Голос огня (СИ) - Чанка Полли - Страница 6

***

— Сер, я прошу, это все что у меня есть, почему вы отказываетесь купить эти драгоценности?

Добравшись до деревни я спросил у местных где я могу обменять драгоценности на деньги. Они оглядев мой внешний вид и с явным неверием что у меня есть что-то ценное, указали на местного ростовщика. Но мужчина с мелкими чертами лица и круглым лицом наотрез отказывался принимать кольца и цепочку.

— Какой хитрый, ты думаешь я поверю что у такого как ты будут ценные вещи? Ты себя в зеркало видел? — Мужчина насмешливо оглядел меня с головы до ног, — Небось суёшь мне подделку и просишь баснословные деньги, иди отсюда малец.

— Сер, но я говорю правду это настоящее золото и ценные камни.

Мы находились в небольшой деревянной постройке и что бы меня прогнать ростовщику, с лицом похожим на крысиное, пришлось бы подняться из-за своего стола и вытолкнуть меня на улицу. Но я точно был выше и сильнее и сделать ему это было бы непросто

— Малец, я тебе что сказал, проваливай…

Не успел мужчина договорить как в лавку зашли ещё двое человек и я застыл в оцепенении. На них была надета кольчуга и красная бригантина с вышитым около сердца фаравахаром, таким же какой я носил на шее. Не оставалось сомнений, передо мной люди из армии короля, у которых приказ убить меня при встрече. Я уже думал как буду молить их о пощаде но они кажется не узнали меня и более того даже не взглянули в мою сторону, их внимание было приковано к ростовщику.

Один из Войнов остался стоять у двери, второй подошёл к столу и с усмешкой произнёс

— Ну что, крыса, ты готов выплатить нам нашу долю?

Похоже не я один заметил сходство ростовщика с мелкими грызунами. Но какую долю от него могут требовать стражи короля? Я вжался в стену и опустил голову, так что бы даже если один из мужчин посмотрит на меня то не узнал бы во мне Мунтазара— бежавшего принца и предателя Огланы. Теперь мне приходилось смотреть на происходящее из-под лобья.

— Господин, прошу вас, люди ещё не выплатили мне достаточную сумму, я еле свожу концы с концами. — прощебетал быстро и учтиво ростовщик.

— Я одного не понимаю крыса, — подходя ещё ближе сказал страж, — Ты или тупоголовый или забыл что мы закрываем глаза на немыслимые проценты которые ты заставляешь выплачивать людей, только при условии что нам ты отдаёшь по десять тысяч злотых в месяц. А ты уже два месяца нам задолжал.

— Сер, я помню, сер — ростовщик замешкал и мужчина из армии короля махнул второму который стоял у двери.

— Бери его, пора сдать обманщика королю.

Мужчина стоявший у дверей подошёл к человеку-крысе и взял его под руку.

— Нет, нет, прошу вас господин, у меня есть, есть деньги — ростовщик перевёл взгляд на меня и я покрылся мурашками.

— Вот, вот, у него мои драгоценности, они у него в сумке, по сумме они превысят в два раза мой долг, хватайте его, не меня.

Я поднял голову и увидел решительные взгляды стражи, ещё секунда и они уже направились ко мне, но я быстро взглянул на двери и поскольку ход больше не был перекрыт для меня то рванул наружу. Сзади раздались торопливые шаги и крики:

— Хватай мальчишку!

Я бежал по, как я понял, главной улице деревни тут и там мне преграждали путь люди с тележками, торговцы разной едой и бытовыми принадлежностями. Я свернул на соседнюю улицу тут по обе стороны выстроились маленькие домики местных жителей, я обернулся и к ужасу увидел что мои преследователи все ещё бегут за мной я свернул и постучался в двери ближайшего дома, долго бежать я не смогу, возможно мне помогут спрятаться, но к моему несчастью никто двери не открыл, я бы выругался если бы эту привычку в детстве не отбила у меня Латифа. Когда на повороте снова показались те самые воины я рванул вперёд больше не дожидаясь пока мне откроют дверь, ноги уже устали от такой непривычной физической нагрузки, но мои преследователи были подготовлены лучше меня и дистанция между нами с каждой минутой сокращалась.

Глава 4 "Нарисуй свою боль"

Аиша

Домой я скорее доползла чем дошла, всю дорогу приходилось останавливаться и делать передышки, живот ужасно болел после встречи с Булатом и его «братством». Окно из спальни отца выходило на дорогу и в нем через тонкие занавески было видно как горит свеча. «Ещё не спит» — подумала я и пройдя по небольшой тропинке ведущей от деревянной калитки до дверей я зашла в дом.

— Я дома. — Мне пришлось очень напрячься что бы голос не дрожал и звучал хоть немного уверенно.

— Хорошо, Аиша, пойди поешь с Камиллой на кухне, — послышался голос отца из его спальни.

Но есть мне совсем не хотелось, поэтому проигнорировав это предложение я прошла в мою с Камиллой комнату и рухнула на кровать, только сейчас я дала волю слезам. Я редко плакала последние годы, человек способен привыкнуть ко всему, и я привыкла к унижениям и тому что меня боятся или ненавидят. Но случай с Булатом был особенным, ко мне в первые применили физическую силу. И теперь я боюсь что такое опять повторится. О каком «братстве» говорил Булат, сколько их, кто из жителей деревни поддерживает идеи этого подонка. Слёзы катились по моим щекам, я закусила край одеяла, что бы меня не было слышно. Отец старый человек с больным сердцем, ему нельзя нервничать, к тому же он делает для меня всё, что бы я чувствовала себя счастливой. Но даже он не может повлиять на отношение других людей ко мне. Не знаю сколько прошло времени но я уже немного успокоилась, боль в животе поутихла но при глубоком входе мне все так же хотелось согнуться пополам. В комнату вошла Камилла и по моей скрюченной позе и глазам красными от слёз, наверняка поняла что со мной что-то не так.

— Что случилось? — твердым сухим голосом спросила сестра, садясь на мою кровать.

Я молчала и не знала как ей рассказать. Если скажу правду то она наверняка не выдержит и решит поговорить с Булатом а тот в свою очередь не станет жалеть сестру и тогда пострадавшими будем мы обе.

— Аиша, расскажи мне кто тебя обидел. — Я чувствовала злость и решимость в её словах но продолжала молчать.

— Ты меня слышишь? Скажи мне кто этот ублюдок?!

— Камилла, мы ничего не сможем сделать, послушай отца, если мы пойдем против жителей деревни то нас начнут преследовать, могут нанести вред тебе, папе или нашей лавке. Всё будет хорошо, я переживу это.

Сестра сжала челюсть и нервно ударила по кровати рукой.

— Прогнившие люди, они ещё получат своё. — И не посмотрев на меня Камилла встала и прихрамывая вышла из комнаты.

— Стой! Ты куда? — только и успела бросить я перед тем как услышать звук закрывающейся входной двери.

Я неспеша встала с кровати, живот всё ещё болел, но ходить я уже могла. Выглянув в выходящее во двор окно в коридоре я не увидела там никого. Импульсивная, дерзкая и решительная, такая была Камилла, как бы отец не пытался её перевоспитать под тихую и неприметную, как бы сама Камилла не подавляла в себе эти черты характера она всё равно оставалась такой какая есть. И сейчас я не хотела бежать за ней, во первых скорее всего она успокоится и вернется домой а во вторых выйди я сейчас на улицу, рискнула бы снова встретится с "братством" а мне этого крайне не хотелось. Пройдя на кухню я взяла лишь воды и когда возвращаясь в свою комнату заметила что в комнате отца всё ещё горит свеча.

— Пап? — спросила я перед тем как зайти.

— Входи, дочка.

Я прошла в комнату, отец сидел на стуле, в руках он держал кисть и рисовал то ли закат то ли восход солнца. Отец любил живопись, рисовал сам и меня учил, по всему нашему дому висят картины сделанные нашими руками.

— Красиво, — сказала я подходя ближе, про сестру я решила не говорить, возможно он слышал как она ушла и сам всё понял а если не знает то так даже лучше, меньше будет нервничать. — А это рассвет или закат? — продолжила я

— А ты посмотри внимательнее и поймёшь.

Куда именно смотреть я не очень понимала, на полотне было изображено поле подсолнухов а позади них полукруг солнца и розовые облака