Последний ангел (СИ) - Пёрышкина Лекса - Страница 29

На миг, оглушенный и задыхающийся, Юки вынырнул из чужой головы, чтобы вернуть себе осознание себя, и снова погрузился в чужую память. Темная комната, и к нему, дремлющему, пробирается красивая молодая девушка, без единой нитки на стройном теле. Бертана. Ему это кажется смешным и одновременно сердит. Она же юная совсем и глупая, совсем ребенок в его глазах, и он ее ласково выставляет за дверь. И так раз за разом, снова и снова. Глупышка не желает понимать, что для него она маленькая девочка, которую он любит, но не как женщину, а как ребенка. Теперь он видел черноволосого ангела, лежащего в обломках огромного зала, серповидную рану на его груди и, как ни странно, впервые за все долгие столетия, чувствовал слабую надежду на жизнь, словно увидел внезапно маленький кусочек глубокого синего неба в беспросветной темноте подвала. Только встретив Ниаса, он перестал ощущать эту ужасную пустоту внутри себя. Ниас был ему жизненно необходим, словно лекарство, без которого больному плохо.

— Соболезную. — хрипло прошептал Юки, разорвав контакт — Мне искренне жаль, я же не бесчувственный.

— Ты что-то видел?

— Все. — честно признался парень — От твоего брата до появления Ниаса. И много их у тебя?

— Кого? — не понял колдун, и выражение его лица показалось медиуму забавным.

— Шрамов. — и, видя, что колдун не понимает, добавил — Душевные я уже видел, а телесные ты не запоминал. Вот я и спрашиваю, много ли их?

— Показать? — проказливо улыбнулся Корин и легко расстегнул первую пуговицу на рубашке.

— На фиг! — замахал руками медиум.

— А что такого? — лукаво повел тот светлой бровью — Может, и посчитаешь заодно, а то я и сам не знаю, сколько их.

— Иди на фиг! — беззлобно повторил Юки — Демон твой пусть считает. Или ангел.

— Надо же, какой стеснительный! — рассмеялся колдун — А ничего, что я тебя из ванной вчера вытаскивал?

— Еще раз меня тронешь, оторву все конечности. — покраснел медиум.

— А все-то зачем? — продолжал веселиться светловолосый.

— На всякий случай. — буркнул Юки и, спрыгнув с подоконника, вышел из комнаты.

Для себя он решил, что поможет Корину. Просто из уважения к сильной личности. Не такой уж он, Юки, бессердечный, как о нем думают.

Портал светился мертвенно-белым светом, переливаясь и искрясь, будто в нем кружился колючий мелкий снег. Даниэс смотрел на этот свет, и его мелко-мелко трясло, а колотящееся в бешеном ритме сердце подкатывало к горлу.

— Ну, ты идешь? — спросил Юки.

Медиум нервничал не хуже демона, но старался не подавать виду. Напрасно. И Корин и Дани отчетливо видели, как тонкие пальцы парня сжимают забинтованную руку, которую он порезал, чтобы добыть кровь для открытия портала. Кроме Юки никто не мог этого сделать, он единственный из присутствующих был жителем верхних миров.

Даниэс несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь унять дрожь, сделал пару шагов по направлению к свету, и внезапно, резко развернувшись, подбежал к Корину, повис на шее заклинателя, крепко обнимая. На мгновение колдун растерялся, недоуменно воззрился на золотистую макушку демоненка, но потом стиснул его в ответных объятиях, хрипло прошептав от переизбытка эмоций:

— Береги себя. И… возвращайтесь оба.

Дани разжал пальцы и отстранился от мужчины, с удивлением обнаружив, что нервная дрожь прекратилась. Никто не дал Корину ответа. Не сказав ни слова, две фигуры исчезли в ослепительном мертвенно-белом свете. Тяжело вздохнув, Корин бессильно сполз по стене на пол и приготовился ждать. Они оба не воины, там их некому будет защитить, если что, там неизвестность, а они такие слабые.

Свет погас, и Юки отчаянно заморгал, восстанавливая зрение. Едва глаза перестали отчаянно слезиться, он увидел темное, фиолетовое небо, на котором царили три огромные, неизвестные ему планеты, одна из которых отдаленно напоминала солнце, только будто перегоревшее. Оно изливало на темную высохшую землю, местами испещренную почерневшими кривыми деревцами, кровавый тяжелый свет, будто умирало от тяжких ран.

— Ни хрена себе! — выдал пораженный парень, и оторвался от созерцания, лишь услышав всхлип за спиной — Дани?

Юки повернулся к спутнику и замер, увидев, как бледен демон, будто вампир, только вылезший из склепа.

— Все в порядке. — дрожащими губами произнес демоненок, и слизнул черную струйку крови, побежавшую из носа.

— Ага, я вижу. — скептически откликнулся Никита и, взяв Даниэса за руку, заставил опереться на свое плечо — Мы быстро. — растерянно оглядев пейзаж, он увидел в отдалении нечто напоминавшее остатки построек — Нам туда.

И они потопали по мертвой, выжженной земле в поисках хоть одного обитателя, мертвого или живого — все равно. С каждым шагом Дани все больше слабел, практически повисая на Юки.

— Терпи. — хрипел медиум, волоча его на себе — Почти пришли.

Добравшись до нужного места, они прошли под полуразрушенной аркой, некогда белоснежной, изящной, воздушной, теперь же напоминающей кость погибшего неизвестного существа, жалко торчащую осколком, как бы в укор небесам. Дальше идти не стали. Юки, конечно, с удовольствием побродил бы по этим дивной красоты руинам, бывшим некогда большим городом, полным света и жизни. Но он бы не оставил Даниэса. Демон кулем рухнул на землю, поднял мутный взгляд на медиума и прохрипел:

— Юки, ты видишь? Кого-нибудь… видишь?

Тяжело дыша, медиум покрутил головой в разные стороны:

— Нет. Тебе придется подождать меня тут, я быстро.

— Я подожду. — кивнул Дани и скорчился, жалобно заскулив.

— Да что такое? — пробормотал Юки и, опустившись на колени, поднял голову демоненка, всмотрелся. К крови из носа добавилась кровь из ушей — Твою мать! Жди, я быстро.

И, оставив Дани на белых камнях, бывших некогда мощеной дорогой, со всей доступной ногам скорости, Юки бросился вглубь мертвого города, перепрыгивая обвалы, перелезая через обрушившиеся стены, призывая все свои чувства и эмоции, чтобы хоть один призрак явился, но никто не отзывался. Наконец, задыхаясь и еле сдерживая злые слезы, медиум остановился, пнул первый попавшийся булыжник и заорал в темное небо с тремя солнцами:

— Да где ж вы все, уроды?! Чтоб вы сдохли девять раз!!!

Дани было жаль, что если его сил не хватит, чтобы пережить такое путешествие?

— Мы как бы уже все сдохли. — произнес за спиной бархатистый глубокий голос — Зачем кричать-то?

Юки подпрыгнул как ужаленный, обернулся и забыл, как дышать. Перед ним стоял молодой человек, стройный, гибкий, тонкокостный. Бордовые волосы были переплетены цепочкой из белого металла и толстой косой свисали с плеча до самых бедер, серебристо-серые, чуть раскосые, глаза смотрели на Юки с любопытством, но не враждебно, по высокой изящной скуле ручейком стекала ярко-алая, слегка мерцающая кровь из пореза. Юки трудно сглотнул и проследил как эта струйка, он в жизни не видел такой красивой крови, падает на жесткий стоячий воротничок светло-серого одеяния, практичного, строгого и не стесняющего движений.

— Да, я теперь такой. — усмехнулся незнакомец, видя, как позеленел медиум, переведя глаза с лица собеседника на его туловище. Погладил пальцем осколок ребра, выпирающий из проломленной груди — Мне вырвали сердце.

— Сочувствую. — прошептал Юки, пытаясь справится с тошнотой и гневом.

— Не стоит. — махнул рукой тот — Так зачем явился, божок?

— Что? — вконец растерялся Никита.

— Зачем, спрашиваю, приперся? — терпеливо повторил ангел.

— Я… Мне нужны ответы. Скажи, как снять печать подчинения с ангела?

Ангел недоуменно моргнул, посмотрел на Юки как на безумца и заливисто рассмеялся.

— Перестань! — рассердился медиум — Что тут смешного? Скажи, как снять печать?

— Да никак! — не переставая смеяться, ответил ему мертвый — Ангелов нельзя подчинить.

— Как? — Юки показалось, что ему стукнули по голове и теперь в ней что-то отчаянно звенит.

— Какое у тебя смешное выражение лица! — продолжал потешаться собеседник — Я даже рад, что ты пришел, мне было тут скучно.