Древний фолиант. Начало (СИ) - Полежаев Иван - Страница 18

И тут Валерьян понял, что Улл и Тарр что-то знали и все это время не договаривали о самом главном. Неожиданно для себя, он произнес:

— Для того, чтобы что-то получить, нужно либо чем-то пожертвовать, либо что-то заполучить.

Тарр поставил склянку с зеленой жидкостью на стол.

— Поздравляю вас, осталось только уточнить, что вам необходимо.

— Таблички Завастры, — сказал Валерьян и встал с кровати. — Дайте мне одну табличку, тогда я смогу одержать победу.

— По правде сказать, эти таблички стоят весьма дорого, но, я думаю, одну вы точно заслужили. — Тарр достал зеленую табличку и протянул собеседнику.

— Скажите, а для того, чтобы победить этого командира демонов, вы тоже используете таблички? — прямо спросил Валерьян,

— Нет, только для того, чтобы попасть в ваше пространство, где вы проходите испытание. Так уж устроен полигон. Если зайти в комнату по отдельности, то у каждого будет свое испытание, но, чтобы попасть к вам в момент вашего испытания, мы с Уллом тратили таблички.

— Так лучше бы вы мне сразу табличку дали одну и все! А вы уже две потратили на меня.

— Так нельзя. Вы должны были сами додуматься. Считайте, что испытание вы уже прошли. На самом деле, демона можно победить и без табличек, но для этого у вас недостаточно сил. Использование таблички — это запасной вариант. Как говорится, необязательно ломиться в дверь, если можно залезть в окно.

— Дважды этот демон меня ловил, третьего раза не будет. — Валерьян чувствовал, как его наполняет ярость и желание отомстить за все унижения. — Надеюсь, этой таблички будет достаточно, я немедленно отправляюсь обратно в ту комнату.

— Подождите еще несколько часов, давайте перекусим, и затем уже вы пойдете на третью попытку. — Тарр взял в руки колбу с замороженной водой и посмотрел на лед, который искрился внутри. — Скажите, Валерьян, вы когда-нибудь видели сам момент замерзания вода? — спросил он.

— Нет. Но я видел разные причудливые фигуры изо льда. Например, замерзшие волны или ледяные цветки.

— Совершенно верно. Сам момент, когда вода превращается в лед, происходит моментально. До этого вода долго может пребывать в жидком состоянии, даже если очень холодно. Но потом падает капелька или происходит какое-то другое нарушение покоя, и наступает новое состояние… — Валерьян вопрошающе посмотрел на Тарра. — Я очень внимательно за вами наблюдаю, и ваше новое состояние уже наступило.

Втроем они стояли около заброшенного дома.

— Как пользоваться этой табличкой? — спросил Валерьян, крутя ее в руках.

— Потри ее посильнее и скажи, что хочешь победить демона, — ответил Улл, делая жест рукой, как бы полируя ладонью воздух.

— Нет, не победить, а побеждать демонов всегда, — поправил его Тарр.

Валерьян посмотрел на символы, вырезанные на табличке — они оказались совершенно незнакомыми. Да и смысла сейчас не было думать об этом. Потерев табличку, Валерьян произнес:

— Хочу побеждать демонов всегда и везде.

Табличка стала теплой, а затем совсем горячей, Валерьян даже испугался, что сейчас обожжется. Но вместо этого табличка всего лишь растворилась в воздухе, а на ее месте в руке мужчины появился кинжал. Его тонкое лезвие было подобно зеркалу.

— Ступай, охотник, — прорычал Улл.

Кинжал мерцал в темноте, и от него исходило какое-то странное тепло. Валерьяну даже казалось, что кинжал пахнет как-то по-особенному. Этот запах был похож на запах воздуха после дождя, такой же приятный и бодрящий. Ему совершенно не было страшно, он шел вперед, уже считая себя победителем. Обстановка заброшенного дома теперь не казалась такой же пугающей, как в прошлые разы.

Войдя в комнату, Валерьян увидел петлю, которая висела в центре комнаты. И в этот самый момент, он услышал голос у себя в голове.

