После эпилога - Котляревская Анна - Страница 6

Наверное, стоило всё же бежать помедленнее, потому что к его месту я добираюсь с очень красноречивой одышкой, в то время как сам мужчина сидит в самой расслабленной позе. И это уже позволяет ему быть в более выигрышной позиции. Чёрт!

– Что-то потеряли? – коварная улыбка прячется за его бородой.

Да, потеряла! Здравый смысл! Боже, как я здесь оказалась??

– Это не смешно, – вырывается из меня.

– Кофе был не вкусным? – вздёргивает брови.

Боже, да он смеётся надо мной! Это что за вежливость такая, а?! К черту, значит! Если он себе такое позволяет, то почему я не могу?

– Ужаснейшим, – рычу.

– Поэтому вы допили его до конца? – ухмыляется.

Я его сейчас придушу!

– Я прошу вас вернуть мои наушники, – мне стоит больших усилий попытаться сохранить хладнокровие.

– Не смею поступить иначе, – отвечает он спокойно и достаёт из кармана мою пропажу.

Я в это время украдкой оглядываюсь, замечая опять заинтересованные взгляды на нас. Тихо вздыхаю и возвращаю взгляд бесящему Лукману, который не слишком поспешно протягивает мне наушники в чехле. Я хочу ускорить процесс, потому что внутри меня уже бешеный жар разливается, поэтому тянусь за ними, чтобы выхватить. Но стоит мне коснуться его руки, как он…

…сплетает наши пальцы, зажав наушники между нашими ладонями, и притягивает к себе.

У меня глаза, конечно же, на лоб лезут. Я оказываюсь в неудобной позе и вообще… что он себе позволяет?

– Послушай песню, – шепчет мягко мне в губы.

– Сто раз слышала, – фыркаю с интонацией «да пошел ты нахер». – И мы не переходили на «Ты»!

Мужчина немного хмурится, но в целом его продолжает забавлять сложившаяся ситуация.

– Девушка, вы загородили проход, – несколько пассажиров столпились за мной. – Вы садитесь или идёте дальше?

У нас с Лукой есть секунда, чтобы принять решение. И он самым наглым образом делает это за нас двоих! Подталкивает меня на пассажирское место возле окна. Писк вырывается из меня, но я отчаянно глушу его. Противоречивость снова одолевает меня и я никак не пойму чего желаю больше – позвать на помощь или задержаться рядом с этим мужчиной. Меня пугает как первое, так и второе! И ситуацию усугубляет ещё и то, что он Лукман Тавади!

За что мне всё это??

– Опережая твоё возмущение, я в курсе, что это переходит определённые границы, – он ловит мой взгляд, повернув голову на бок.

– Мы не переходили на «Ты»! – повторяюсь с раздражением в голосе. – И это переходит не определенные, а ВСЕ границы!

Он задумчиво прокручивает эир подсы в руках.

– Но разве не этого ты хотела? Думал, ты ещё не договорила?

Он сумасшедший, правда. Хочет дослушать?

– Мы не переходили на «Ты» или ты оглох??? – шиплю, придвинувшись к нему. Кажется, я уже на том уровне бешенства, который доколе не позволяла себе с незнакомыми людьми. Но и в свое оправдание скажу, что до этого дня никто и не позволял себе подобного поведения после того, как я отшила его! – Что по вежливости, всё же проблемки??

Боже, я вся горю.

– Так мы перешли на «Ты» или нет? – мужчина расплывается в насмешливой улыбке.

Рррр! Я запуталась!

– Зачем ты это делаешь? – даже уже слегка обессиленно спрашиваю я. – Зачем тебе это?

Его лицо так близко. Насмешливость сменяется задумчивостью. А я жадно жду вразумительного ответа. Какого именно – не знаю. Мне снова страшно, неловко и непонятно. Всё сразу. Рядом с этим…

– Лука, – он выдыхает. – Меня зовут Лука.

Мы уставились друг на друга. Его зеленые глаза снова манят. И, скорее всего, хотят манить. А это опасно. На такое ни в коем случае нельзя соглашаться.

– Я не спрашивала, – складываю руки на груди и отворачиваюсь к окну.

Меня сильно накрыло. Головокружительно так. Ничего более спонтанного в моей жизни не было никогда. И я сейчас поняла, что я, оказывается, человек планирования. Я всегда исключаю риски. Перестраховываюсь. Но этого Луку сложнее предугадать, чем мне бы хотелось. Он выбивает почву из-под ног. А я ненавижу неустойчивость. Возможно, потому, что не уверена, что меня словят. Но ведь с такими как Лука…

…даже падать не страшно. Кажется, это то, о чем я мечтаю в глубине души.

