Сердце Земли (СИ) - Астахов Виктор - Страница 87

— Леди Бьянка, только молю, будьте осторожны, а что до вас, господа и дамы, давайте по порядку…

***

Сознание ручной животины, будь то коровы или овцы, столь разительно отличались от мировоззрения диких зверей. Животные деревни воспринимали людей как часть своего стада, зачастую видели в них друзей и искренне радовались заботе. В отличие от жителей лесов они прекрасно осознавали свою участь и судьбу постоянно находиться в загоне, но принимали её как данность.

— Значит, вы странствующие маги? — промолвила Бьянка, осматривая массивного бычка, в то время, как Лиара гладила его голову увенчанную парой кривых рогов. — Будьте осторожны на дорогах. Нелёгкие сейчас времена.

— Сейчас? — не сдержав любопытства, произнесла девушка. — Почему?

— Ну, государство ещё не оправилось после войны. Вокруг творится невесть что. Вот и в Ма́ркане то же самое. С одной стороны обнаглевшие бандиты, которые чувствуют себя как дома, с другой — имперские власти, плевавшие на всё кроме собственного достатка. Налоги растут, живём впроголодь. Эпидемия чумы на западе. Да и у нас тут… сама видела. Не то время. Раньше всё было иначе.

— А раньше? — робко протянула Лиара. — Как было раньше?

— Раньше, моя дорога, когда существовала Империя Сокола и я была ещё молодой… как ты сейчас, наверное, — Лиара чуть заметно ухмыльнулась, услышав размышления о собственном возрасте, — Мы день и ночь трудились на полях, а взамен имели столько хлеба, что хватало на круглый год. Такие выражения, как голод и недостаток были нам чужды.

— И почему вы прекратили свой труд? Что стало с этими полями?

— Были уничтожены во время гражданской войны, — пробурчала Бьянка. — Вижу, ты всё же не местная. Солдаты герцогства Волка решили, что если урожай не достанется им, то не должен доставаться никому. Они маршем прошлись по окрестным деревням, пытаясь лишить врага — нашего герцога, поставок продовольствия и выиграть войну измором. Мы всё ещё пытаемся восстановить пахотные угодья… но рук совсем не хватает. Пока удалось привести в порядок лишь крохотную часть. Не знаю, доживу ли я до того момента, когда Маркана воспрянет в былом величии. Ты, неверное заметила, что в нашей деревне в основном одни женщины? Эти балбесы из местного ополчения не в счёт.

Лиара коротко кивнула, вспоминая множество изрезанных морщинами лиц.

— Когда война пришла сюда, почти всех наших мужчин забрали в дружину под предводительством местного барона. Моего мужа тоже забрали в войско. Он пошёл на войну, веря, что идёт сражаться за правое дело, а в итоге — уехал грабить соседние герцогства. Тогда-то я и поняла, что в войне, особенно в гражданской, нет победителей и проигравших. Есть только те, кому война выгодна и есть её жертвы. А война ради мира? Пф! Смешно…

— Муж? Что с ним стало? — в полголоса промолвила Лиара, искренне надеясь, что вопрос окажется уместен.

— Он вернулся с войны калекой. Лишился половины ноги, но, что страшнее… духа. Видишь ли, война оставляет шрамы не только на теле человека, но и на его душе. Сергей… мой дорогой Сергей. Хмель всегда был его слабостью, а после войны стал ещё и лекарством. Он то и свёл моего мужа в могилу.

— Мне очень жаль, леди Бьянка.

— Ничего. Всё в прошлом. Сейчас я живу помощью людям, и меня устраивает такая участь. Но, я поведала эту историю не просто так. Вижу, ты носишь при себе оружие?

Взгляд Бьянки пал на замаскированный в ткань «Фаилриз». В отличие от местных стражей порядка женщина заметила подвох.

— Это… память одного человека, что был мне очень дорог.

— Я понимаю законы нашего времени. Понимаю, что порой, все мы оказываемся перед выбором — стать палачом или жертвой. Но помни, тот, кто живёт с клинком в руках — неизменно становится его жертвой. Жизнь священна. Думаю… ваш народ понимает это куда лучше нас.

— Как… как вы? — ещё более робко протянула эльфийка.

— Ты можешь спрятать лицо, но животные всё чувствуют. Я не помню, чтобы старина Фёдор так спокойно дался кому-то в руки, — на лице женщины расцвела широкая улыбка. — Не волнуйся. Пусть это останется между нами. А пока, давай немого ускоримся. Дворов много, солнце скоро пойдёт на спад… и похоже, в Маркане вновь намечается туман.

***

Пока дамы бороздили просторы поселения, Шеймус продолжал вести наблюдения, руководствуясь записями Бьянки и, конечно же, рассказами пострадавших.

Покрытое пятнами лицо молодого пастуха исказила грусть, едва тот заслышал историю об интригах Алисы с сыном местного мельника — юношей, не настигнутым болезнью. Ещё с первой минуты, Шеймусу показалось, что Николай — единственный человек, что по собственной воле желал пребывать в стенах изолятора. Отныне и он, едва ли был рад подобной участи.

Откровение Алисы, тем не менее, пролило некоторый свет на всю ситуацию. Теперь Шеймус твёрдо знал, что зараза не передаётся при контакте или воздушно-капельным путём. Вариант с грибком и некой разновидностью кровянки — отпал окончательно, и маг собирался докопаться до истины.

«Возможно, зараза имеет животное происхождение? Заболевший скот или нездоровая дичь в лесу, — продолжал размышлять волшебник, глядя в журнальные записи. — Однако кто-то говорит, что уже давно не ел мяса. Возможно, иммунитет? Каким образом распространяется болезнь? Лёгкая желтизна в глазах — признак сбоя в работе печени. Скачущий пульс. На лицо нарушение функции внутренних органов. Понятно, почему мази приносят лишь облегчение наружных симптомов. Боюсь, большинство целебных заклинаний так же не принесут эффекта, а возможно и усугубят. Нужно искать первопричину. Кто находится в группах риска? Старики? Отнюдь. Все больные — люди молодого и среднего возраста. Ох, Шеймус думай! Время уже тянется к закату. Нужно дождаться возвращения дам, чтобы строить дальнейшие предположения»

Погрязший в раздумьях старик откинулся в кресле, пододвинул ткань на своём лице и сжал губами мундштук. Взгляд его усталых глаз коснулся окна и вида оранжевого диска, плавно клонящегося к вершинам деревьев. Именно в том направлении многими милями впереди их ожидало королевство эльфов. Где-то там, неподалёку искали пропитание Крог и Ку’сиб. Западная часть леса, что, по словам охотников, была полна дичи и бедна на волков — созданий благодаря которым Марка́на и приняла гостей.

На мгновение, Шеймус нахмурил брови. На его лице появился немой вопрос.

«Волки… если на западе много дичи, то почему они ушли?»

В след за этим вопросом пришла и идея, осенившая сознание старика.

— Алиса, — маг откинулся на спинку стула и выпустил в воздух прозрачное облако дыма. — Вы, помнится, упоминали, что ходили в лес на рыбалку?

— Да, — покачала головой девушка. — Упоминала. В лесу у нас проходит речушка… там мелко, но рыба водится, и искупаться можно. Это не далеко. За большим дубом, по лесной тропе. Идти недолго… с полча́са. Только осторожно, чтобы не угодить в капкан.

— А в каком направлении?

— На западе, — вместо девушки ответил пастух.

— Отлично! — Шеймус склонился вперёд от спинки стула. — А вы, молодой человек? Вы, наверное, тоже выгуливаете скот на западе?

— Нет, — Николай с растерянным видом покачал головой. — Я пасу скот на севере. Там поляна хорошая и с холма видно лес.

Шеймус застыл. Повисло скоротечное молчание.

— На запад… на запад я хожу за грибами и на рыбалку, — добавил пастух.

«И подглядывать за купаниями Алисы» — ухмыльнулся Шеймус.

— Отлично! Братья Хансоны, вы, так понимаю, занимались рубкой леса в западных краях?

Ответа не последовало, но в знак согласия лесорубы переглянулись и показали синхронный кивок.

— С охотниками всё понятно. Антон! Вы, наверное, тоже частенько в западном лесу бываете? Как и супруги Олтики?

— Да, магистр, — тихо произнёс бородатый мужчина, в один голос с семейной парой.

На пороге послышался стук башмаков — в помещении появилась пара женских фигур. Бьянка с облегчением выдохнула, завидев всех своих земляков живыми и нетронутыми, и сразу перешла к делу: