Аллея - демон районного значения (СИ) - Ковшик Павел Иванович - Страница 26

– Ну почему она, почему она, а не я, почему…, – завыла Катя стоящая в дверях зала. Она была одета в свой застиранный махровый халат, а на ногах были те же самые тапочки-зайцы, в которых она первый раз зашла в эту квартиру.

– Почему… – девочка стала оседать на пол безвольной куклой.

– Да как же так Катюша, – Аллея подошла к Рудовой, встала на колени и взяла ее лицо в свои руки, – это часть моей работы, девочка моя. Я забыла свой пояс в спальне, а Алексей с Аделаидой уже зашли. Вот я… Вместо того, чтобы приказать идти учить уроки, я оправдываюсь перед человеческим детёнышем. А еще хочу целовать тебя и тискать, как… котёнка… Пойдем моя хорошая.

Демоница аккуратно взяла девочку на руки и поднялась.

– Алексей положи Аделаиду на диван, – и уже выйдя из зала остановилась и спросила, – ты хочешь её?

– Да, Госпожа, – ответил Колишкин поднимая женщину.

– Тогда, когда она очнется, приложи все силы и умения, судя по ее реакциям, она любит разнообразно, – суккуба сделала шаг и снова остановилась, – она хорошая женщина, и заслуживает…

– А я Котеночком займусь, ей пора провести второй сеанс эйфориков. Этот срыв – прямое следствие истощения эндорфинов.

Не успела демоница сделать еще один шаг в сторону спальни, как перед ней появился Тимур.

– Там Нина поднимается, тоже в халате и тапочках, госпожа Аллея, – дух сжался, – я пытался ее отговорить, но она в каком-то трансе… трансе вожделения…

– Все боги Инферно… Да что же это…, а мама мне говорила, говорила, – суккуба продолжила свой путь в спальню, – не заводи любимчиков, а я…дура безответственная…

Демоница положила девочку на кровать, затем взяла пояс, достала из одного из кармашков баночку с кремом. Намазала им губы, и наклонившись поцеловала Катю.

– Аллея, а ты что, с Катей? – в дверях спальни стояла Нина.

– Это даже не смешно… Ниночка, хорошая моя девочка, – суккуба встала, и подошла к рыжей девчонке, – Катюше стало немного плохо, и я ее положила на кровать. Можно я тебя поцелую?

– Конечно можно, Аллея, – лучезарно улыбнулась Нина и облизнулась.

Подхватив отключившуюся после фирменного поцелуя Терехову, суккуба положила ее на вторую половину кровати. Сама села посередине и стала гладить девочек по головам. Из зала раздавались протяжные стоны, и ритмичный скрип дивана. Но демоница совершенно не обращала на это внимание.

– Вот сейчас вам хорошо, а когда вы придёте в себя, добрая суккуба Аллея научит вас не обращать внимание на её работу, и на работу духа Тимура вы тоже не будете реагировать. А то, что же это получается, вы меня за десять метров чувствуете… когда я просто танцую… Какие вы у меня…

– Ты кто такая? Это что за вертеп? – в дверях спальни стояла женщина с рыжими волосами, одетая в куртку, накинутую на халат, – да я сейчас полицию вызову! Ты лахудра драная узнаешь, как чужих детей из дома сманивать!

Демоница буквально взлетела с кровати, и преодолев в прыжке полтора метра до входа в комнату, слету ударила светящимся кончиком хвоста в лоб скандалившую женщину. Затем придержала ее за халат и опустила на пол.

– Судя по лицу и цвету волос, это мама Нины. Как её хоть зовут, – суккуба посмотрела на недвижно висящего у окна духа, – Тимур, с тобой все в порядке?

– Госпожа Аллея, у меня болит душа, – привидение подлетело ближе, – я… устал… мне плохо…

– Тимур, у Нины была нормальная физиологически-психическая реакция на мой танец, в его самой эффективной форме, подкрепленная возникшей между нами прямой ментальной связью, – суккуба посмотрела в глаза призрака, – когда они придут в себя, я научу их игнорировать и мои и твои ментальные атаки. Понимаешь?

– Да госпожа Аллея, – более бодро сказал дух, – Терехова Елена Владимировна.

– А как она вошла?

– Нина дверь не закрыла, госпожа Аллея, – виновато прошептал Тимур.

– Не переживай так, сам ты ее запереть не мог, – демоница перешагнула через Терехову старшую, и пошла в прихожую.

Закрыв входную дверь суккуба развернулась и удивленно замерла. Схватившись рукой за косяк двери зала покачиваясь стояла женщина, и смотрела на демоницу умаляющими глазами. Губы беззвучно шевелились, подрагивая, зато в ментале ясно звучало:

– Я хочу тебя, Госпожа Аллея!

– Какая женщина, – с уважением сказала суккуба, подходя и обнимая еле стоящую даму, и шепча ей в ушко, – ты слишком устала, Аделаида, и сейчас отдохнешь, но я обещаю, когда-нибудь ещё…

Аллея провела языком по губам, собирая остатки крема, и поцеловала женщину, «с язычком». Оболенская обмякла и повисла на руках демоницы.

«Рецепт счастья подопечных прост – каждый день носи их на руках!» – сама себе пошутила суккуба, останавливаясь у дивана.

Поперек, свернувшись в позу эмбриона лежал Аколит, натужно хрипя.

– Алексей, или пододвинься как-нибудь, или слезь с дивана! – сказала Аллея.

Парень предпринял ряд вялых попыток, но смог только частично разогнуться.

«Не могу, Госпожа, я приложил все силы и умения, и сил не осталось», – протелепатировал Колишкин.

– Тимур! – позвала демоница.

– Я здесь, госпожа Аллея, – лицо духа появилось из стены в соседнюю комнату.

– Влей в Алексея немного энергии и веди его в ванну, затем оденьтесь и идите в 15 квартиру, – суккуба кивнула на лежащего парня, – контролируй его движения. Он истощен и может упасть. Здесь спальных мест уже нет, а девочки останутся до утра. Приступай.

Подождав пока вяло двигающийся Аколит покинет зал, демоница уложила свою ношу на диван, сняла ошейник с Оболенской и пошла в сторону спальни. С мамой Нины были проведены сходные манипуляции, как и ранее с мамой Кати. Затем она была отправлена домой.

Через час демоница сидела на краю дивана и гладила по голове Оболенскую.

– Вот уж во истину, не знаешь кого найдешь и где потеряешь, – задумчиво шептала Аллея, – будь ты самцом, и раз в пять умней, я бы отдалась тебе без оглядки. И может быть даже потом родила тебе маленькую суккубочку. Но увы и ах…

Демоница поцеловала в губы Аделаиду, и пошла в спальню, к своим девочкам.

Глава 9

Аллея проснулась, лежа на боку, от какой-то тихой возни и сдавленного хихиканья. Ощущение любви и радости, разливающееся вокруг, тягучей негой заполнило ее сознание. С двух сторон к ней прижались голые тела, и спереди ладошка охватила левую грудь, а сзади другая ладошка нежно обняла основание хвоста.

– Доброе утро, девочки, – улыбнулась суккуба, и открыв глаза посмотрела на лучезарно смеющуюся Рудову.

Та пододвинулась ближе и робко поцеловала в губы. Немного отстранясь, Аллея лизнула ее в носик.

– Ниночка, основание хвоста у нас очень интимная область, – повернув голову одним глазом посмотрела на девочку сзади.

– Здравствуй Алеечка, я так и подумала, – маленькая ладонь крепко сжала эту самую область.

– Ох…, – аж задохнулась от неожиданности демоница, – ах ты проказница.

Просунув левую руку под тело Нины, Аллея перекатила ее через себя и водрузила на хихикающую Катю, а затем поймав мгновение лизнула в нос и эту девочку.

Из смеющейся кучи малы потянулись четыре руки и стали щекотать демоницу.

– Ай, что вы делаете, – Аллея стала отползать и когда почувствовала край кровати, просто встала. Потянулась, подняв руки вверх, затем прогнулась через спину и встала на руки. Повернувшись на одной руке, посмотрела на две веселые мордашки с интересом глядящие на неё с края постели, и показала им язык.

– Какое блаженство, – сказала суккуба, прогнувшись вбок, и закончив акробатическое колесо, встала на ноги.

– Доброе утро, Тимур, – находящийся на верху шкафа призрак изображал улыбающегося роденовского «Мыслителя», – ты не стал будить нас «Москвой майской»?

– Сегодня воскресенье, детям в школу идти не надо, – ответил дух перелетая на уровень пола, – здравствуйте Катя и Ниночка.