Отсекая лишнее (СИ) - Брюханов Данил - Страница 31

— Четыреста… четыреста пятый, кажется… Да, он.

— Четыреста пять в приемлемом состоянии. Вы можете подняться, собрать вещи. Принять душ не получится, приносим свои извинения. Но не волнуйтесь, вас, как и остальных посетителей сегодня обязательно перевезут в другие, полностью пригодные на проживания отели. Мы постараемся максимально близко обеспечить соответствие классу вашего бывшего номера.

— Понял, понял… Что ж, и на том спасибо. — Бельштейн нажал кнопку вызова лифта грязным пальцем.

Оказавшись в номере и кое-как обтеревшись влажными салфетками, фрилансер приступил к сборам. Внимательно заняться этим мешали то и дело встающие перед глазами образы прошлой ночи. Взрыв, большой черный волосатый зверь, душащий его, после разбитая в крошки голова, этот странный Уве со своими непонятными речами про борьбу, выбор Ильи кем-то для чего-то, и прочая чушь, в которую было так трудно поверить. Бойся своих желаний — снова всплыло в сознании. Мудрость и мрачный смысл этой фразы в который уже раз подтвердились. Он ведь хотел веселой и наполненной событиями жизни с минимумом рутины? Пожалуйста! Он ее получил. Вот только смысла во всем этом пока не наблюдалось, но ничего, как говориться, поживем — увидим. А то, что история, в которую он оказался вовлечен еще далеко не окончена, Илья чувствовал всем своим существом.

Кое как приведя себя в порядок, Илья вновь спустился на первый этаж и встав в очередь принялся дожидаться распределения. Очередь подошла довольно быстро и вот он уже стоял у стойки, за которой администратор проверял информацию на компьютере.

— Хорошо, мистер Бельштейн, мы готовы предложить вам целых 2 варианта. Ни один из них, к сожалению, не сможет в точности повторить ваш класс обслуживания, но это лучшее, что удалось найти.

— Да не страшно. Я ж сюда не в номере торчать приехал, так что давайте на ваш вкус, желательно тот, который ближе к природе.

Девушка за стойкой улыбнулась.

— Да тут у нас все от природы в общем то недалеко. Но на мой взгляд, лучше подойдет Акурейри. Там природа на любой вкус: красивый фьорд, горы с другой стороны, интересный хайкинг и рыбалка, короче вам должно понравиться. Плюс с запада, как раз откуда пришел последний шторм, город защищен теми самыми горами и поэтому совсем не пострадал.

— Кстати о штормах. Часто здесь такое? Я вот просто никогда ни о чем подобном не слышал.

Девушка отвела взгляд, немного помолчала, а затем ответила:

— То, что было прошлой ночью — это… как будто какой-то кошмар. Я живу здесь всю жизнь, а такого ни разу не помню. Утром мы говорили с родителями, они у меня живут на востоке, всю жизнь на острове, так и они ничего такого не помнят. Мама с папой были ужасно испуганы и шокированы. То, что было — это нонсенс для Исландии, черный лебедь… Вряд ли такое повториться в обозримом будущем.

— Ясно… Ну спасибо за информацию. Я с радостью приму ваше предложение в этот, как его?.. Акук…

— Акурейри, — с улыбкой поправила девушка.

— Все никак не привыкну ко всем этим названиям, — немного смущенно улыбаясь, ответил Илья.

— Да ладно вам! Это еще не самое сложное, что здесь есть! То есть могу делать запрос на ваше имя, вы согласны?

— Да, пожалуйста.

— Хорошо, вас поняла, тогда дожидайтесь отправки автобуса. Вам на номер придет смс с номером рейса и временем отправления. Как скоро это будет, к сожалению, не подскажу, поэтому далеко не уходите.

— Да вроде бы особо и некуда, — со смесью легкого сожаления и скепсиса заметил Бельштейн.

Он отошел от стойки, предоставив другим людям возможность решить свои вопросы с переселением.

Поднявшись в номер и скидав свой немногочисленный скарб в большой походный рюкзак, Илья спустился обратно, обнаружил там чудом незанятое уютное кожаное кресло в тени, расплылся в нем и стал ждать. Очередь из людей возле стойки и не думала уменьшаться. Контингент все так и подходил к 3 уставшим отвечать на вопросы администраторам, продолжая свои бесконечные распросы и выяснения.

