматривая приоткрытую дверь очередной лаборатории.

Разбухший кусок ДСП, покрытый грязным, растрескавшимся пластиком. Ничего примечательного.

«Сколько же тут помещений, уму непостижимо», — подумал я, пытаясь разобрать выцветшую, покрытую паутиной надпись на двери.

Подслеповато прищурившись, я перевёл взгляд на табличку и тут же приметил толстый, коричневый шланг в лохмотьях оплётки, идущий из темноты наружу.

— Как думаете, что это? — Спросил я у Бочки, обернувшегося на мой голос.

— Матерь Божья! — Воскликнул впечатлительный Струна. Факел в его руке задрожал, создавая гибкие тени на стенах.

Неожиданно кусок резины пришёл в движение. Мелькнув в воздухе, он сполз на пол, полностью исчезая за дверью. Будто неведомая сила втянула его внутрь, создавая «тот самый» звуковой эффект, что так меня поразил.

Не без содрогания я осознал, что «шланг» являл собой несоразмерно огромную, поражающую неподготовленное воображение, паучью лапу. И она просто не влезла в тесную коморку… Паук не спел её подобрать и просто оставил снаружи, маскируясь под неодушевлённый предмет.

— Самое время сказать: «Да не трусь ты, он сам тебя боится», — дернул я за рукав Мута и указал на дверь.

— Такую тварь хрен прострелишь, — выругавшись, Бочка перехватил поудобнее оружие. — Там броня, небось, как у танка.

— Жечь паука в замкнутом пространстве я не дам. — Замахал руками Петренко. — Смотрите, сколько паутины вокруг. Погорим вместе с ней.

— Что В-в-в-вы предлагаете? — Заикаясь, спросил Струна. Костяшки его пальцев побелели, сжимая факел.

— Паук явно опасается нас. — Пожал плечами Пуля. — Умная тварь. Не любит света и не выходит на него. Но преследует нас в темноте. И, улучив момент, обязательно нападёт.

— Запечатаем его в каморке? — Пожевал губу Бочка, раздумывая.

— Слишком сильный. — Покачал головой Пуля. — «Стальная пряжа» его не сдержит.

— Я видел огнетушитель с соседнем помещении, — махнул рукой Дух. — Сейчас сгоняю.

Смотавшись в соседнее помещение, «фримэн» вынес оттуда приметный красный баллон.

— Да он порошковый, относительно свежий. — Оценил находку Петренко, тщательно осмотрев табличку. — Не советский. Заправлен в 2005 году. В принципе, в этих помещениях сухо. Есть шанс, что он сработает, как надо.

Сорвав пломбу и выдернув чеку, полковник направил сопло в стену. Небольшая порция вещества вырвалась наружу с тихим шипением, многократно усиленным акустикой пустых галерей.

Паук, засевший за дверью, вздрогнул. Хлипкая филенка затряслась, прибавляя седых волос на макушке Струны.

— Работает. — Пробормотал Петренко, стараясь говорить, как можно тише, дабы не спровоцировать тварь на атаку.

Фанат с Карасём уже заняли позиции у двери, придерживая её. Пришедший им на помощь Бесо, перезарядил «Грозу», вставая сбоку от двери. Паук, почуяв неладное, беспокойно зацокал лапами о кафель каморки.

— Подожжём мутанта прямо в комнатушке, там, вроде, плитка — полыхнуть не должно. — Выпалил Петренко, оценив ситуацию. — Если что, потушим тварь, когда окочурится.

Забрав у «фримэнов» бутылки с «Водкой», Финик занял позицию чуть сбоку от двери.

— На полную не открывайте. — Прошептал полковник. — Достаточно щели.

На всякий случай, мы сгрудились в дальнем углу, готовые открыть огонь по мутанту, если что-то пойдёт не так.

Домра с Бочкой решили подстраховать товарищей. И, убрав за спину автоматы, приготовились навалиться на дверь, на случай, если агония заставит тварь прорываться с боем наружу. Какими бы мощными не выглядели «долговцы», но мутант ужасал своими размерами. Неизвестно, какая сила таилась в этих лапищах, толщиной с диванную ножку.

Вопреки ожиданиям, паук не рвался на волю. Затаившись в небольшом помещении, он и лапой шевельнуть боялся. Ни звука. Даже привычный хруст хитинового панциря не нарушал тишину подвала. И это обстоятельство меня угнетало. Словно тварь что-то задумала. Не знаю, почему, но мне отчётливо померещилось, что мутант обладает смекалкой. Это не тупая псевдоплоть, повинующаяся своим инстинктам. Паук охотился, выжидал. И спрятался, опасаясь быть замеченным.

Открыв дверь на счёт «три», Финик с размаха, разбил бутылки о кафель. Мощный луч налобного фонаря ослепил паука, и тот сделал шаг назад, буксуя на груде хлама.

Резкий запах алкоголя ударил мне в нос. Паук же мгновенно пришёл в ярость от нашей наглости. Маленькая каморка мешала ему маневрировать. Дезориентированный и разозлённый, монстр ринулся навстречу Финику, заставляя «долговцев» навалиться на хлипкую филенку.

Удар, другой, третий. Дверь мгновенно задёргалась. Испуганный Финик прильнул к трясущейся створке, словно его худенькая фигурка что-то решала. Бесо, достав спички, подал знак товарищам:

— Нужно завершить начатое. Водка выветривается.

Целый град скрежещущих ударов посыпался на дверь. Немного отступив назад, Фанат позволил другу протиснуться к двери.

Перевес сил, хоть и хрупкий, оставался на стороне «долговцев». И, когда первая волна ярости спала, паук перестал кидаться на дверь, затаившись. Где-то в глубине узкой каморки, недовольно пощёлкивали жвала хищной твари, вызывая во мне приступ холодной дрожи.

— Думаю, самое время. — Прошептал Бесо, подавая Финику спички.