Видение луны (СИ) - Глен Катарина - Страница 14

Она напряглась.

— Да?

— Лейтенант. Это Сенмей Рен, — позвал он сквозь шоджи. — Есть силы поговорить?

— Ах, минутку, — он говорил, что будет заботиться о ней. Она насторожилась. Хоть он выглядел добрым, спас ее жизнь, она привыкла к присутствию Арины.

Эма подтянула ноги, чтобы оказаться на коленях, кривясь от натяжения в ране. Каждое движение напоминало о ее состоянии, хотя боль сегодня была терпимой. Она поправила юкату и быстро пригладила волосы.

— Входите.

Дверь подвинулась, и стало видно мужчину, который позволил ей выжить. И в свете утра в коридоре он еще сильнее напоминал Саитаму. Те же темно-каштановые волосы, собранные в пучок. Седина на висках выдавала его старший возраст, хотя он выглядел ненамного старше брата. И его худое гибкое тело было без выпирающих мышц и твердых линий солдата. Он был без оружия, только с мешочком на плече.

— Прости, что нас официально не познакомили, — он поклонился, стоя на пороге. — Я хотел встретиться с тобой до вчерашнего собрания.

Она подняла руку.

— Не нужно извинятся. Я понимаю.

Сенмей мягко улыбнулся, радуясь ее ответу.

— Можно войти?

— Конечно. Это же ваш дом.

— Ах, да, точно. Прости, — Сенмей вошел и опустился на пол напротив нее, его спина была прямой, как стрела. Он вел себя даже строго в своей вежливости, каждое слово и фраза были продуманы. Даже его поведение было строгим.

Это отличалось от ее общения с Саитамой. Эма не знала, что думать о нем.

— Я еще не выразил должным образом благодарность за помощь моему младшему брату. Ты спасла его от ужасной судьбы, и я благодарю тебя за это.

— Я не могла стоять в стороне, когда кто-то в опасности.

— Ах, твоя доброта осталась незамеченной офицерами. Они ждут от тебя — Черного Шипа — другое, но многие другие благодарны за твое вмешательство, — он прижал ладонь к груди. — Я, конечно. И позволь успокоить, хоть он может не выразить прямо, Тама тоже благодарен.

— Это добрые слова. Хотя, думаю, лечение — уже достаточная благодарность. Спасибо, лорд Рен.

— Я сделал то, о чем меня попросили, — его щеки покраснели. — И можешь звать меня Сенмей. Хотя я — заместитель лорда-командира, никто тут не обращается ко мне по титулу. Я — просто Сенмей, — он кашлянул. — Еще одно. Ах, духи, ты явно жалеешь, что я пришел сегодня. Надеюсь, я не сильно помешал.

— Ни капли, — Эма улыбнулась, пытаясь его успокоить. Если он уже был добр с ней, стоило это сохранить. — Прошу, продолжай.

Он склонил голову, опустил взгляд.

— Как ты знаешь, я обработал твою рану. Прошу прощения, если ты ощущаешь себя обманутой или обиженной. Мои услуги требовались немедленно, — а ты была, — он заерзал, теребя шнурок мешочка, — без сознания какое-то время. К сожалению, другие дела помешали мне продолжить лечение, потому тетя — то есть, Арина — ухаживала за тобой, — он посмотрел ей в глаза, его глаза были карими, как у его брата, но чуть светлее и без глубины Саитамы. — Но, как я и сказал прошлой ночью, я хочу продолжить заботу о тебе. Если можно, я хочу проверить твою рану. Лучше узнать состояние твоей раны от человека, который изначально осматривал твое тело.

Щеки Эмы пылали. Он странно выражал мысли. Но его лицо оставалось спокойным, без хитрости или злобы, только тревога лекаря. Такое лицо она видела у медиков и целителей, которые помогали ей с прошлыми ранами. Она прогнала дрожь из груди. Странная реакция на его склонность придерживаться правил приличия. Может, его смущала ситуация, и он пытался подобрать слова.

— Как долго я буду восстанавливаться?

— Сложно сказать. Вскоре станет видно. Прошу прощения. Я знаю, что тебе неудобно, но я не могу отпустить тебя в таком состоянии. То существо оставило тебе ужасный порез, — он указал на ее правый бок. — Я зашил тебя лучшим образом, но шрам останется. И, боюсь, какое-то время будет оставаться боль. Хотя, думаю, ты знаешь боль, судя по другим твоим шрамам.

