Крик ворона (ЛП) - Буссе Морган Л. - Страница 49

Селена крепко сжала поводья.

— Сначала я не была уверена, что это она. А потом показалось, что она просто наблюдала за мной. И происходило столько всего, что я отодвинула эти мысли.

— Селена, это опасно.

— Знаю, — она опустила взгляд, тело мягко покачивалось на лошади. — Я знала, что мы не закончили. Она сильна, а я — первая Рейвенвуд, которая отказала ей. Но в моем пейзаже сна прошлой ночью была не Темная леди, — Селена поймала его взгляд. — А кто-то еще.

— Кто еще мог быть в твоем пейзаже сна?

Он еще не закончил вопрос, и она увидела осознание на его лице.

— Но зачем твоей матери быть в твоем пейзаже сна? Если леди Рагна распространяет мертвый сон, то она уже может входить в разумы наших солдат, не касаясь их. Зачем ей входить в твой сон?

«Зачем же? Если только…» — Селена побледнела.

— Может, она пытается дотянуться до большего количества спящих. Пока что мертвый сон задевал около двадцати солдат за раз. Но я могу дотянуться почти до всех разумов вокруг меня. А если… — она едва могла произнести это. — А если…

— А если она пытается воспользоваться твоей силой?

Селена едва дышала. Войдя в ее пейзаж сна, ее мать получила бы доступ ко всем разумам, которые она притянула к себе.

— Такое возможно?

Она ошеломленно покачала головой.

— Не знаю. Но если да, то мой дар может открыть альянс для Темной леди и моей матери, — она поежилась от этой мысли. — Я все думаю о словах лорда Харука, что я могла бы победить завтра, если бы просто…

— Нет.

Она посмотрела на Дамиена.

— Но если моя мать и Темная леди смогут уничтожить альянс из-за моей связи с пейзажем сна? А если мы проиграем, потому что я не хотела использовать свою силу на полную?

— Ты проиграешь, даже не начав, — он взглянул на нее. — У дара каждого дома есть темная сторона, не только у хождения по снам. Я могу своей властью над водой топить людей. Дом Мерек может напасть на кого угодно с неба из-за своей связи с вивернами через дар смелости. Дом Вивек может управлять всеми домами с помощью своей мудрости. Дом Рафель может убивать, а не исцелять. Понимаешь? Наши дары могут быть и хорошими, и плохими. Мы можем победить в войне, но все еще все потерять, — он выдохнул. — Так и произошло на первой войне. Наши предки решили, что победить важнее, чем сохранить порядочность. Даже мой дом. И вот, куда это все привело.

Дамиен был прав. Ненависть ее матери из-за прошлого отчасти стала причиной новой войны с империей. И некоторые другие дома не доверяли остальным и были против альянса из-за этого.

— Ты прав, — она прижала ладонь к сердцу. — Но я ощущаю в себе желание покончить со всем этим. Сейчас. Пока не случилось нечто разрушительное.

— Знаю. Я тоже это ощущаю. Я устал. Устал от смертей. Устал сражаться. И нет гарантий, что мы победим. Когда империя пойдет на запад, только дом Люцерас, часть моей армии и люди лорда Ренлара будут бороться, пока не прибудут воины дома Мерек. Но даже так…

— Мне перестать ходить по снам?

Дамиен ехал тихо. Когда она подумала, что он не ответит, он сказал:

— Нет. Нам нужен твой дар.

— Но разве это стоит риска? А если они смогут захватить мой пейзаж сна?

Он посмотрел на нее, пронзая взглядом синих глаз.

— Ты сильна, Селена Рейвенвуд Марис. Сильнее Темной леди. Сильнее своей матери. Своим даром ты даешь нам силы и отдых каждую ночь. Это потребуется нам в грядущем бою. Может, у нас было только это.

Селена крепко сжала поводья, а потом отпустила их. Они нуждались в ней. В ее даре.

Но хватит ли этого?

