Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения - Страница 192

— Единственная магия, которую позволено использовать в Поединке — чары Исцеления, заживляющие ритуальный порез, — объявил он, забирая из рук Ллиреадана такую же тряпицу. — Со мгновения начала боя и до самого его конца использование любых чар недопустимо. От имени Совета я, Архонт и Хранитель Порядка, предупреждаю вас обоих об этом перед тем, как зажгутся Оберегающие Огни. Нарушивший это правило будет испепелён ими незамедлительно — и, стало быть, осуждён. Помните об этом!

— Разумеется, Архонт, — подал голос Ллиреадан. — Прошу тебя, побереги Туманный Венец до окончания Поединка…  Я не привык надолго расставаться с ним. И заберу его сразу же, как только покончу с…  этим.

Старейший невозмутимо кивнул, ожидая, пока король снимет с головы и протянет ему реликвию. Следом за Венцом беловолосый избавился от пары изящных браслетов, нескольких перстней и талисмана тончайшей работы на длинной цепочке — можно было только гадать, какие чары сокрыты в этих вещах. Куртку Ллиреадан тоже предпочёл снять, и, пока Хранители разбирались со мной, со скучающим видом расправлял манжеты ослепительно белой рубашки.

У меня, впрочем, магических вещей было куда меньше. Маленький нашейный стилет — подарок призрачной орки Халлоран — весьма, кстати, заинтересовавший Архонта, да несколько простеньких амулетов на шее и поясе…  Расставшись с агмарилловым арсеналом, больше ничего подобного я на себе не носил: всеми артефактами распоряжалась Тира, снабжавшая ими нас по мере необходимости, каковой, впрочем, не было уже давно.

Убедившись, что всё, так или иначе связанное с чарами, отобрано у нас и вынесено за пределы Арены, Архонт подал знак Хранителю Магии, дожидающемуся у одного из магических фонарей. Тот незамедлительно начал обход по периметру круга, легонько касаясь каждого светильника зажжённым факелом, который держал в руке. Яркие, слепящие глаза магические огни становились мягче и бледнее, намного легче вписываясь в темноту ночи, а шар пламени над каждым из них приобретал слабый фиолетовый оттенок.

Присутствующие на Арене поторопились её покинуть. Я отметил, как напряглись и без того сосредоточенные Старейшие, а несколько молодых церковников, которым поручено было унести с места предстоящего боя всё лишнее, на глазах осунулись и побледнели…  Судя по всему, теперь любая, даже попросту неосторожная, попытка применить магию внутри ограниченного Оберегающими Огнями круга была чревата серьёзными последствиями, и чародеи понимали это.

Один Архонт на первый взгляд оставался спокоен.

— Ллиреадан Темарриан Да Локко'Неиделл! — зазвучал его голос от светящейся арки, обозначающей вход. — Аласдайр Таргос Ар Кэррайн, защитник Шаэриэнн Ад Аэллы Эн Тал'лиаэ Нэсс'эйдхи-Ра! Именем Теарра Справедливого благословляю вас на Поединок Истины! Пусть Созидатель оправдает безвинного и покарает виновного!…

Его рука с зажатым в ней белоснежным платком взмыла вверх и замерла над головой.

— Обнажите своё оружие и приготовьтесь к бою!

Клинок Ллиреадана — без сомнения, рождённый в древности из превосходной стали под руками лучших из мастеров — оказался лёгким и прямым, напомнив мне меч А'Кариэлла.

Надо полагать, классическая «эльфийская школа»…  Хотя, кто знает. Я понятия не имел, так ли искусен беловолосый мерзавец в бою, как в области плетения интриг. Страж отзывался о нём, как о неплохом бойце, признавая, однако, что «в деле» наблюдал его крайне редко…  При том, что в эльфийском обществе всегда особенно почитали «героев с мечами», Ллиреадан, в отличие от той же Шаэ, никогда не рвался пополнять их ряды. Напротив, он стремился избегать всякого рода вооружённых стычек на публике, включая турниры, на которых неизменно предпочитал место зрителя. В устах недругов в годы его юности порой звучало нелестное «рохля» и «трус», однако всё это как-то быстро обрывалось и затихало, так и не успев «прилепиться» к репутации будущего короля ярким жирным ярлыком.

