Авантюра в двух действиях. Акт 1 (СИ) - Хаоцки Дэш - Страница 16

Райнтраан кисло скривился, как будто у него вдруг сильно разболелся зуб. Мотнул головой с каким-то невнятным клокотанием в горле. Выпрямился. Скосил глаза на маячившего перед мордой лиса.

— Хор-р-рошо, — процедил он сквозь зубы. — Я попробую найти его. Только заткнись!

— Вот и ладушки! — Михей удовлетворительно кивнул. — Ещё одна деталь, мой покладистый дракончик. Я поеду на тебе верхом. Как на лошадке. Цок-цок-цок!

— Да делай уже что хочешь!

Райнтраан зарычал. Михей хихикнул и примирительно сказал:

— Не злись. Мне, правда, очень нужна твоя помощь. Ты самый сильный и выносливый из нас. Без тебя Саартану конец.

Райнтраан снова поморщился, но уже без особого усердия. Он позволил лису приземлиться себе на плечи, послушно закрыл глаза и расслабился, когда тот попросил. Впустил в себя незнакомую и от того пугающую силу.

— Ну, вперёд! — скомандовал Михей.

И Райнтраан почувствовал, как оживают мышцы, как быстрее бежит по жилам кровь, как сильно хочется раскинуть крылья и оторваться от земли… Он осторожно, боясь оскользнуться, стал спускаться с горы, бережно поджимая больное крыло под мягкими плетёными верёвками.

Алый дракон и белый лис шли долго. Снег уже валил крупными пушистыми хлопьями, а ночь наползла на горы, погрузив ущелье в непроглядный мрак.

— Я уже ничего не вижу, — жаловался Райнтраан. — Мы тут сами сгинем!

— Не дрейфь, крутой и могучий дракоша! — подбадривал его Михей, вглядываясь в темноту и указывая путь. — Я чую его, мы совсем близко!

— А я не чувствую лап и у меня онемело крыло!

— Не смертельно! Подумаешь — отвалятся. К чему они тебе уже?

Райнтраан зарычал и закрутился на месте, стараясь содрать с себя лиса, будто тот был ядовитым. Михей ловко увернулся от растопыренной лапы с внушительного размера когтями, радостно тявкнул:

— Вот так! Давай, разогревайся! О, да мы уже на месте!

Он спрыгнул со спины Райнтраана и скачками умчался во тьму. Лишившийся энергетической подпитки Райнтраан тихонько взвыл и повалился в снег. Михей возник в снежном мареве, как приведение.

— Ну, чего разлёгся-то? — он снова прыгнул дракону на плечи. — Пару шагов осталось. Саа завалил какого-то лося в панцире, знаешь ли. Здоро-о-овый!

Райнтраан, кряхтя и громко ругаясь, кое-как поднялся и поплёлся вперёд.

Хранитель лежал в снегу, спрятав морду под крыло, и в целом был похож на большой сугроб. В когтях он сжимал хвост моргорога, который был рядом сугробом поменьше.

— Спит. Не добудиться. Я пробовал — ни фига! — Михей постучал лапкой по чешуе Райнтраана. — Слышь, Райчик, за мясом завтра сгоняем. Сперва нашего бравого охотника дотащим.

— И как мы это сделаем?!

Райнтраан пропустил мимо ушей фамильярное обращение — он смертельно устал и готов был улечься прямо тут рядом с ненавистным братом в снегу.

— О, ты начал говорить «мы»! Социализируешься на глазах! Хвалю! — Михей огляделся. — Я сниму с тебя верёвки. Потом помогу тебе с крылом, обещаю. Может быть, даже подниму тебя в небо. Но только это не обещаю. Хотя постараюсь. Договорились?

Райнтраан махнул лапой. Мол, делай, что хочешь. И лис проворно развязал узлы, стащил с него верёвки и подтащил их к Саартану. Сломанное крыло Райнтраана раскрылось в снег и безвольно повисло.

— Когти бы ему сперва разжать. Вцепился в бедного лося, как аллигатор, — Михей обежал Хранителя, прыгнул ему на лапы и попытался оттянуть коготь. — Намертво! Райчик, пыхни-ка ты ему огоньком на пятки, а?

Райнтраан что-то недовольно проворчал, но пыхнул. Слабенько, но этого хватило, чтобы Саартан дрыгнул лапами и выпустил хвост моргорога. Хранитель от пыха даже не проснулся. Лис юркнул ему под крыло с верёвкой в зубах.

— Готово! — сказал Михей, появляясь с другой стороны сугроба. — Сейчас сделаем петельку, и можно тащить.

