Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения - Страница 70

Вначале нам с Антонио её идея показалась безумной…  Но в итоге ничего лучше мы придумать так и не смогли. Потому осталось смириться с тем, что Шаэриэнн въехала в Рожерион на повозке бродячего цирка, заплатив тощему, как щепка, жердяю-вознице три золотые монеты, что оставались после покупки меча. Расчёт был на то, что цирк, в труппе которого имелся полурослик, довольно нелепо изображающий карлика, два орка-силача и фокусник гном, мало будут волновать причины, по которым эльфийская лекарка пожелала остаться «в тени». По счастью, так и оказалось…

Или…  не так?!

Я уже шёл в сторону эльфийки, когда внезапно заметил, что около Шаэриэнн вовсю увивается давешний тощий жердяй, от души расфуфырив изрядно повыщипанные перья…  Только теперь при нём была лютня — он так размахивал ею по сторонам, вдохновенно плетя какие-то небылицы, что торговка, у которой колдунья выбирала травы, уже неодобрительно косилась на него, опасаясь, что не ровен час разобьёт что-нибудь на прилавке…  К тому же непонятного цвета паклю на его голове украшала аляповатая беретка с пером, очевидно, призванная заявлять всем, что перед ними бард. Зимним днём она смотрелась исключительно нелепо — оттопыренные уши «барда» давно уже прихватило морозцем, но он с завидной стойкостью делал вид, что стужа не помеха настоящему искусству, с сальной улыбочкой склонившись едва ли не к самой эльфийкиной щеке…

Впрочем, Шаэриэнн, похоже, ничего не имела против. Во всяком случае, околесицу, которую нёс «бард», она слушала весьма и весьма благосклонно…  В какой-то момент до меня даже донёсся её тихий смех, похожий на перезвон серебряных колокольчиков.

Я сжал кулаки и сделал шаг навстречу.

— Проблемы?…

Бард замолк на полуслове и «сдулся» на глазах: я был на голову выше и несоизмеримо крупнее. Да и поганый меч за моей спиной, думаю, он навряд ли мог отличить от настоящего толкового…

Эльфа наконец подняла глаза от прилавка.

— Нет, что ты!…  Здравствуй, милый…  — кокетливым жестом перекинув на локоть свою почти пустую корзинку, она повисла у меня на руке.

— Что тебе ну…  — обречённо пискнул «поэт».

— Если я надену эту бандуру тебе на голову, она сможет играть? — хмуро поинтересовался я.

Бард мудро решил не дожидаться, пока я это проверю.

— Фи…  Альтар!

Шаэриэнн скривила губы, проводив глазами незадачливого кавалера, с завидной скоростью скрывавшегося за углом.

— Вернуть? — буркнул я, не глядя на неё.

— Да ладно…  Пусть.

Фыркнув, как кошка, эльфийка потянула меня за собой вдоль ряда прилавков.

— И, между прочим, это была лютня…  — с ехидцей заметила она.

— Я это знаю. Между прочим…

Вот же!…

Сам не ожидал, что это меня так заденет…  Но, демоны — эти остроухие вечно привыкли думать…

— … что они самые умные.

Я остановился и посмотрел ей в глаза.

Эльфийка улыбалась.

— У тебя всё написано на лице, — пояснила она.

Я нахмурился.

Читает, видите ли, по лицам…

— Ты зачем его с собой притащила?

— Я?! — её глаза удивлённо расширились. — Да что я, совсем уже?! Я спрыгнула с их телеги, едва мы миновали ворота…  Кто же знал, что этому парню тоже что-то понадобится на рынке…

— Не «что-то», а «кто-то», — не удержался я. — Да он выследил тебя! Неужели не понимаешь? А ты и рада стараться, уши распустила…

Рука Шаэриэнн соскользнула с моего локтя.

— У тебя недурно получается быть грубияном, — ледяным тоном заметила она.

Я швырнул огрызок яблока в сточную канаву и брякнул:

— А вот тебе совсем не идёт вертеть хвостом…

Глаза эльфийки сжались в узенькие щёлочки. Она была в ярости. Но ответить не успела.

— Эй!…

Мы, не сговариваясь, одновременно повернули головы.

Антонио должен был появиться в столице вместе с группой вездесущих студиозусов, с лёгкостью признавших в нём одного из своих…  Сейчас он легонько махал нам рукой, стоя около большой брички с тыквой.

Не глядя друг на друга, мы с Шаэриэнн двинулись вдоль прилавков, высматривая в их череде переход на соседний ряд.

— Что? — не на шутку встревожился Тонио, разглядев наконец вблизи наши постные физиономии. — Что-то случилось, да??

— Всё хорошо! — в один голос выпалили мы.

Маг ещё раз внимательно смерил нас взглядом, качнул головой, одновременно переводя дух, но развивать эту тему не стал. Только сказал:

— Нас уже ждут…  — и, сделав знак следовать за собой, направился к выходу с Осиного рынка, за которым вплотную друг к дружке выстраивалась череда жилых домов.

Мы молча направились следом.

Друга детства Антонио звали Энцо. Это был приятный молодой человек с простоватыми, но обаятельными чертами, высокий, худощавый и, очевидно, в силу этого немного сутулый. Хотя они с магом были ровесниками, залысины на высоком лбу и очки с толстыми стёклами заметно прибавляли ему лет, заставляя выглядеть солиднее и старше. Однако самым главным было то, что являлся он ни много ни мало — главным помощником ведущего стряпчего в Канцелярии Императора…  И, по словам Антонио, превосходно умел держать язык за зубами.

Вряд ли жалование канцелярского служащего располагало к роскоши и мотовству, однако его всё же хватало на съём крошечного домика на одной из столичных окраин. И хватало, судя по всему, впритык — жил Энцо очень скромно, на грани бедности. Но, хотя в его жилище не было ни одной лишней вещи или предмета обихода, во всём чувствовался уют и образцовый порядок. По пути сюда Антонио обмолвился, что живёт его друг один, но едва мы переступили порог, мне сразу стало понятно, что к созданию подобной обстановки просто не могла не приложить усилий женская рука. Если возлюбленная Энцо и не жила с ним, то, очевидно, довольно часто наведывалась в гости…  Я отметила про себя, что нужно будет, улучив момент, обратить на это внимание мага — в своём друге он был уверен, а вот встреча с его дамой в наши планы не входила.

Принял нас Энцо радушно. Думаю, перед тем, как появиться на базаре, Антонио успел побывать у друга и кое-что ему пояснить. Во всяком случае, факт того, что я «эльфа», совершенно его не насторожил и не смутил, вопреки моим ожиданиям.

Но вот когда следом за мной появился Альтар, у парня натуральным образом полезли на лоб глаза…  Я, признаться, тоже опешила — со щетиной и шрамом на щеке Каратель, безусловно, выглядел довольно лихо, однако здесь, среди столичной бедноты, подобной публики хватало в избытке.

Антонио, представлявший нас, тоже замолк на полуслове. Возникла странная немая сцена. Пробормотав какие-то извинения, Энцо смутился, и, запинаясь, поинтересовался у Карателя, не встречались ли они ранее…

Мгновение подумав, Альтар решительно покачал головой: этого человека он не знал. Я уже успела убедиться, что на память Карателя можно полагаться с уверенностью. Энцо, скорее всего, ошибся, приняв его за кого-то другого.

Видимо, он тоже так подумал, потому как смутился ещё больше и поторопился усадить нас к столу, на который выставил, должно быть, всю снедь, что имелась в доме. Не желая объедать хозяина, мы достали из сумок остатки припасов, что брали с собой в дорогу. Энцо разлил по кружкам горячий чай, и мы приступили к позднему завтраку, после которого предстояло обсудить дальнейшие планы.

Хозяин дома без лишних слов согласился предоставить нам кров на то время, которое нам придётся провести в столице и сохранить в тайне наше пребывание здесь.

— Мой дом — в вашем полном распоряжении, — он широким жестом повёл вокруг себя рукой. — Многого, увы, предложить не могу…  Но всем, что видите, пользуйтесь, как своим. Ты ведь знаешь, Тонио: твои друзья — это мои друзья…

— А как к этому отнесётся твоя дама? — осторожно спросил Антонио.

— Мариэтт?…  — Брови Энцо удивлённо вскинулись вверх, но он быстро сообразил, как друг догадался. — О нет, не волнуйтесь…  Это моя невеста. Визит друга детства я смогу ей объяснить. К тому же сейчас мы почти не видимся…  Видишь ли, Мари белошвейка и живёт в Мраморном Дворце. Ныне покойная Императрица, Её Величество Селесте, три года назад забрала её ко двору из Бискайи, впечатлившись её мастерством…  — не сдержавшись, похвалился он. — Там мы и познакомились. Сейчас, в преддверии Бала Начала Весны, у неё прорва работы…