Как бы там ни было, я не обманывался на этот счёт. Нежелание «светить» свои умения ещё не говорило об отсутствии таковых. Во всяком случае, он не воспользовался оказией выставить вместо себя другого бойца, и сейчас стоял напротив меня со вполне спокойным и равнодушным видом — только презрительная улыбка нет-нет, да изламывала уголки губ…

Меня это тоже не трогало. На что он действительно способен — покажет поединок.

Платок вылетел из руки Архонта в гробовой тишине, вмиг окутавшей Арену, и, трепеща, опустился на песок…

Мы сорвались с места, чтобы двинуться по кругу, цепко держа друг друга в поле зрения и на линии удара меча.

Для Ллиреадана я наверняка тоже был загадкой — он нигде не мог видеть меня в бою, никого не мог обо мне расспросить. Выяснять, кто на что горазд, нам обоим предстояло сейчас, атакуя и защищаясь. Однако эльф нападать вовсе не торопился, на первый взгляд уступая инициативу мне.

Что ж…  Я принял правила — в конце концов, мы здесь не для того, чтобы бесконечно топтаться на месте. Первые пару выпадов — пробных, совсем простых — беловолосый, как и следовало думать, парировал без труда. Однако так и не сделал попытки «прощупать» меня ответной атакой, упрямо выдерживая прежнюю дистанцию.

Его право…  Я усилил нажим, «надавил» сильнее, вынуждая противника ввязаться в бой. Но вместо того, чтобы «ловить» меня на переходах между ударами комбинации, Ллиреадан, довольно неплохо отразив несколько начальных приёмов, внезапно рывком отпрыгнул назад, попросту прерывая бой.

Я замер на мгновение, не исключая, что он рассчитывает поймать меня врасплох, когда кинусь следом. Затем двинулся на него, видя, что эльф так и не делает попытки как-то сблизиться со мной и уж тем паче — атаковать…

Ллиреадан, всё так же держа меня на расстоянии, тут же заторопился в противоположную сторону — от меня.

Видят Боги — я совершенно не понимал его игры…  Со стороны трибун тоже послышался недовольный гул: пока бой выглядел так, будто кот гоняет по комнате крысу, которая вовсю уворачивается.

На что он рассчитывает? Притупить мою бдительность, или просто тягаться так до бесконечности, проверяя, кто выносливее?…

В любом случае, эту нелепицу следовало прекращать. Побаловались и хватит…

Улучив момент, я сделал быстрый рывок наперерез, оттесняя противника к самому краю круга, огороженного магическими огнями. Выйти за них у него бы уже не получилось: волей-неволей он вынужден был принять бой, потеряв возможность отступать.

Мечи скрестились. Снова и снова…  Ллиреадан весьма успешно отбил сложный приём, увёл меч от силового противостояния и, наконец, сам попытался провести атаку — вполне подходящую, однако всё-таки просчитанную мной. И в момент её отражения, оказавшись практически нос к носу со своим врагом, я внезапно увидел, как побелели его фиолетовые глаза…

Побелели в панике, без следа растеряв презрение и насмешку.

Демоны!…  Капли пота на лбу, прокушенная губа…  Эльф и в самом деле боялся — это не было игрой!…

Я промешкал мгновение, и Ллиреадан воспользовался этим — однако вовсе не так, как я ожидал. Выставленный мной блок встретил…  пустоту. Даже не думая атаковать, беловолосый попросту вывернулся, отлетев вбок на несколько шагов. Похоже, даже не разбирая, куда именно — просто оборвал сражение снова.

Трибуны ответили разочарованным ропотом.

— Бейся! — выдохнул я, опять приближаясь к нему.

Эльф не ответил, молча отступая в тень, отброшенную магическим факелом.

Я в очередной раз настроился перехватить его у края Арены. Снова рванулся, перерезая ему путь — на сей раз возможности улизнуть у него не будет…

И в этот миг под моими ногами вдруг колыхнулась земля.

Вздрогнула, точно где-то прямо под нами на небольшой глубине внезапно шевельнулся чудовищный крот размером с дракона, надумав прорыть себе ход наверх…

Я едва удержался на ногах, глядя, как подлетели вверх переполненные публикой трибуны…  шары с магическими огнями…  гвардейцы в серебристом, застывшие в проходах между рядов…