Сокровище Пустоши (СИ) - Ромашин Алекс - Страница 95

— Стоять должен, разве с этим поспоришь, — отвечает Трабиэль, с интересом разглядывая широкий, пустой участок, — только вместо стен и башен, огромная дыра, похоже, все провалилось под землю. Давай карту, нужно уточнить, правильно мы пришли или еще куда-то надо двигаться.

Арнет незамедлительно достал пергамент, передал высокородному.

— Все верно, мы на месте, — эльф посмотрел на провал, темнеющий ровно посередине невысокого пригорка, опоясанного частично засыпанным рвом, — осталось понять, где искать тайник.

Из провала поднимается пар, глубинное тепло вырывается вверх, встречается с ледяным воздухом, повисает густым облаком, медленно расползаясь по сторонам.

— Кончилась наша кубышка, — с сожалением тянет девушка, — провалилась вместе с замком под землю, нужно было столько пройти, чтобы на эту дыру посмотреть.

— Предлагаю подойти ближе, — Арнет смотрит на провал, пытается что-то сопоставить, — не вяжется у меня, что-то, если здесь был замок, значит, усадьба вокруг должна расположиться. Ни одного камня нет окрест, что-то осталось бы, хотя бы контуры фундамента, хоть, что-то.

— А ведь ты прав, — Трабиэль смотрит на Арнета, — если, что-то хочешь спрятать, сделай так, чтобы все думали, тут ничего нет.

Лирия удивленно смотрит, сначала на одного, потом на другого в глазах загорается понимание, а с ней возвращается надежда.

Арнет подтягивает лямки мешка, жестом останавливает подругу, веля оставаться на месте, выдергивает меч из ножен, уверенным шагом направляется к дыре в земле.

Юноша перебрался через остатки рва, подошел к самому краю. Провал на поверку оказался огромным колодцем, края обложены блоками, от небольшой площадки вниз тянется винтовая лестница с выщербленными порогами. Арнет обошел колодец по кругу, стараясь рассмотреть, что находиться внизу. Белесые испарения такой возможности не предоставили, на три десятка ярдов, рассмотреть ничего не удалось, неровные камни кладки и лестница, бегущая по кругу вниз. Парень вернул меч в ножны, махнул рукой.

Глава 29.4

— Идите сюда, — позвал Арнет стоящих в отдалении друзей.

Трабиэль и Лирия только этого и ждали, сорвались с места, быстрым шагом двинулись к Арнету. Подошли, перебравшись через ров.

— Нет тут никакого провала, — показал на колодец подошедшим друзьям Арнет. — Будем спускаться вместе или я один пойду?

— Вместе шли, вместе и в колодец полезем, — категорично заявила Лирия, посмотрев с вызовом на парня, — нечего тебе одному геройствовать.

— Я бы поостерегся, соваться туда сломя голову, но Лирия права, разделяться нам нельзя, — эльф скинул торбу, начал перебирать содержимое, на свет появился моток веревки, найденный на стоянке разбойников, два крепких пояса, прихваченных высокородным оттуда же, маленький эльфийский фонарь — для начала как следует, подготовимся и только тогда не торопясь начнем спускаться.

Как Лирия не отнекивалась, а широкий ремень одеть пришлось, второй на пояс застегнул эльф, Арнет обошелся ремнем, который у него остался. Растянули веревку на всю длину, привязали к ременным петлям. Подтянули мешки, все досконально осмотрели, к мечам отнеслись с особым тщанием. Арнет помянул Литару, богиню удачи, первым ступил на площадку перед порогами, начал неспешный спуск в колодец.

По всему выходило спуск предстоит долгий, лестница делала два оборота, обежав стены по кругу, заканчивалась небольшой площадкой и снова ныряла вниз, чтобы опять обернуться два раза. На второй площадке пришлось распрощаться с теплой одеждой, воздух нагрелся, стало тепло. Арнет запихнул свернутую меховую куртку в торбу, дождался Лирию, следом спустился Трабиэль.

— Внизу темно, еще пара пролетов и придется использовать фонарь, — обратился парень к высокородному, — как будем обходиться? В темноте можно с лестницы вниз улететь.

— Значит, смотаем страховку, сократим расстояние, — пожал плечами Трабиэль, — держи светильник, не забывай нам с Лирией подсвечивать дорогу. Все равно ты решаешь идти дальше или остановиться.