Глава 18. Возвышенный

Голос принадлежал тому самому демону. Вернее, это был не голос, а мысль, которую внушал демон. Внушал снова и снова. Валерьян понял, что в его голове нет ничего, кроме этой мысли. Мысль твердила, чтобы он поднес лезвие к горлу и прервал свое бессмысленное существование. Ведь в жизни нет смысла, только череда бесконечных страданий и мучений. Одно сменяет другое, и нет просвета. Даже если Валерьян преодолеет это испытание, за ним последуют новые, которые принесут только страдания и разочарования. Демон повторял этот мысленный монолог в голове жертвы снова и снова. Каждый раз все настойчивее и настойчивее. Демон говорил, что единственное хорошее, что может сделать Валерьян, — только уйти из жизни прямо сейчас, чтобы не затягивать страдания.

И тут Валерьян понял — пора действовать. Сжав кинжал в руке, он собрался с силами и ответил демону:

— Можешь не сомневаться, конечно, уйду. Вот только сначала доделаю все как должно! — и со всей силы рубанул кинжалом по петле, висевшей перед ним.

В этот самый момент возникло видение: высокий человек с петлей на шее падает в бездонную пропасть и кричит страшным криком, полным отчаянья и страха. Пространство вокруг Валерьяна исказилось, и он на несколько секунд увидел перед собой стол и множество листов исписанной бумаги. Он видел это собственными глазами, как будто сам сидел за столом. Рука, сжимавшая зеленым карандаш, очень быстро что-то писала, и Валерьян услышал голос:

— Я не так жесток, чтобы губить своих детей. Ступай и не бойся.

Видение исчезло, а на глазах у Валерьяна появились слезы. Он понял, что прошел испытание и сумел победить врага, который был гораздо сильнее его. И что Великий Литератор одобрил его поступок. Это был самый счастливый момент в жизни Валерьяна. Он понял, что все это время он жил не напрасно.

На поляне, где были разбросаны древние камни, они втроем сидели за столом, накрытым в лучших традициях празднования победы. Они ели, пили, смеялись и рассказывали друг другу всякие забавные истории. Валерьян уже давно так не наслаждался жизнью, это было непередаваемое ощущение радости. Улл и Тарр были счастливы за Валерьяна, который не только сумел пройти это трудное испытание, но и удостоился чести увидеть Великого Литератора. Теперь он стал полноценным членом их команды.

— Друзья мои! — произнес Валерьян, поднимая кубок. — Хоть здесь нету дам, но давайте выпьем за них, ибо не так хорошо с ними, как плохо без них.

— Что скажешь, Улл? Выпьешь за свою Алоизу? — спросил Тарр с ехидной ухмылкой.

— Она не моя, — злобно зарычал Улл. — Еще не хватало мне спутаться с этой дрянной жабой.

— Алоиза? Кто такая? — поинтересовался Валерьян.

— Это та самая русалка, которая принесла Уллу Зеркало Души, — ответил Тарр.

— А мне не жалко, выпью и за русалку, — и Валерьян залпом опрокинул кубок.

— Ты бы ему не про русалку рассказывал, — уже спокойно заметил Улл, — а про вот эту каменную чашу.

— Про чашу послушать интересно. Но я думал, вы ее создали с помощью Табличек Завастры, — сказал Валерьян, разглядывая каменную чашу, стоявшую рядом.

— Нет, это чаша не простая. Это трофей, который был захвачен у демонов, — ответил Тарр и нахмурился.

Он провел рукой над чашей, и Валерьян увидел картинку, появившуюся в воздухе. Это был очень мрачный город. Высокие черные крепости уходили вверх острыми шпилями. Между домами из камня и железа сновали толпы разнообразных чудовищ. Их было очень много, поэтому стоял шум и гам. И тут Валерьян заметил демона в железных доспехах с кнутом в руке, который шел вперед, расталкивая более мелких чудовищ в стороны. Пройдя главную площадь, демон подошел к циклопическому причудливому зданию, которое, казалось, было высечено из грубого камня. У двери стояла стража, и демон показал им черный амулет с красным камнем, который, как уже понял Валерьян, служил пропуском.

Демон в доспехах спустился глубоко вниз по грубым ступеням, минуя множество стражников, каждый раз показывая им амулет для пропуска. Наконец, войдя в большую черную дверь, демон оказался в просторной комнате. Там стояло огромное количество книжных шкафов и каких-то непонятных механизмов. За столом сидел худощавый демон с длинной козлиной бородой и очками на кривом носу. Видимо, это был какой-то очень важный персонаж. Рядом с ним на столе стояла та самая каменная чаша. Демон в доспехах подошел к нему и с поклоном протянул сверток. Это была бумажная бандероль, завернутая во множество листов бумаги. На бандероли стояли черные печати из сургуча.