Он вам не демон 2 (СИ) - Вехор Александр - Страница 29

Играть себя? Интересная концепция. Но как по мне, она слишком заморачивается. Я обнял Мегуми где-то в районе талии.

— А помнишь, что ты мне говорила после того, как Камелия отправила нас на тот свет?

— Мне было плохо, я очень испугалась и думала, что умираю… — отвернулась она. — Это все не считается!

Но я заметил на её устах улыбку, и почувствовал, как она расслабилась.

Блин! Чёртов демонский автопереводчик! Ну конечно! Ну какие же ещё во Франции могут быть «берега Амура»?

Осознание настигло, когда мы зашли в каюту и тут же упёрлись в огромную кровать, украшенную алыми лепестками роз. «Берег любви» называется кораблик, и суть его… Как это по французски? Его суть — плавающий номер для новобрачных, скажем так. Заказывала все мама, и намёк её я вроде бы понял. Оставляю в каюте рюкзак, и мы поднимаемся наверх, на палубу «провожать вечерний берег лазури», как сказал капитан. Стоило только отойти от пристани, как по-южному резко наступила ночь, с которой успешно боролись за власть на море огни большого города. Но они отступали, и чем дальше они становились, тем крепче прижималась ко мне Мегуми. И наконец, когда город превратился в тонкую полоску на горизонте, она прошептала мне:

— Можешь отнести меня в каюту? Мне плохо…

Друг, как говорится, познаётся в биде. И я впервые в жизни полностью прочувствовал на себе это выражение. Мегуми несмотря на своё ужасное самочувствие, изо всех сил старалась не быть для меня обузой, не напрячь меня своими проблемами и попросту заползти в уголочек и не отсвечивать. Но силы её покинули, сопротивляться она не могла, и я таскал её в маленький санузел чтобы умыть, справить нужду, смыть пот и охладить после того, как во сне она внезапно стала горячая как печка. Всё остальное время я обнимал её на очищеной от растительности кровати, потому что стоило ей только от меня немного отползти, как её вновь начинало знобить. Это точно не отравление, и было очень похоже на пресловутую морскую болезнь, но я видел, что проблема тут не в физическом теле, а в её Искре, и поэтому не спешил искать парацетамол. Искра её словно пыталась переварить какое-то новое проявление, или же чужую Благодать, хотя поводов для таких действий мы в последнее время ей не давали. Через несколько часов мучений я выяснил, что если давать ей понемногу мою Благодать, то Искра её успокаивается на какое-то время и девушка спокойно спит. Потом я задремал, но сквозь сон продолжал процедуры, и к рассвету её энергетика наконец успокоилась, после чего я с чистой совестью вырубился.

Проснулся от того, что лучик солнца, пробравшийся через иллюминатор, упорно пытался попасть мне в правый глаз. Кораблик, судя по ощущениям сейчас стоял на якоре легко раскачиваясь на волнах, от чего казалось, что светом мне посылают какой-то сигнал морзянкой. Я попытался расшифровать послание.

Тире-точка-точка-точка. Пауза.

Ага, это "Б", дальше!

Точка-точка-точка-тире-тире-тире-точка-точка-точка.

— Да ну нафиг! — окончательно проснулся я и огляделся вокруг.

Овальное пятно света из окна действительно прыгало по кровати в том месте, где только что была моя голова, но никакого умысла в его действиях я не обнаружил. Рядом, словно тень отца Гамлета поднялась Мегуми, которая внешне сильно сдала за ночь, но вот по демонским ощущениям она стала за ту же ночь заметно сильнее. Ну и что это было?

К восьми утра Ми удалось наконец разобраться со своими волосами, умыться и нанести боевую раскраску, после чего мы вышли из каюты. В новом красном шёлковом платьице и солнечных очках японка опять выглядела на все сто, и только я мог заметить, насколько у неё заострились черты лица после этой тяжёлой ночи.

Нет, не только я, ибо стоило только подняться на палубу, как нас поприветствовал до отвращения бодрый капитан:

— Доброе утро мсье! Доброе утро мадам! Как вижу ночь у вас выдалась жаркой? — он подмигнул мне.

— Доброе утро, спасибо, — пробурчал я.

— А мы уже на месте! — он театрально развёл руки. — Италия! Мама моя! До свиданья Рим! Привет, малыш счастье!