Райнтраану уже было всё равно. Он, ничего не соображая, остекленевшими глазами наблюдал за суетящимся лисом. Михей закончил с верёвками, запрыгнул ему на морду и помахал перед глазом лапой. Не увидев реакции, озадаченно хмыкнул.

— Ох, и покушаешь ты мою энергию, дракоша, — сказал он задумчиво. — Как бы самому тут не крякнуть…

Он забежал Райнтраану на голову, вцепился в рог и открылся почти полностью, отдавая ему свою жизненную силу.

Саартан сладко потянулся. Ойкнул, когда ушибленные рёбра напомнили о себе. Перекатился на бок и потёр грудь. Помассажировал задние лапы, отчего-то пахнувшие жжёной чешуёй, потрогал распухшую челюсть. Зевнул широко, да так и замер с разинутой пастью, уставившись на спящих рядом дракона и лиса. Райнтраан лежал на полу в странной позе, как будто шёл-шёл и неожиданно решил прилечь отдохнуть или затаиться, а на голове у него вокруг рога калачиком свернулся Мих. Только сейчас Саартан заметил, что всю странную конструкцию из двух драконов и одного маленького лиса соединяют верёвки. Он вытянул из-под себя измочаленный узел, развязал и задумчиво посмотрел на растянувшееся по всей длине тела сломанное крыло брата.

«Что случилось? Ах, да! Моргорог!», — Хранитель огляделся. Вся троица была дома, в пещере. — «Я же тащил его! Приземлился отдохнуть и… что? Уснул? Потерял сознание? А дома как оказался? Эти двое приволокли? Но как? Райн-то как?!». Саартан не знал, что его удивляло больше: то, что Райнтраан нашёл в себе силы дотащить его до пещеры, или то, что он вообще пошёл за ним в такую метель неведомо куда ещё и на пару с безумным лисом. Саартан прислушался к дыханию спящих. Ровное, глубокое. Просто вымотались?

Хранитель поднялся, стащил с ложа шкуру и накинул её на брата. Осторожно, чтобы не разбудить, натянул уголок одеяла на лиса. Надо бы перекусить и слетать за добычей. А то как бы кто не упёр. Жалко будет, если пропадут такие усилия.

Райнтраан и Михей проспали весь день. Саартан успел слетать за моргорогом, выпотрошить его. Часть мяса он занёс в пещеру, а часть оставил снаружи, привалив камнями.

Михей проснулся под вечер. Высунулся из под одеяла, повёл носом, втянул аромат жареного барашка, сглотнул.

— Саа, — позвал он, безвольно свесившись с ложа, куда его переложил Хранитель.

Саартан появился из обеденного зала с подносом в лапах.

— Доброе утро! То есть, уже вечер, — он поставил перед лисом дымящееся мясо. — Как самочувствие?

— Как будто выжрал бочку коньяка, не закусывая.

— Это значит — плохо? — не понял Саартан.

— Это значит, что я помираю с голоду, а кусок в глотку не лезет! — Михей застонал и схватился лапами за голову. — Я отдал твоему брательнику почти все силы.

— Как ты его вообще заставил пойти за мной?

— Я не заставлял…

— Он мне угрожал, — Райнтраан вышел из купальни, ковыряя когтем в ухе.

— Кто, я?! — возмутился Михей, мгновенно оживая. — Да я всего-то спел ему пару частушек!

— С десяток!

— Это там припев такой длинный был!

— У меня чуть мозг не вскипел!

— Да было бы там чему кипеть-то! Ишь, раскудахтался!..

Саартан недоверчиво переводил взгляд с одного на другого. Лис и дракон бранились, но абсолютно беззлобно и даже с каким-то весёлым азартом. «А ведь меня не было дома чуть больше суток!», — подумал Хранитель. — «Когда эти двое спелись? У Миха какая-то сверхспособность очаровывать своей болтливостью!».

Словесная перепалка плавно перетекла в ужин. Два дракона и лис с наслаждением жевали мясо: Саартан с Михеем жареного барашка, а Райнтраан — свежего сырого моргорога. А снаружи к ночи снова разыгралась метель, ветер завывал в отдушинах, дышал сквозняком на тлеющие угли в жаровне, смахивал снег с круглого окна в потолке, сквозь которого на троицу глядела жёлтым глазом полная луна.

Михей откопал из-под снега какие-то травки и сейчас деловито растирал их камнем.

— Воняет, как будто у нас кто-то сдох, — проворчал Райнтраан, хмуро наблюдая за действиями лиса.