Снег хлопьями несется за окном в свете фонарей. А за ними полоса заснеженных елей. Завораживающе. Кровь немного отливает от моего лица и я вдыхаю поглубже. Разворачиваюсь к мужчине и осмеливаюсь на личный вопрос:

– Почему именно эта песня?

Под его густыми ресницами так красиво несутся отблески огней. Я смотрю в них. Плевать, он же сам это допустил.

– Я не хотел обидеть, – отвечает, сведя брови. – Просто заметил, что этого ты и добиваешься…

– Чего? – замираю.

– Скрыть свои желания за волнами Антарктики, – улыбается. – Я прав, Снежная Королева?

Я близка к убийству, правда. Что он вообще может знать о моих желаниях?

– Как будто бы ты тот, за кого себя выдаёшь, – гордо вздёргиваю нос. – Строишь из себя всего такого правильного, вежливого и благородного, – кручу головой. – Но, на самом деле, позволяешь себе…

– Что? – придвинулся ещё ближе, за черту подлокотника, который разделяет нас. И еще спрашивает что??

– Разное… – моё дыхание сбилось. Дурацкий Лука!

– Я так и знал, – опускает взгляд на мои губы. И, кажется, это впервые за всё наше знакомство. – Onsuz da buz əriyəcək…

Последняя фраза звучит на незнакомом мне языке, наверное, азербайджанском. И я ничего не понимаю. Какое-то устрашающее созвучие.

– Что это значит? – не уверена, что хочу услышать.

– Лёд растает в любом случае, – переводит мужчина. – Так говорят на моей родине, – его наглость не знает границ. Это у него тоже видимо национальное. – В конце концов, даже Антарктика начала таять, всего лишь было необходимо подобрать нужную температуру.

Он сумасшедший, я повторюсь. Он непозволительно перешагнул через все стоп-знаки, которые я ему показывала. И если он думает, что после этого я начну таять…

– Ты прав, – обнадёживаю его, чтобы после обломать. – Но напомню, что для этого потребовалось две сотни лет.

Лука не сдерживается и хмыкает. Наконец-то перестаёт пялиться на мои губы и откидывается на спинку кресла, лишь голову ко мне поворачивает. Он не просто смотрит, нет. Он пытается разгадать. И даже можно помечтать, что в этом разгадывании та самая попытка подобрать верный ключ.

– Как тебя зовут? – его вопрос мягко накрывает расстояние между нами.

Я вдыхаю и выдыхаю. Теперь уже можно констатировать без фантазий – Лука Тавади так просто не отстанет от меня. До сих пор поражаюсь этой мысли.

Отворачиваюсь и лезу в рюкзак. Мои губы пересохли от его съедающих взглядов. По крайней мере, такими я их почувствовала. Достаю гигиеническую помаду с легким шоколадным эффектом. Снимаю колпачок и просто отвечаю:

– Анна, – а после обвожу губы помадой несколько раз.

– Красивое имя, – делает комплимент мужчина, но я стараюсь не реагировать.

Прячу помаду и замечаю его руку. Лука кладёт эир подсы на мой рюкзак и говорит:

– Это выпало случайно, Аня. И я давно должен был вернуть, – моя голова поворачивается к нему и находит каплю раскаяния в его взгляде. – Это то, что я должен был сказать с самого начала.

Но?

У меня пульс остановился.

– Раз уж я поступил по-другому и ты здесь… – он обводит взглядом свою толстовку на моём теле, словно напоминая насколько ДАЛЕКО ПО-ДРУГОМУ он поступил. —…мы можем воспользоваться этим?

Вот, кстати, сейчас медработник мне не помешает.

– И как же? – я не планировала, но мой голос сорвался.

– Всё в пределах вежливости, – он растягивается в улыбке. – Послушаем песню вместе?

Господи. Дурдом.

– Ты что фанат Джахи или что? – не могу сдержать подстёгивающей улыбки.

Он тоже смеётся, не воспринимая вопрос всерьёз. А вопрос и не был серьёзным, я просто тяну время из-за своей неопределённости.

Лука устремляет взгляд в окно на пару секунд, а после его голос становится гораздо более серьёзным и располагающим: