Блюстители Тёмных Знаний. Предисловие (СИ) - Урборс Ерм - Страница 23

«Чёрт… с тобой…»

Само собой, она сомневалась, что это мог быть обычный олень и теперь все мысли её волей не волей крутились вокруг него. К счастью, скоро ей удалось их отбросить только вспомнив, что она здесь не за этим, но на вооружение всё же оставила.

***

Обуреваемая жаждой, голодом и усталостью Палач, в итоге, дошла до цивилизованного города. Чувства истощения велели идти в самый центр на поиски местных питейных заведений, но на прихоти своего тела Палач не повелась. Обойдя город окольными путями, не привлекая к себе лишнего внимания она вышла к небольшой деревушке. Самое место. Здесь она обживётся информацией, и, если повезёт, насытится. Главное, что в окраинах безопасно, не для всех, конечно, но для неё. Здесь больше шансов, что стражи до неё не доберутся, а значит удастся избежать ненужных разбирательств по поводу нелегальной переправы, да и люди здесь лишних вопросов задавать не станут.

Пробудившаяся от зимних холодов деревушка казалась живее некуда, но гармонию её размеренно спокойных, но постоянно занятых жителей нарушило появление Палача. Несильно, но заметно, сбив горожан с обыденного темпа и собрав на себе их обеспокоенные лица. К счастью, были и те, кто на присутствие Палача не обратил и внимания, иначе жизнь в деревушке от безрадостного изумления застопорилась бы напрочь. Недалеко Палач заприметила вывеску, гласящую: «Еда, сон, горячая вода» — идеальнее было некуда. Миновав ухоженную улочку, она приблизилась к воротам заведения, из которого то и дело доносился гомон. Как и снаружи, внутри заведение было чистым, прибранным и совсем небедствующим, интерьером же своим оно больше походило на, до боли знакомые Палачу, западные трактиры. Люди внутри выглядели также ухоженными, в особенности на контрасте с теми, что она видела в деревушке до этого, все они были заняты разговорами друг с другом и приёмом пищи настолько, что поначалу даже не заметили нового гостя. Воспользовавшись этим, Палач тихо подошла к стойке, из-за которой на неё уже вовсю вытаращился хозяин заведения, и если встречали по одежде, то по обезличенной маске вошедшего ему тут же стало понятно с кем он теперь имеет дело.

— Вашей бане самое место в центре города, хозяин-сама, — непринуждённо, завела разговор Палач.

— Что есть, то есть, — также непринуждённо ответил хозяин, делая вид, что всё в порядке вещей, в то время как глаза его говорили об обратном, — К нам часто захаживают люди из города. Что занесло вашего в наши края?

Оно сразу стало очевидным, что баня эта вниманием посетителей не обделена и основными постояльцами тут были люди не бедные, вероятно посещали его даже приезжие. Палачу же на руку это отнюдь не играло. Для неё, и таких как она, чем проще было заведение, тем лучше — там, где хозяин не смог бы позволить себе воротить нос от монеты из рук наёмника. Так или иначе, договориться можно с кем угодно.

— Нелёгкая занесла, она самая. Мне бы остановиться у вас на ночку, если позволите?

— Гостей нынче немало у нас, комнаты под завязку, да и людям некомфортно будет в присутствии… наёмника. Я лично ничего против вас не имею, но поймите…

— Понимаю, — Палач приподняла маску, плотно скрестила руки на столе и уставшим взором, прикрытым тяжёлыми веками, потупилась в пространство. — Есть у вас в округе ещё какие места?

— Только в городе.

«Плохо дело. Оно и тут, конечно, оставаться было бы не надёжно, да только выбора нет».

— Сколько я должна вам заплатить, чтобы вы закрыли глаза на мою… профессию?

С последними словами Палач вытащила из сумки небольшой кожаный мешок и взвалила его на стол.

— Пятнадцать бимов хватило бы?

— Ох… — мужчина замялся и оглядел по сторонам, явно проворачивая в голове подсчёты о выгоде, — международными платят не часто, конечно…

Палач кивнула:

— Такая возможность подвернётся не каждый день. Знаете, мне так тяжело с ними расстаться, — старик уже весь изошёл слюной, пока пальцы Палача медленно высчитывали монеты. Решение его было однозначным.

