Свободный - - Страница 27

Мы останавливаемся в Эфрате поесть пиццы.

– Ты не против, если мы возьмем навынос? – спрашиваю я, когда мы входим в маленький ресторанчик.

– Поедим в твоей машине?

– Да.

– В твоем безукоризненном «R8»?

– Именно.

– Конечно. – Ана выглядит озадаченной.

– Мне не терпится попасть домой.

– Почему?

Я пристально смотрю на нее, вскинув бровь с одной-единственной мыслью в голове. А ты сама как думаешь, Ана?

– О, – говорит она и прикусывает нижнюю губу, чтобы спрятать улыбку, при этом щеки заливает нежный румянец, который мне так нравится.

– Ладно. Да. Навынос, – выпаливает она, и я смеюсь.

– Никогда не ела пиццы вкуснее, – бормочет Ана с набитым ртом. Я рад, что набрал побольше бумажных салфеток.

– Еще? – спрашиваю я. Ана протягивает кусок, предлагая мне откусить. Когда я открываю рот, она убирает кусок и откусывает сама.

– Эй!

Она хихикает.

– Моя пицца!

Я надуваю губы. Поскольку я веду машину, то это единственное, что я могу сделать.

– Вот, – говорит она и на этот раз дает мне откусить.

– Ты же знаешь, что я накажу тебя.

– Да ну? – поддразнивает она. – Уж постарайся, Грей.

– О, постараюсь, даже не сомневайся. – И я принимаюсь обдумывать разные сценарии, которые оказывают немедленное воздействие на мое тело. Я ерзаю на сиденье. – Еще пиццы, пожалуйста.

Ана продолжает кормить меня. И дразнить. К нашей обоюдной радости.

Нам стоит почаще это делать.

– Вот и все, – говорит Ана и бросает коробку из-под пиццы себе под ноги.

Я сыт, качу на своей любимой машине, со мной моя девушка, играет музыка, и мимо проносятся великолепные пейзажи вдоль Коламбия-ривер в сторону Винтаж-бридж. Меня переполняет ощущение счастья.

Как я проводил свои выходные до Аны?

Летал. Плавал. Занимался сексом…

Я смеюсь. Кажется, будто мало что изменилось, но это не так – все изменилось, и все благодаря сидящей рядом со мной девушке. Я не знал, что одинок, пока не встретил ее. Не знал, что нуждаюсь в ней, и вот она рядом. Я бросаю взгляд на Ану, которая посасывает кончик своего указательного пальца. Это зрелище, разумеется, не оставляет меня равнодушным, и я вспоминаю ее недавние слова.

«Тебе это доставляет удовольствие, да?»

«Ты даже и не представляешь какое».

«Думаю, что представляю. Может быть, как-нибудь попробуем».

«Может быть…»

Эта мысль сводит меня с ума. Я вдавливаю в пол педаль газа. Хочу поскорее добраться домой.

От нетерпения я весь горю, когда наконец въезжаю в гараж «Эскалы».

– Ну, вот мы и дома, – выдыхает Ана, когда я глушу двигатель. Голос ее, хрипловатый и тихий, привлекает мое внимание. Наши глаза встречаются, и мы смотрим друг на друга, чувствуя, как воздух в машине медленно электризуется.

Оно здесь. Между нами. Наше желание.

Почти отдельная сущность, настолько оно сильное.

Притягивает нас друг к другу.

Поглощает меня… нас.

– Спасибо, – говорит Ана.

– Всегда пожалуйста.

Она смотрит на меня сквозь ресницы, глаза затуманены и полны чувственного обещания. Словно завороженный, я не могу отвести взгляд. Я под воздействием ее чар. Сойер с Рейнольдсом останавливаются рядом с нами и, выйдя из машины, запирают ее. Они направляются к служебному лифту, и я не могу сказать, ждут они нас или нет. Я не знаю. Мне плевать. Мы с Аной не обращаем на них внимания, сосредоточенные исключительно друг на друге. Тишина в салоне кружит голову, звенит невысказанными мыслями.

– Новый планер, это было умопомрачительно.

– Мне нравится помрачать твой ум.

Медленная, соблазнительная улыбка трогает ее губы.

– Мне тоже это нравится.

– У меня есть план.

– Правда?

Я киваю, затаив дыхание, и мириады образов Аны, связанной в игровой комнате, проносятся у меня в голове.

– Красная комната? – робко спрашивает она.