Наконец один из работников отеля вышел в центр зала и попросив внимания зачитал список фамилий. Люди из этого списка составляли первую партию тех, кто был готов к переселению. Ильи среди них не было. С сожалением вздохнув, хакер вернул свое внимание к экрану телефона. Однако вслед за первой партий очень быстро сформировалась и вторая, а там третья и четвертая. И вот, когда фойе опустело почти наполовину, Илья наконец услышал свою фамилию в одном из объявлений. Радостный окончившемуся наконец ожиданию, он ловко зашвырнул рюкзак за спину и в рядах своего только что сформированного отряда переселенцев вышел сквозь раздвижные двери на улицу. Группу перед входом уже поджидал небольшой автобус. Провожатый, тот кто зачитывал последний список, подавая знаки руками собрал людей возле себя, после чего проконтролировал, чтобы все они загрузились в салон. Вещи были сложены на задние ряды, Бельштейн занял место возле окна, воткнул наушники и постарался расслабиться.

Когда жизнь твоя так внезапно срывается с катушек, когда в ней появляются убийства, похищения и погони, то волей-неволей ты часто прибываешь во взвинчено-напряженном состоянии. Вот и сейчас, где-то на задворках сознания, Илью никак не покидало ощущение того, что сейчас ворвутся работники местных правоохранительных органов, завернут руки ему за спину и проводят в изолятор для таких же преступников. Рациональное в его голове прекрасно осознавало, что следы последней ночи заметены тщательно, их с Уве никто не видел и все в таком духе, но испуганная беспокойная сирена самосохранения, доставшаяся от далеких обезьяньих предков, все никак не хотела умолкать. Так он и ехал всю дорогу, лишь глазами впуская в голову красоты проплывающих за окном пейзажей, разум же его не переставал прокручивать самые скверные сценарии и возможные пути действий по их разрешению.

Но несмотря даже на это, усталость, накопившаяся ночью брала свое, глаза становилось невозможно держать открытыми, и он задремал прямо сквозь разрывавший барабанные перепонки тяжелый рок. Где-то там, на задворках восприятия, чувствовалось, как подвеска деликатно поднималась и опускалась, сглатывая минимальные неровности отличной дороги. Еле слышно позади гудел двигатель, а поток холодного воздуха из форсунок кондиционера аккомпанировал ему легким шелестом. По внутреннему хронометру прошло может каких-то жалких пол часа, но его уже тормошили за плечо. Разлепив веки и убрав из уха один наушник, Илья увидел перед собой лицо провожатого, который на английском с характерным северным акцентом, говорил ему, что они приехали.

Илья посмотрел в окно, потом окинул взглядом салон, где оставалось полтора человека — почти все уже вышли из автобуса. Он поблагодарил разбудившего, нетвердо, после довольно крепкого сна прошел в хвост автобуса, интегрировался со своим рюкзаком и вышел на вечерний свежий воздух. На улице уже сгустились глубокие осенние сумерки. Чуть в отдалении, за красивой аллеей, освещенной так, точно она была частью какой-то сказки, виднелся вход его нового места жительства. Большую дубовую дверь осеняли две раскидистые березы, а старинный масляный фонарь сверху не давал ей погрузиться во мрак. Очертания гостевого дома скорей угадывались, нежели четко виделись в отголосках сумеречного света. Тем не менее, ясно различался крутой скат крыши, что взмывал к фиолетовому небу резными окантовками, а на вершине, покачиваясь в такт ветру, рисовался чугунный черный флюгер в виде ощетинившегося волка.

Илье сразу понравилась новая гостиница. Если бы его холодное черное сердце было еще способно на любовь, то можно было бы сказать, что он прямо-таки влюбился в этот дом! Последняя метафора была порождена воображением самого фрилансера. Уже неоднократно он замечал за собой неуемное желание шутить, когда что-то резко уводило его настроение от привычного налета угрюмости в позитивное русло. Илья задрал голову и щурясь, попытался лучше разглядеть дом. На ум приходили сравнения со сказочным теремом из русских сказок.