Последняя монета проскрежетала по дереву в сторону хозяина бани, но с грохотом отварившиеся входные двери от неожиданности одёрнули от денег его загребущую руку.

— Дьявол, — выругалась Палач, посмотрев из-за плеча, — чего я и боялась. Старик-сама, похоже сделка отменяется.

— Как же так? У вас какие-то проблемы со стражами порядка?

В голове мелькнула мысль незаметно ускользнуть, но было уже поздно. Два Охотничьих стража приблизились к стойке, уже издали положив глаз на стоявшего рядом незаурядного гостя.

— Наёмник? Что на Цусиме делает наёмник?! — спросил один из стражей обращаясь не столько к Палачу, сколько к своему товарищу.

Люд в зале завертел головами. Теперь десятки открытых ртов наблюдали сцену у стойки, утихомирив былой гомон. В зале задушнило.

— Тоже хотелось бы знать, — поддержал второй. — Порт не извещал о прибытии достопочтимых членов Василька.

— Ваш клан вновь пересекает границу нелегально? — на этот раз вопрос был адресован ей.

Палач выпрямилась. «Поесть сегодня похоже не придётся».

— Какие-то проблемы? — вопрос был риторическим.

— Эка наглость, ты посмотри на неё, — ошалел страж говоривший больше всего. — Проблемы сказано верно, да мягко! Ты идёшь с нами прямо сейчас, отчитываешься по всем фронтам и получаешь соответствующие наказание, за вторжение на границы Японии, без какого-либо разрешения, на минуточку!

«Сколько можно…»

— Мы пересекаем границу так, как того требует задание. У меня есть причина и я охотно объясню её, но только вашему вельможе.

Пожилой хозяин с изумлением и в какой-то мере с досадой смотрел то на Палача, то на стражей.

— Угу… Не желаешь с нами разговаривать значится. Спешу тебя разочаровать — наш вельможа человек слишком занятой, чтобы выслушивать очередные оправдания наёмников, так что единственное что мы можем предложить тебе взамен это заключение без следствия, дорогуша, — охотничий страж выпятил лоб вперёд.

— Боюсь мой случай несколько выбивается среди прочих ваших очередных наёмников, — Палач повернулась к нему лицом. — И в этот раз последствия могут отразиться на каждом из нас, — она лукавила, но, по сути, говорила правду, — и думается мне, что, зная об этом вельможа отложил бы свои важные дела, чтобы выслушать оправдания наёмника. Либо же вы могли бы отпустить меня без суда и следствия, чтобы я сделала то, что от меня требуется и так, как полагается.

Раскосый прихмыкнул и переглянулся с напарником.

— Ишь какая. Что ж, раз такое дело, не смею отказывать себе в удовольствии сопроводить вас до Йосихито-самы. Сворачивай свои манатки, наёмник, — хлопнул страж по стойке. — Расслабились в баньке называется, — пробурчал он товарищу.

Старик пристально глядел на ускользающие от него бимы. Ни одна монета со стола не досталась хозяину бани и быстро вернулись назад в душный кожаный мешок.

— И не говори. Тащиться теперь обратно в город, пропади оно всё пропадом!

Открытые рты и прищуренные глаза сопровождали Палача и двух Охотников до самой двери.

***

— Неймётся всё вам, — продолжал причитать болтливый, крепко и нервно сжимая за поясом рукоять меча. — Как будто бы без вас у нас проблем мало.

— И не говори, — поддакивал ему второй. — Что ни день то убийства и нападения, веселее некуда. Вчера упырь на самом рассвете перебил целую дюжину сирот при храме, пока Охотники не подоспели. Ублюдок, и на детей покуситься нестрашно им.

«Сироты, — подумала Палач, — неудивительно».

— Кому ты это рассказываешь? Да им самим, — махнул большим пальцем в сторону Палача первый, — подобное не чуждо. Дай на лапу, и они всё перед собой сметут, на умирающего и не взглянут.

Палач слушала диалог стражей идя позади, никаких эмоций в ней их слова не вызывали.

— Это ты дело говоришь, слыхал я от одного из наших, как они людей пытают, говорит сам свидетелем был, а то во что человек потом превращался никакими словами не описать.