Я киваю.

Зрачки ее расширяются и темнеют, а грудь высоко вздымается.

– Действуй.

Я выскакиваю из машины. Когда подхожу к пассажирской дверце, Ана уже ждет меня.

– Идем. – Я беру ее за руку и спешу к лифту. К счастью, он ждет нас, и мы вскакиваем в него. Я стискиваю ее руку, пока мы стоим у задней стенки. Она придвигается поближе ко мне, и ее намерение становится ясно, когда она поднимает ко мне лицо.

– Нет. Подожди. – Я отпускаю ее руку и отступаю в сторону.

– Кристиан, – шепчет она, опаляя меня взглядом.

Я качаю головой.

Я собираюсь помучить тебя ожиданием, детка.

Она сжимает губы, показывая свое неудовольствие, но глаза вспыхивают стальным блеском. Моя девочка не готова к вызову.

Игра началась.

Двери лифта открываются, и я с учтивым жестом отступаю назад.

– Прошу.

Она усмехается и, гордо вскинув голову, выплывает из лифта в фойе, где останавливается.

Нас ждет Сойер.

Черт, как не вовремя.

– Мистер Грей, вам еще что-нибудь нужно? – Он знает, что Тейлор поехал навестить дочь, и, думаю, старается его заменить. Он переводит взгляд на Ану, которая не отрывает глаз от пола, стараясь не рассмеяться.

Напускаю на себя серьезный вид и качаю головой.

– Нет, все хорошо, спасибо. – Затем, из чистого озорства, добавляю: – Ана?

– Все хорошо. – Ана стреляет в меня убийственным взглядом, и мне требуется вся выдержка, чтобы не расхохотаться перед Сойером. Она поспешно удирает из фойе.

– Вы с Рейнольдсом можете быть свободны. Этим вечером мы никуда не собираемся. Завтра Анастейша выезжает. Я напишу тебе, чтобы дать знать, во сколько. – Утром у Аны примерка свадебного платья.

– Хорошо, сэр. – Он поворачивается, и я провожаю его в коридор. Я быстро осматриваю гостиную: Аны там нет. Сойер направляется в кабинет Тейлора, а я иду на поиски мисс Стил. Нахожу ее в спальне, где она расшнуровывает ботинки.

Она вскидывает глаза.

– Мистер Грей, вы вконец испорченный тип.

– Я стараюсь. Игровая комната. Десять минут. – Разворачиваюсь на пятках и оставляю ее с разинутым от удивления ртом в своей… нашей спальне.

Игровая комната мягко освещена, свечение исходит от красных стен. Я вновь ощущаю себя здесь словно в убежище. Прошло уже несколько недель с тех пор, как мы были тут. Почему так? Куда уходит время? Я усмехаюсь – рассуждаю прямо как отец. Снимаю пиджак, потом туфли и носки, с наслаждением ощущая тепло деревянного пола подошвами ног. Со дна игрового сундука достаю подвесные кожаные ремни; будет весело пристегивать ими Ану. Я с трудом сдерживаюсь. Она не будет в полном смысле подвешена, поэтому, думаю, останется в пределах допустимых границ. Я раскладываю все на кровати, затем достаю еще кое-какие штучки. Сунув парочку в задний карман джинсов, оставляю остальные на сундуке, потом направляюсь к соседней двери – в ванную комнату сабмиссив-партнерши.

Выйдя из ванной, останавливаюсь. После ухода Сюзанны комната не изменилась. Ана здесь почти не бывала, ощущается пустота и заброшенность. Оформление по-прежнему нейтральное. Белое. Холодное. Сюзанна не любила лишних деталей.

Остановись, Грей.

Я не желаю сейчас нырять в тот омут. Тем более когда моя девочка, должно быть, уже ждет меня.

Когда я вхожу в комнату, Ана, босая, стоит у кровати и разглядывает сбрую. При виде нее я замираю как вкопанный. Она переоделась в какое-то кружевное белье: сплошь длинные ноги, черное кружево и тонкие прозрачные трусики.

Только для меня.

Я вижу все.

Все.

Прикрытое кружевом.

Во рту у меня пересыхает, когда она делает шаг ко мне. Распущенные волосы с волнистыми кончиками ниспадают на грудь.

– Мистер Грей. На вас слишком много одежды.

Я мог бы разыграть это по нескольким сценариям. Сегодня, однако, Господин побеждает.

– Хочешь поиграть?

– Да.