Арнет принял зажженный светильник, встряхнулся, располагая снаряжение по местам, снова продолжил спуск. По мере продвижения становилось все теплее, со дна колодца поднимался теплый воздух, в конце концов, Арнет снял куртку, оставшись в рубахе с надетым поверх жилетом.

На девятом пролете юноша заметил, что внизу появился блеклый свет, похожий на тот, что встречался в блужданиях под горой. На одиннадцатой площадке уже можно было рассмотреть швы в кладке, свет становиться ярче. Окончанием затяжного спуска стал двенадцатый пролет, лестница закончилась широкой платформой с парапетом по кругу и тремя мостиками, перекинутыми через черный провал пропасти. Мостки выводили в широкие галереи, уводившие в три разные стороны.

— Куда нас на этот раз занесло? — Лирия с удивлением рассматривала уходящие вдаль проходы. — Опять по подземельям блуждать придется?

— Может и не придется, — ответил Арнет, рассматривая раскрытый пергамент, подсвечивая себе светильником.

Карта снова покрылась мелкой сеткой, так она вела себя в городе, накладывая на основной рисунок контуры находящихся вокруг переходов или строений. Знак всю дорогу, служивший главным указателем дороги, мерцал едва заметным фиолетовым цветом.

— Если взять опыт поиска свитка, — продолжил парень, — нужно немного пройтись, метка двинется, и мы определим направление, твоя идея любимая если помнишь.

— Так пройдись, чего ждешь, — в голосе Лирии послышалось нетерпение.

Арнет вытянул руки, зашагал по платформе, не отрывая взгляда от карты. Сетка двинулась, знак начал тускнеть, Арнет вернулся обратно, пошел в противоположном направлении. Сетка снова повернулась, показывая контур лежащего за мостком прохода, знак начал разгораться.

— Нам туда, — уверенно сказал Арнет, указывая на крайний, с левой стороны мостик, — по крайней мере, метка указывает в эту сторону.

— Прежде чем пойдем, чего-нибудь пожевать нужно, — попросил Трабиэль, вопросительно смотря на Лирию, высокородный выглядел не важно, лицо посерело, глаза ввалились, от обычной надменности не осталось следа. Казалось поход через каменный лес, выпил все его силы.

— Нечего не осталось, — развела руками девушка, внимательно перебрав мешок с остатками продуктов, — остались только крупы и заварка, горсть сухофруктов, уроды выгребли почти все.

— Давай сушеные фрукты, это даже лучше, мне вполне хватит нескольких штук, — высокородный стеснялся накатившей слабости, но поделать ничего не мог.

Лирия насыпала горсть сушеных кусочков в ладонь эльфа, снова завязала тесемки мешка, закинула за плечи. Арнет дождался, когда все будут готовы, осторожно ступил на переброшенный мостик.

Ровная как струна, галерея уходит вдаль, вокруг разливается мягкий неяркий свет, кажется его, испускают сами стены, но при этом они остаются темными, цвета обычного холодного камня. Арнет идет первым, осторожно вышагивая, стараясь ступать как можно тише, но все равно под сводом плавает негромкое эхо. Следом Лирия, напряженно сжимая рукоять своей Гадюки, последним двигается Трабиэль, жуя на ходу сухие кусочки фруктов.

Дорога продлилась недолго, через три четверти часа проход начал изгибаться, раздаваясь в стороны, десяток шагов и за поворотом галерея оборвалась. Перед путниками предстал блистающий богатой отделкой зал.

Высокий арочный проход покрывает замысловатая резьба, расписанная яркими разноцветными красками. Через обширное пространство, тянется широкая дорога, покрытая мраморной плиткой. Вдоль блестящего покрытия стройные ряды тонких, белоснежных колонн. Дорога оканчивается широкой лестницей, выводящей на полукруглую площадку, опоясанную резными перилами. Дальше расположился еще один проход, выбивающейся черным зевом из общей гармонии зала.

За колоннами ровными рядами стоят столы, уставленные разнообразной посудой. Еще дальше, стена с множеством входов. Всюду роспись, все стены покрыты вычурными картинами: сады, бесконечные леса, поля с богатым урожаем, огромные виноградники, бесконечное разнообразие птиц и зверей, голубые ленты рек, широкие чаши озер. Из галереи в зал ведет стеклянный мост, синие столбы с круглыми шарами наверху, прозрачные плетеные тросы вместо перил. Чуть в стороне еще мост или скорее мостик, невзрачный собран из неровных блоков, весь перекошенный, кажется, дунь на него, осыплется в темноту пропасти.