— …

Вот! Вот это точно испанский стыд!

Проживать буквально в соседнем доме, как по меркам огромной России, и не запомнить что-нибудь осмысленное по-итальянски? Ну как так можно?

Глава 7. Популония

Наш капитан по выражению моего лица понял, что на этот раз его великолепный Итальянский не прокатил и свёл всё к шутке, после чего вынес нам корзинку с багетом, круассанами и апельсиновым соком в стеклянных бутылочках и оставил её на столике. Небольшой столик и два плетёных кресла уже стояли на палубе, когда мы сюда пришли. Приступив к завтраку, я внезапно осознал, что оказался на море впервые в своей жизни. Да ещё не на каком-нибудь там море Лаптевых, а…

А кстати, какое тут море? Я смотрел карты перед отъездом, но так и не понял: Лигурийское, или Тирренское.

Но в любом случае кругом море! Воздух! Солнце! Кстати!

— Солнце моё, как ты себя чувствуешь? — спрашиваю у коварно слопавшей почти всю выпечку Мегуми.

— Хорошо! — ответила она, на пару секунд прислушавшись к себе, но потом почуяла некий подвох: — Солнце?

И смотрит на меня так подозрительно. А я что? Я ничего! Я просто всю ночь думал над своим поведением и понял одну вещь: я почему-то считаю, что моя честность во взаимоотношениях с людьми, а в частности с девушками, она очень важна, и все окружающие должны это понимать и ценить. И в этом заблуждении я часто путаю тёплое с мягким, например не называя Мегуми солнцем только потому, что она не жёлтый карлик. Но с сегодняшнего дня я буду стараться говорить больше тёплых слов и комплиментов, а там глядишь и войдёт это у меня в привычку.

— Конечно солнце! — отвечаю японке, отчего она внезапно очень мило смущается, отчего мне внезапно становится очень хорошо на душе.

После завтрака вылезла неожиданная проблема: наши телефоны утверждали, что сеть отсутствует, хотя на берегу, прямо напротив нас стоит вышка сотовой связи. Капитан любезно разрешил воспользоваться его планшетом, и я довольно быстро нашёл решение этой проблемы. Как оказалось в этой Итальянской глуши связь обеспечивает лишь местный аналог «Ростелекома», и если с французским «Orange» он ещё как-то может работать в роуминге, то вот о российских операторах ничего не знает. Но на просторах интернета нашлось решение этой проблемы от одного из наших туристов: нужно выбрать в настройках телефона 3G, ввести правильный APN, и насильно выбрать единственную доступную сеть. Это помогло, и я тут же набрал номер «человека Камелии».

Человек Камелии нервничал, потому что некий другой человек Камелии, которого ещё найдут, сообщил о нашем визите в… даже страшно подумать… Ватикан! Ещё в шесть утра оттуда прислали троих дипломированных экзорцистов, которые поджидали нас на оговоренном месте встречи. И это выглядело бы нелепо и смешно, вот только когда я пытал нашу богиню смерти на предмет разоблачения тех сил, которые смогли прогнать её с тёплой и уютной Италии, а потом чуть было не достали в Москве, то оказалось, что это и был тот самый Ватикан. Причём не демоны, нет! Римская церковь, по её словам, около сотни лет назад отказалась от всяческих связей с демонами и стала выжимать их с насиженных мест. Камелия пыталась им сопротивляться, но не нашла поддержки и была вынуждена сбежать.

Верный человек Камелии предлагал перенести встречу в другое место и опасался, что католические священники сломают нам всю сделку, но я, прислушавшись к интуиции, а может даже тому самому дару Вирд, обнаружил лишь любопытство и предвкушение грядущих интересных событий, поэтому решил ничего не менять.

Оказавшийся самой настоящей яхтой «Берег любви» осторожно, по приборам подошёл к невзрачному лодочному причалу у высокого берега, и мы с Ми сошли на землю. Капитан решил встать на якорь в паре сотен метров от берега и пообещал периодически поглядывать на причал, на тот случай если у нас снова что-то случится с телефонами. Он имел ввиду конечно же новые проблемы с роумингом, а вот я — нехорошую тенденцию терять телефоны во всяких дурацких ситуациях.