Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения - Страница 173

Лёгкими, нервными штрихами я передала бы внимательную сосредоточенность на его лице…  Суровый излом бровей…  Упрямо сжатые губы…

Тщательно выделила бы чёрным узкую повязку, которой он походя перехватил себе волосы, чтобы буйная грива не лезла в глаза…

Переплетая плавные и резкие линии, отобразила бы широкий разворот плеч…  Играя с тенями, показала бы, как литые мускулы перекатываются под блестящей от пота кожей…  Изо всех сил постаралась бы поймать мгновение, когда огромный молот, не торопясь, уходит в замах — а затем стремительно падает вниз, всякий раз заставляя пропустить удар сердца…

Альтар оставался в кузнице дольше всех — он помогал ковать заготовки оружия для себя, Тонио и Тиры.

Всё это время я не могла отвести от него глаз, безмолвно дополняя деталями несуществующий рисунок. Лишь когда рухнул в воду, исторгая клубы пара, последний прокованный кусок стали, наваждение отступило прочь, выпустив меня из своих цепких объятий…

… Альтар устало выдохнул. Медленно отёр лоб тыльной стороной ладони. Поискал, куда можно поставить молот, отработавший своё. И, прислонив его к наковальне, внезапно в упор взглянул на меня.

Какая-то реплика Тиры над моим ухом…  Толпа рабочих в кузнице…  Разделяющая нас пара дюжин шагов…  Всё это в одно мгновение перестало иметь значение. Мои мысли и чувства беззастенчиво предавали меня, с готовностью откликаясь на этот взгляд.

Я смешалась, сопротивляясь сама себе из последних сил. Ещё миг…  Миг — и удивление в поймавших и не отпускающих меня чёрных глазах сменит понимание…

А потом — сожаление и вина.

Нет!…

Его брови скользнули вверх, когда я резко — наверняка, даже излишне резко отвернулась, чувствуя, что пламенеют даже самые кончики ушей.

Ночь свидетель, как же мне было стыдно — торопливо уйти, почти убежать, покинув кузницу так, словно не стальную поковку, а меня только что швырнули в раскалённый горн, а затем окатили ледяной водой…

Я сгорала от стыда и бессильной ярости, злилась на себя до безумия — но это было сильнее.

Вина за моё глупое поведение терзала меня весь вечер, который я провела, малодушно скрываясь в выделенной мне комнате от посторонних глаз. Опомнилась, когда за окном уже вовсю сияли звёзды и магический шар под потолком, так и не дождавшись внятного приказа, робко затеплил в комнате неяркий свет. Внизу на площади шли какие-то гуляния, но мне было не до них.

Вышло по-дурацки. Совершенно нелепо и несуразно. Альтар ничего не понял и, скорее всего, обиделся — имел полное право. А вот мне перекладывать бремя собственных надуманных проблем на чужие плечи никто разрешения не давал…

В конце концов, я извелась до предела.

До такой степени, что собралась с духом — и с решительностью, потрясшей меня саму, оставила кресло у окна и вышла в коридор.

Дверь хлопнула позади — негромко, но внятно отсекая мне путь к отступлению.

Будь что будет…  Но я пойду к Альтару — прямо сейчас пойду — и, как минимум, извинюсь за собственные странности. А потом применю весь свой талант убеждения и лицедейства, чтобы он мог поверить мне, что совершенно здесь ни при чём…

Я глубоко вдохнула и выдохнула, настраиваясь на то, что собиралась делать и говорить. И, пока моя решимость мне не изменила, заторопилась вперёд, вспоминая, где именно находятся отведённые Карателю покои.

Дверь в комнату Альтара была первой в следующем крыле. Я уже почти добралась до угла длинного коридора, устланного коврами, когда мне почудилось, что в гулкой тишине под каменными сводами слышны не только мои шаги.

Что-то заставило меня в последний миг остановиться у поворота и без движения замереть в тени…

Тира Рожерия лёгким стремительным шагом шла по коридору с другой стороны. В одной руке принцесса держала два тонких бокала. В другой несла бутылку вина.

Остановившись у знакомой мне двери, принцесса, перехватив бутыль подмышку, прислушалась.

