Сууширский фарс 2/3 (СИ) - Хаоцки Дэш - Страница 59

— Хочешь сделать из Разрушителя куратора? — Саартан высунулся из-под пледа.

— Как вариант. Мы с тобой уже давно напарники, Саа.

— Но ты должен сидеть в кабинете и разбирать отчёты. Оперативная работа не для главы.

— У меня теперь есть зам для отчётов, переговоров и публичных выступлений, — Михей стрельнул в Хранителя весёлым взглядом. — Нам ещё портал достроить надо. А тебе передать амулет Ракешу.

— Мельхиор думает, что душа Шульги высвободилась после того, как я умер?

— Ага, — Михей широко улыбнулся. — Но мне тяжело было сдержать ликование, когда он самодовольно распинался о том, что чужие души покидают цайаров после смерти, если те не успели вложить их «во что-нибудь дельное и красивое». Сидел и сжимал зубы, чтобы не завопить, мол, а мы уже вложили всё, что нужно, куда нужно, — он захихикал. — Я же говорил, что ты — лучший в мире ювелир!

Щупальце Гаона услужливо опустилось с потолка. Перед Хранителем закачался на цепочке маленький золотой кувшинчик. Саартан взял амулет, усмехнулся и надел себе на шею.

— Нам повезло, что мы догадались оставить кулон на Гаоне, — сказал он.

— Знал бы я тогда ещё, что ты у нас тоже цайар, разыграл бы эту партию куда лучше, — с сожалением проговорил Михей.

— Но ведь амулет у нас, всех детей эвакуировали с Острова, пророчество временно заморожено… я утряс свои семейные дела, как смог. Все живы, Мельхиор остался с носом.

— Не… совсем.

— Подумаешь! Ну, будет висеть в спальне у него твой портрет в костюме горничной! Что с того? Его же никто не увидит. Мой вновь обретённый дядя — псих-одиночка. И даже если кто и увидит — тебе же плевать на общественное мнение. Нет?

— Да я не о портрете переживаю! И спасибо, что не подкалываешь насчёт этого, Саа. Честно. Я это ценю. Дело… в другом…

Михей закусил губу и страдальчески наморщил лоб. Саартан развернулся к нему полностью.

— Ты обещал рассказывать мне всё без утайки, — голос Хранителя стал требовательным. — Мих?

— Я отдал Мельхиору душу, — нехотя признался Михей.

— Что?! — Саартан подскочил в кресле. — Как?!

— Он угрожал засудить Кота за твоё обращение в вампира. Ты же у нас дракон. То есть Дракон.

— Но я же не сошёл с ума, как Септемберель!

— Тогда мы ещё не знали, как ты себя поведёшь. Может безумие постепенно накрывает? Драковампов же не бывает. И цайвампов тем более.

— Я поговорю с дядей, — Саартан решительно стукнул кулаком по подлокотнику кресла.

— И он потребует что-нибудь другое в обмен на мою душу. Например, душу Шу, когда узнает, что мы его с ней провели. И ты отдашь. И тогда мы проиграем. А пока счёт равный. И… нет, Саа! Не перебивай. У меня теперь есть шанс подобраться к тайне Зеркала.

— Одно Зеркало висело в комнате моей матери, второе — у её брата. Они общались через них! В детстве! Никакой тайны! — Саартан разозлился.

— А что за двери в коридоре между Зеркалами?

— Двери?

— Вот видишь! Ты не знаешь.

— Ну и хрен с ними! Сдалось тебе это Зеркало! Душа, Мих! Ты отдал Мельху самое ценное! Как Андарс, стал цепным псом.

— Лисом, — кокетливо поправил друга Михей. — Цепным лисом. И ты сам хотел сделать меня рабом, помнишь? Чтобы ноги вытирать о мою мягкую шкурку. Это наследственное, видать.

— Я… — Хранитель задохнулся от гнева. Мотнул головой. Помолчал, успокаиваясь. — Поверить не могу.

— Мельхиор отступился от нас, получив своё, — Михей дотянулся до друга, дотронулся до его укрытого пледом колена. — Это нам на руку. Мы придумаем что-нибудь потом. Мой папа поможет. Андарса ведь тоже надо вытаскивать из когтей цайаров. А как к ним подобраться, если не через одного из них?

— Точно спятил, — констатировал Саартан, хмуро глянув на руку на своем колене.

— Ага. Но ты ведь со мной?

— Спятил с тобой? О, да!

Иватарн был весел и возбуждён. Он с удовольствием принимал от Глиста техническую информацию и радовался как ребёнок, которому дали порулить на отцовской машине. Кот исподтишка поглядывал на напарника. Сам он подключаться к кораблю не стал. Мало ли что вложил в сознание катера Фаарха? К тому же куратор терзали сомнения по поводу произошедшего накануне вылета разговора с Хозяином Острова, и эмпатия сейчас только бы испортила Иву настроение.

Мельхиор выцепил Кота, пока Хранитель отсыпался после обращения, а лис и дракон занимались синхронизацией кораблей. Кот тогда усмехнулся, демонстрируя клыки, когда Аист подошёл к нему с вежливой улыбкой.

— С одним не вышло, решил попытать счастье с другим? — язвительно спросил Кот. — Думаешь, я адекватнее ученика твоего ученика?

— Я слышал ваш разговор с мальчишкой, — не стал скрывать Мельхиор. — Невольно. В этом доме невозможно что-то утаить от меня. Ты мне показался благоразумным.

— Тогда ты должен быть доволен, что обыграл всех и каждого. Что тебе ещё от нас нужно?

— Я перенёс тебя с напарником сюда не только для того, чтобы обуздать нового главу совета…

— Ты шантажировал моего ученика? — Кот нехорошо прищурился.

— Конечно, — Аист насмешливо склонил голову. — Я же цайар. А мы, по вашему всеобщему мнению, только шантажом и дышим. Не хотелось вас разочаровывать.

— Тебе копыт не хватает.

— Для чего?

— Для полноты образа. И хвоста свечкой. Рога и бородка есть.

Мельхиор застыл с непонятным выражением лица, видимо, обдумывая слова куратора.

— Кое-кто, — певуче растягивая гласные, заговорил Хозяин Острова после недолгого молчания, — уже обещал мне поработать над моим образом. Пожалуй, стоит заняться этим на досуге. Трепет. Вот чего я давно не видел в глаза смертных.

— Я не смертный.

— Ты трудноубиваемый. С бессмертием это не идёт ни в какое сравнение.

— Вы тоже умираете.

— У нас единый эгрегор. Мы выходим из него и в него же возвращаемся. Меняется только окраска. Наше бессмертие в нашем единстве.

— Пф!

— Не завидуй. Иногда у меня возникает эгоистичное желание стать уникальной личностью, вроде тебя. Но я вспоминаю вашу похоть, жажду наживы и власти, ваше лицемерие. И помутнение проходит.

— Что тебе надо?

— Зеркало. Я подсунул его тебе, чтобы оно отыскало моего племянничка. А теперь ты подсунешь ключ от одной из дверей внутри Зеркала своему ученику.

— Зачем мне это делать? И почему ты сам не подкинешь ключ Михею?

— У цайаров слишком много ограничений на «сам», дорогуша. Правила Игры строги, но без них наша созидательная сила давно бы привела миры к Хаосу. Слышал такое: благими намерениями выстлана дорога в Ад?

— Ад придумали вы.

— Да, но тем не менее. Я не буду угрожать тебе, Ньярхайд. Ты и сам понимаешь, что я своего добьюсь. Только более жёсткими методами. У тебя сейчас есть шанс подложить подушку под зад своего чересчур деятельного ученика. Ну, и в качестве бонуса… я могу вернуть твоему напарнику способность к продолжению рода. Ах, да что я такое предлагаю!? — Мельхиор жеманно взмахнул руками. — Тогда ведь он может сбежать от тебя к какой-нибудь девахе, чтобы плодиться и размножаться! Нет, нет, прости! Я оговорился.

— Почему бы тебе не предложить это Иватарну? У меня нет прав решать за него.

— Он отказался меня слушать.

— Рука у него тяжёлая, — Кот прикрыл веки.

Его напарнику частенько не хватало такта, чтобы выразить гнев без рукоприкладства. Ив считал, что порою честно съездить по физиономии гораздо лучше подлых уколов словами.

— За полвека совместной жизни ты уяснил только это?

— Хватит пытаться вывести меня из себя, цайар.

— Никакого почтения! — вздохнул Хозяин Острова с притворной грустью. — Фаахи совсем вас разбаловал. Что ж, моё дело — предложить.

Он положил на стол маленькую колбочку, закупоренную сургучом, с розоватой жидкостью внутри и серебристое перо.

— Двери в Зеркале заперты на генетический код. Моё перо — ключ к одной из них. Ты можешь оставить его на столе, и тогда твой ученик поранится, пытаясь взломать двери самостоятельно. Или же ты подложишь ключ в Хранилище так, чтобы Михей обязательно его нашёл. И тогда ничего страшного не случится. А это, — Мельхиор ткнул когтистым пальцем в колбу, — для твоего напарника. Принимается внутрь. Идёт мягче с чем-нибудь алкогольным. Отличный подарок на день рождения, как считаешь? Или на свадьбу…