Знак Пожирателя (СИ) - Сангулиа Дмитрий - Страница 27

Стена была старой, шершавой. Тот, кто заказывал постройку, не поскупился на хорошего зодчего — такую изящную рельефную кладку пришлось бы ещё поискать. Даже в столице. Лада ухватилась за ближайший уступ и подтянулась. Не будь она такой лёгкой, восхождение стоило бы больших трудов. Но охотница весила совсем немного, и притом дни свои проводила не только в келье. Изрядную часть свободного времени охотники тратили на тренировки навыков, полезных в их ремесле. А необходимость преодолевать такие вот препятствия возникала с неприятной регулярностью.

Вскоре Лада уже ввалилась в окно, выбив при этом ставень. Выглянув, она убедилась, что её быстрый подъём не вызвал ненужного интереса со стороны редких прохожих. Теперь можно было приступить к осмотру.

Судя по всему, Мар отличался аккуратностью. Лежанка застелена, оставленные вещи находились в порядке. И никаких следов борьбы или чего-то, указывающего на судьбу пропавшего.

Лада огляделась. Обыскивать было почти нечего — в комнате кроме спального места помещался лишь сундук с вещами, среди которых не нашлось ничего интересного. Встав на четвереньки, охотница принялась прощупывать доски пола. И точно — одна из них легко подалась. Внутри лежало потрепанное перо, чернильница и кожаный футляр с листами пергамента. Достав его, Лада опёрлась спиной о стену, и углубилась в чтение.

Спустя примерно четверть часа, охотница подняла голову, размяла шею, и перебрала в уме всё, что ей стало известно. Человек Ратибора явно искал следы культа и знамения, указывающие на происки ведьм. Первым было скисшее молоко на третий день его присутствия в городе. Это Мар принял за свидетельство ведьмовских козней. Он тщательно обыскал район, в котором это произошло, но ничего не нашёл. На следующий день в другом конце города из символов Единого и икон в домах нескольких граждан полилась кровь. И это было уже серьёзно. Но — вновь никаких следов культа. Спустя ещё два дня на поле налетела стая саранчи и пожрала под корень весь урожай ржи. Это и была последняя запись. Видимо, Мар отправился взглянуть, но назад так и не вернулся.

«Первое знамение», — подсчитывала в уме Лада, — «на следующий день — второе. Через два — третье. Через три — четвёртое? Или через четыре?».

Охотница скатала листы пергамента и убрала обратно в тубус. Больше делать в комнате было нечего. Поднявшись, она замерла на миг, подавив искушение спуститься вниз по лестнице и пройти мимо старого Хрыка. Быстро сотворив охраняющее знамение, Лада прошептала «избави нас от искушения, ибо плоть слаба», и вылезла в окно, с трудом установив ставень на место. Если кто-то и заинтересовался её действиями, то решил не подходить. То ли заметив характерную шляпу, то ли не желая связываться без нужды с хозяином постоялого двора.

Книжная лавка, к которой Ладу направил прохожий, не поражала воображение. Это был обычный городской дом, на первом этаже которого располагался небольшой торговый зал. На полке в глубине, обложкой вверх, лежали лишь пять томов. Остальное пространство занимали восковые таблички, приспособления для письма и банки с чернилами. И всё же лавка выглядела пустоватой.

За большим письменным столом у дальней стены сидел высокий худой человек. На вид ему было около двадцати лет. Нос его украшали две толстые линзы в простой деревянной оправе, из-за чего глаза казались непропорционально большими. Когда Лада вошла, он резко поднялся и снял очки. Затем, потеребив их тонкими длинными пальцами, надел обратно и шагнул навстречу охотнице.

— Приветствую. Моё имя — Альгон. Чем могу быть полезен?

Голос был неожиданно глубоким и приятным.

— Я ищу карту города. Есть здесь такая?

Хозяин лавки в задумчивости смешно наморщил нос, затем решил уточнить:

— Этого города?

Лада кивнула.

— Нет, карты этого города у меня нет. Да и кому бы она могла понадобиться? Его поперёк можно пройти за полчаса. Но если есть в том необходимость, я бы мог набросать её на листе. В общих чертах.

— Буду признательна.

Лада протянула серебряную куну, что было более чем щедрой наградой за труды книжника. Тот принял монету и с благодарностью кивнул.

— Итак, — начал он. — В центре города находится площадь с храмом. Неподалёку ратуша…

Через несколько минут карта была готова. Приметных строений оказалось меньше десятка. Лада сверилась с записями Мара, и принялась отмечать на пергаменте места, где происходили сверхъестественные проявления.

Кровоточащие статуи и прокисшее молоко оказались на противоположных концах города. Поле, где пронеслась саранча — сверху от них. Лада провела пальцем вниз, до точки, с которой все свидетельства ведьмовского присутствия образовали бы на карте равносторонний крест, и постучала ногтем по нарисованному квадрату.

— Напомни, что у нас тут?

— Городское кладбище.

— Разве рядом с ним не должна быть церковь?

Альгон покачал головой.

— Была раньше, да сгорела лет двадцать назад. Хотели восстановить, а потом добрые жители Жигани решили, что одного большого храма и так хватает.

— Но земля ведь должна быть освящена.

— Конечно! Мы же не язычники какие-нибудь. Отец Ульд каждый год проводит церемонию.

Лада задумалась. Совершать колдовские манифестации на освящённой земле было делом чрезвычайно трудным. Даже опытным колдунам, чьи души безвозвратно находились в демонической власти и были потеряны для света Создателя, понадобился бы осквернённый алтарь или другие точки для приложения нечестивой силы. Если проявление должно произойти в этот день, на кладбище наверняка должны были присутствовать хоть какие-то свидетельства.

Из раздумий Ладу вывел голос Альгона.

— Ты, госпожа, отмечаешь места, где всякие странности происходят? Я слышал, люди по городу говорят, что у нас якобы завелась ведьма. Ты ведь охотница, верно?

Лада кивнула, не видя смысла скрывать очевидное.

— Может, что-то добавить можешь? Не слышал о других подобных случаях?

Альгон с готовностью кивнул.

— Говорят, свечение видели какое-то. Возле руин старой башни. Вот здесь.

Он указал на небольшой неровный квадрат неподалёку от полей. Лада кивнула, принимая к сведению, и поблагодарила за помощь.

Покинув книжную лавку, она отправилась назад в кабак, искренне надеясь, что Дроган уже был в состоянии продолжать поиски. И избавился от общества надоедливого музыканта.

Глава 15

— Что он до сих пор здесь делает?

Музыкант стоял, смиренно опустив голову. Но в уголках его губ таилась улыбка, не ускользнувшая от острого взгляда охотницы.

— Да ладно тебе! Он хороший мужик! И потом, что ты хочешь, чтобы я сделал с ним? Он свободный человек. Не могу же я посадить его в клетку!

— Он препятствует официальному расследованию. Я могу приказать кинуть его в подземелье.

Эти слова явно обеспокоили музыканта. Мормагон украдкой кинул в сторону Лады настороженный взгляд, стараясь, чтобы та не заметила. Напрасно.

— Да ничему он не препятствует! — гремел между тем Дроган. Затем, понизив голос и глубоко вздохнув, воитель продолжил. — Так. Давай потише. Мормагон отвлёк меня один раз. Но я же взрослый мужчина. Нет здесь его вины. Я сам сел в кости играть. Ну, нужно мне временами как-то отводить душу, что ж теперь? Сколько дней мы уже в пути, нормальной корчмы не видывали?

— Я тебя понимаю. Но и о своём долге забывать непростительно.

— Создатель с тобой, женщина, прекрати уже мерить всех своей монашеской меркой! Не все вокруг такие святые, как тебе того бы хотелось!

— Монашеской? — подал голос Мормагон. — Ты не просто охотница, но ещё и монашка? Святые праведники, какая невосполнимая утрата для всей мужской братии!

Лада повернула голову и молча прожгла музыканта взглядом. На этот раз он даже не попытался отвести взгляд. Пройдоха, видать, уже понял, что ему не грозит суровая кара Ордена.

— Ладно, давай закончим эти пустые препирательства, — пробормотал Дроган, предпочтя пропустить замечание Мормагона мимо ушей. — Что ты предлагаешь сейчас делать?