Дрожь пробежала по ее спине. Насколько внимательно он ее осматривал?

— У меня было достаточно ран. Я справлюсь.

Он выпрямился.

— Хорошо. Ты крепкая, как я и думал. Думаю, ты выдержишь. Конечно, я буду спокойнее, если буду следить за твоим восстановлением. Это меньшее, что я могу. Теперь можно проверить рану? Пожалуйста, — он указал на футон и открыл мешочек.

Покалывание пробежало по шее, она легла рядом с ним. Она не ощущала себя так с Ариной. Вежливость Сенмея и неловкие фразы задевали что-то, что она не могла определить. Эма еще не встречала никого, как он, раньше. Не помогало и то, что он признался, что у него был доступ к ее телу, пока она была без сознания.

Нет. Сенмей помог ей, передал, что был в долгу перед ней. Было просто найти причины не доверять людям вокруг нее. Но она собиралась позволить ему помочь, подавив эти голоса.

И она не была беспомощна. Эма могла сломать ему руку, если его намерения окажутся плохими.

Эма выдохнула, развязала оби и открыла юкату достаточно, чтобы было видно перевязанную рану. Он робко улыбнулся ей, прошептал извинение и приступил к работе.

Его нежные руки работали быстро, умело и уверенно, это отогнало ее тревоги. Он явно делал это тысячу раз. Эма разглядывала балки под потолком, пока он очищал рану.

— Отлично. Заражения нет, — он отложил окровавленную ткань. — Арина хорошо позаботилась. Позволь закончить осмотр, и я пойду, — он провел пальцами по ее боку. Эма напряглась, дрожа от опасно близкого прикосновения, на грани наслаждения и боли. Он замер у ее живота и надавил на нежную плоть.

Агония вызвала стон. Она резко вдохнула, смаргивая слезы. Ухмылка появилась на его лице. Или нет? Эма моргнула. Нет. Он сосредоточенно щурился, уголки губ были опущены.

Сенмей остановил осмотр ее живота, шепча, вернулся к ране.

— Должен сказать, я… потрясен, что ты выжила против ши-но-кагэ, — его голос стал мягким, почти благоговейным. — Как ощущался бой с ним? — он посмотрел ей в глаза.

Голодно. Пылко.

Эма поежилась. Что это был за взгляд?

— Саитама точно рассказал об этом.

— Да, — его прикосновение пропало. — Но меня интересует твой взгляд.

— Почему?

— Почему? Потому что ты выжила, лейтенант. Прошу, — он развел руками, — просвети старого ученого.

Сглотнув ком в горле, она рассказала, что помнила, о столкновении.

— Я словно смотрела в бесконечную тьму. Словно она могла поглотить все, чего касалась. И холод. Он высосал все тепло из онсена.

— Ты их раньше не видела?

— Нет. Слышала истории. Я не верила, что они настоящие.

Он кивнул, опустил ладони на свои бедра.

— Мне давно нравились мифы и легенды. Мой интерес был чисто учёным — как ты, я никогда не верил в них. Но их присутствие на земле нельзя отрицать. Они — слуги Смерти, посланные собрать души в этом мире для их господина. Но их жестокое поведение беспокоит. Почему они появились сейчас? Почему так охотятся на живых? И ты… отмечена тенью, но лежишь передо мной, живая и дышащая. Поразительно, — его пальцы задели края ее раны, взгляд стал далеким и стеклянным.

Эма отдернулась от его прикосновения. Он фамильярничал, даже если был лекарем.

— Что значит: отмечена?

Сенмей кашлянул, сел на пятки.

— Если хочешь посмотреть…

Духи, она не хотела видеть. Но пора было понять свое состояние полностью.

Она взяла себя в руки и опустила взгляд, кривясь, когда живот напрягся у раны. Ее черный живот, словно плоть выжгли.

— Адские духи! Что…

— Шш, лейтенант, все хорошо.

— Не хорошо! Что это?!

— Метка ши-но-кагэ, если не ошибаюсь. Но она стала меньше, значит, лечение было эффективным. Это радует, — он коснулся пальцем подбородка. — Конечно, я не знаю, что все это значит. С тех пор, как мы обнаружили их существование, я пытался понять их цель. Но ты доказала, что они могут быть тут не просто для убийства.

Метка теней. Что это означало? Эма опустила голову на подушку, подумала о Назэ. Что он знал о метке? Он скрывал знания от Сенмея?