А может по-соседски? - Ксана М - Страница 2

– Какие? Пойти раздавать листовки?

Загорелся зеленый и, оглядевшись, я начала переходить дорогу.

– Ну я не совсем это имела в виду. Возможно, тебе стоит попросить помощи.

– У кого, Кэрри? Тебе ведь хорошо известно, что я никого в этом городе не знаю.

– Ты живешь там уже четыре месяца. Неужели ты так и не обзавелась знакомствами?

Я выдохнула.

– Нет. Не обзавелась.

– Ну а как насчет твоего соседа? Того сексапильного брюнета, про которого ты мне говорила?

Мне показалось или на том конце трубки залетали флюиды?

– Я ни разу не называла его сексапильным.

Кэрри весело фыркнула.

– Да и не нужно было. Я итак по твоему рассказу всё поняла. Так как насчет него?

Я сделала вид, что не понимаю.

– А что насчет него?

– Саманта, не строй из себя идиотку, тебе не идет.

Несколько секунд я молчала. Но затем сдалась.

– Я не стану его просить.

– Почему?

– Он придурок. ― Ответила я, вспоминая сегодняшнее утро. ― И к тому же жутко меня бесит.

– Ты не обязана любить его. Я ведь не на секс тебя с ним толкаю. Хотя, тебе бы он не помешал.

– И речи быть не может. ― Я злилась. И понятия не имела на что больше ― на то, что Кэрри предлагала мне унизиться перед человеком, которого я едва терпела или на то, что она была права насчет секса. ― Я скорее вернусь в Рочестер, чем останусь в долгу у Терренса Хардинга.

– Ну и дура, Сэм. Оно того не стоит.

Да и плевать было, что не стоит. Плевать даже было, что после каждого собеседования мне говорили: «спасибо, мисс Барнс, мы вам перезвоним», и ни хрена не перезванивали. Плевать было, что у Хардинга были связи. И что он мог замолвить за меня словечко. Плевать, что меня могли взять на работу моей мечты. Плевать. Плевать. Плевать. Ведь я не собиралась до конца своих дней слушать, как он вытащил меня из всего этого дерьма.

Сославшись на дела, я закончила звонок.

Кэрри была моей старшей сестрой, поэтому я старалась прислушиваться к ней. Доверять её опыту, следовать советам. Ведь в большинстве своём они действительно были толковыми. Но не в этот раз.

Потому что в случае с Терренсом Хардингом единственно надежный совет был держаться от него как можно дальше. И мне казалось, что Кэрри как никто другой должна это понимать.

Выйдя из лифта, я направилась к своей квартире.

Открыла дверь, скинула туфли, а затем переоделась в свою любимую зеленую футболку с эмблемой команды Лейкерс. Убралась ― что, кстати, очень давно не делала. Разобрала ещё несколько коробок, оставшихся после переезда. А звонка из юридической фирмы так не дождалась. Ну и пошло оно.

Остаток дня я провела на диване за просмотром детективного сериала, поедая свой купленный в ресторанчике за углом ужин. Помимо совершенно несносного характера ― а именно, врожденного упрямства и присущей нашей семье нагловатости ― это был ещё один мой огромный минус. Я была слишком ленива, чтобы готовить. Особенно, живя одна.

Досмотрев первый сезон, я взглянула на часы. Почти два часа после полуночи.

Спать, как назло не хотелось. Хотя я думала, что после прошлой ночи меня начнет вырубать, как только я вернусь домой. Нет. Мой организм отчего―то наотрез отказывался меня баловать.

Понимая, что в ближайшее время я всё равно не усну, вспомнила о корзине с бельем, которую копила всю прошлую неделю.

– Вот и настало ваше время, ― выдохнула, поднимаясь с дивана и всовывая ноги в тапочки.

Я понятия не имела, какого черта мне приспичило постирать в два часа ночи. Но спорить с собой не стала. Решив не переодеваться, я взяла ключи со столика, прихватила мобильник, а затем вышла из квартиры. Спуститься решила по лестнице ― ходить ведь было полезно, так? Ладно, не в этом была причина. Просто, кажется, у нас в доме снова сломался лифт. Хорошо хоть жила я на третьем, не выше. Не то запыхалась бы обратно подниматься, да ещё и с тяжеленной корзиной в руках.

Дверь в нашу прачечную оказалась открыта, а свет включен. Я услышала звук стиральной машинки уже после того, как очутилась в проёме. Замерла на пару секунд, а затем решила, что не хочу стирать именно сейчас. Ждали же эти вещи целую неделю. Ещё подождут.

Повернулась, чтобы ускользнуть обратно в коридор, но не успела.

– Уже уходишь?

Я раздраженно прикрыла глаза, понимая, что мой побег отменяется.

– А твоя нянечка знает, что ты здесь? ― Развернувшись, поинтересовалась я.

Терренс улыбнулся, а затем удобнее расположился на сушилке.

Я думала, что он ответит на мою язвительность очередной колкостью, но просчиталась.

Он будто бы пропустил мой сарказм мимо ушей.

– Загрузишь вещи в барабан или так и будешь в дверях стоять?

Я размышляла всего пару секунд. Затем прошла в комнату и поставила корзину на пол. Пока Хардинг внимательно наблюдал за мной, запихивала вещи в стиральную машинку, мысленно успокаивая себя тем, что скоро отсюда уйду. Вот только машинку запущу и сразу же уйду. А он пусть дальше сидит в одиночестве. Или не в одиночестве? Кто знает, может быть, у него тут свидание с очередной девицей. А я им так бесцеремонно помешала. Может быть, она прячется в одной из сушилок? Хотя вряд ли. С такими длиннющими ногами, которые предпочитает Хардинг, ни одна из его девиц в барабан не поместится.

Я захлопнула крышку, добавила порошок, выставила время и режим, а затем поднялась. Молча собиралась выйти из комнаты, но всё тот же раздражающий голос вновь меня остановил:

– Давай, иди сюда. Поболтаем.

Поболтаем?

Я еле удержалась от того, чтобы не съязвить.

– Я не собираюсь с тобой болтать, Терренс. К тому же, у меня куча дел.

– В два часа ночи? ― Уголки его губ приподнялись. ― И чем же таким важным ты занимаешься? Кроме того, что вечно разгуливаешь по коридорам почти голая. ― Его взгляд прошелся по моей футболке, а затем остановился на обнаженных ногах. Он улыбнулся как―то иначе. ― Осторожнее, Барнс, а то я ведь решу, что ты ко мне не ровно дышишь.

Отвечаю, если бы я сейчас могла, то поперхнулась бы.

– Умерь своё самомнение, Хардинг. Не все женщины этой планеты мечтают, чтобы ты их трахнул.

Он усмехнулся.

– Разве?

Не выдержав, я закатила глаза.

Вообще, я не считала, что выгляжу как―то развратно. Футболка не обтягивала фигуру и полностью прикрывала задницу. Да, лифчика на мне не было, но соски не стояли. А даже если бы и встали, ткань скрыла бы этот коллапс от лишних глаз. Считай, что я была в платье. Да. Просто в коротком. А значит ― пошел бы ты к черту, Терренс.

– Твой язык работает быстрее мозга. ― Подсказала ему я. ― Тебе стоит об этом подумать.

– Посидишь со мной? ― Внезапно спросил он, указывая на место рядом с собой. От удивления я осталась стоять, как и стояла. Хардинга это, кажется позабавило. ― Давай. Я не кусаюсь. ― Добавил он, а затем улыбнулся. ― Или ты меня боишься?

Я? Боюсь?

– Я же сказала, у меня много дел.

– Давай. Всего двадцать минут. От целого дня это ведь не так много, верно? Я буду молчать ― обещаю.

Я собиралась грубо послать его ― правда, собиралась ― но затем поняла, что тогда этот раунд закончится совсем не в мою пользу. Если сейчас я уйду, Хардинг подумает, что я действительно его боюсь. А мне совсем не нужны были подобные проблемы.

– Ну ладно, ― негромко сказала я, а затем подошла ближе. Почти сразу же уловила исходящий от него запах цитрусовых. Апельсин или что―то наподобие. И, уверив себя в том, что запах мне совсем не нравится, запрыгнула на соседнюю сушилку.

Я смотрела на крутящийся напротив меня барабан и думала о том, насколько вся эта ситуация странная. Хардинг и я. В одной комнате. Сидим. Не спорим, не ругаемся, не пытаемся друг друга убить. Да что там, даже не говорим. Просто слушаем звуки стиралок и молчим. Интересно, насколько нас хватит?

Я уловила слабую вибрацию, а затем увидела, как Терренс потянулся за своим мобильником.

Снова закатила глаза. Наверное, очередная девица писала, как жаждет его горячих ласк. Как изнемогает от терпения, думая о его накаченном теле. И возбуждается каждый раз, когда вспоминает его большой, и крепкий, и…