Пока что альянс побеждал, но их было мало, и альянса ждало столкновение с полной мощью империи. Она опустила голову, сердце глухо стучало в груди. Отчаяние било по ней холодными волнами, оставляя ее открытой и онемевшей. Она хотела надеяться, верить, что в конце был свет, но видела лишь море солдат империи и Темную леди, которая смотрела на нее из-под тени капюшона.

Она впервые понимала отчаянные меры, на которые пошли великие дома четыреста лет назад, чтобы отогнать империю. Желание пожертвовать одним домом ради многих. И все же…

Она подняла голову. Леди Розвита Рейвенвуд не сдалась. Она не стала использовать силы так, хотя ее дочь, Рабанна, изменила дом Рейвенвуд в то, каким он был теперь.

Могла ли она изменить его? Выстоять за свои убеждения, как леди Розвита, и продолжить путь Света? Даже если это стоило всего и всех вокруг нее?

Селена смотрела вперед и снова взяла поводья.

«Свет, помоги всем нам».

38

Леди Рагна села, улыбаясь. Красный свет проникал сквозь ткань палатки, утро наступало над лагерем империи возле Болдора.

— Наконец-то, — прошептала она.

Она сделала это. Перешла из своего пейзажа сна в пейзаж сна Селены, не касаясь дочери. Благодаря Темной леди. Это был лишь шаг. Пока что она смогла войти только в пейзаж сна Селены. Но, судя по тому, сколько разумов она ощутила в пейзаже сна дочери, слухи о силе Селены были правдой. Селена могла дотянуться до других снов или притянуть спящих в свой пейзаж сна, не касаясь их. И если она смогла войти в пейзаж сна Селены, сможет получить доступ и к тем спящим.

Одевшись и покинув палатку, она обнаружила, что лагерь уже собирался в путь. Ее обходили, пока складывали палатки и прятали припасы для дороги.

Леди Рагна игнорировала их. Она знала слухи о ней, что она могла убить человека одним прикосновением. Это было не совсем правдой, но ей нравились страх и уважение, которые они проявляли к ней.

Воздух теплел, обещая еще один жаркий день. Не впервые она пожелала уйти в Вороний замок. Ей надоел коричневый пейзаж, шалфей и колючие кусты. Как только империя захватит южные земли, они пойдут в горы забирать то, что по праву принадлежало ей.

Ее губы изогнулись. Там она лично разберется со своим супругом, Каяфасом.

Она быстро добралась до палатки Ивульфа. Люди неподалеку уже разбирали палатку и готовились собирать его вещи. Она заметила на другой стороне Ивульфа и его сына.

Рауль был того же роста, что и Ивульф, но тоньше, с густыми волосами, собранными в пучок на макушке. Лицом он пошел в покойную мать: полные губы и узкие глаза с блеском.

Леди Рагна направилась к Ивульфу. Рауль взглянул на нее, но вернул взгляд на отца, Ивульф и не заметил этого.

Она прищурилась. Рауль изменился за последние месяцы. Наследник дома Фриер всегда был упрямым юношей, но она видела в нем хитрость змея. Даже сейчас он напоминал ей песчаную гадюку, следящую за добычей, ждущую момента для удара. И она все чаще видела такой взгляд у него.

Она подошла ближе, уловила их голоса посреди шума вокруг.

— Я поведу небольшой отряд по северному краю пустошей Омега, — сказал Рауль. — Я знаю ту местность лучше всех, даже тебя, отец.

— Вряд ли командир Орион одобрит отряд разведки только из наших людей.

Рауль помрачнел.

— С каких пор дом Фриер подчиняется другим?

— Мы не подчиняемся. Империя Доминия — наш союзник.

Рауль явно не был согласен.

— Тогда, как наш союзник, империя должна быть рада нашим знаниям об этих землях, — его голос звучал с долей сарказма.

— Я спрошу у командира Ориона. Но будь готов, что командир захочет послать своих людей с тобой и твоими разведчиками.

— Ты знаешь опасности пустошей Омега. Мы потеряем дни, обучая разведчиков империи избегать ям в песке и миражей. Это если они сразу не падут от этого или других опасностей. Мы не наткнемся на шпионов альянса или отряды в пустошах. Это лучший способ проверить альянс, не попавшись.