Я затаила дыхание. Нас разделяло не больше полудюжины шагов.

Тира меня не заметила.

Костяшки изящных пальцев легонько стукнули по окованному дереву. Ждать долго не пришлось. Дверь скрипнула, отворяясь и пропуская в коридор поток яркого света.

— Привет, — тепло улыбнулась Тира, проскальзывая внутрь…

Скрип тяжёлой створки за её спиной показался мне самым пронзительным и беспощадным звуком на свете.

Свет померк, и всё вокруг снова охватил мрак.

Одни Боги знают, как гномам это удаётся…

Отработав в кузнице, почитай, целый день, после ужина они как ни в чём не бывало отправились на площадь — нынче вечером отмечался какой-то из местных праздников, которым, как я понял, здесь не было числа.

Я же провёл у наковальни всего несколько ор у мастера Тобина на подхвате. Сперва молот не показался мне чрезмерно тяжёлым — однако сейчас мышцы ныли так, словно три дня напролёт пришлось упражняться с двуручником.

Я поморщился — некстати нахлынули воспоминания о первом году обучения в Орденской школе…  Тогда многие из нас, воображавшие, что хорошо тренированы и сильны, вмиг расстались со своими иллюзиями, на собственных шкурах ощутив, какой бывает настоящая серьёзная муштра.

Что ж — закономерно, подумал я, склоняясь над полной воды бадьёй. Это другой мир…  Быть может, я и достиг чего-то как воин, но в кузнице мне легко дадут фору даже те из подмастерий, которые ещё не сбрили своей первой бороды…  Именно поэтому теперь они будут балагурить, веселиться и пить на площади эль — а я растянусь на постели и забудусь в блаженной дремоте до утра.

Впрочем, не думаю, что буду очень уж жалеть о том, что пропущу праздник…

Плескался я долго, с удовольствием, смывая с кожи копоть и пот, фыркая похлеще Рио, когда вода попадала в нос. И когда уже обтирал торс широким пёстрым полотенцем, услышал вдруг негромкий, едва уловимый стук в дверь.

Шаэриэнн?…

Почему-то я сразу уверился, что это она. Возможно, оттого, что ощущение какой-то недосказанности между нами всё росло и в равной степени тяготило её и меня.

Разум подсказывал, что в этот поздний час Шаэ, скорее всего, веселится на улице вместе со всеми, или же просто спокойно смотрит сны…  Однако ноги уже несли меня в сторону двери.

Я распахнул её, поспешно заталкивая в самую глубину души неуместную эгоистичную радость — от того, что взгляд изумрудных глаз на сей раз будет предназначен только мне…

Но напоролся на небесно-голубой сполох из-под длинных ресниц.

— Привет, — улыбнулась принцесса, переступая порог.

— Тира?…

Я не особенно ловко посторонился, вовремя прикусив язык, с которого едва не слетело идиотское «Что случилось?»

Принцесса позволила двери захлопнуться за спиной и легонько склонила голову набок:

— Если скажу, что испугалась начинающейся грозы и не захотела оставаться в комнате одна — поверишь?

Я прочистил горло, по-прежнему недоумевая:

— Но ты же не боишься грозы…

— То-то и оно, — Тира усмехнулась, ещё более загадочно. — Не боюсь. Но оставаться одной мне действительно не хотелось.

Что-то мелодично звякнуло, опускаясь на крышку низкого столика.

— Я раздобыла бутылку хорошего вина, — сообщила принцесса, осторожно выставляя рядком бокалы. — В месте, где все пьют эль, это оказалось трудно, но вполне по силам. Составишь мне компанию?

Видимо, я опять безобразно промешкал…  Спохватился, проклиная собственную неловкость, лишь когда Тира вновь подхватила бутылку и принялась бороться с пробкой самостоятельно.

— Демоны!…  — видят Боги, хотелось отвесить себе затрещину…  — Прости…

Я отобрал у неё бутыль, одним движением срывая печать. Разлил вино, стараясь сгладить нелепость ситуации. Однако Тира с истинно королевским тактом сделала вид, что всё в абсолютном порядке.

— У нас…  есть повод? — я подал один из бокалов ей, прилагая все силы, чтобы не вышло ещё глупее.