Сказание об Альтерхейме - сага Отчаяние (СИ) - Моисеева Елизавета - Страница 2

Желудок Киры снова дал о себе знать. Девушка решила не издеваться над своим организмом и отправилась на поиски съестного. Зайдя, в некогда приятно пахнущее помещение, Кира столкнулась с матерью. Та сидела за пустым столом, с пустым, холодным взглядом, направленным в никуда. Услышав шаги, она бросила на дочь не довольный взгляд, словно ее раздражало само ее присутствие рядом с собой. Кира всем своим нутром ощущала не любовь матери. Осколки сердца пронзила боль.

— Что-то не так? — первая подала голос Кира, она намерена выяснить, странное отношения матери к ней, ведь другой возможности может и не представиться, мать как обычно закроется в своей комнате, не желая никого видеть. Женщина не спешила с ответом. Прошли долгие минуты ожидания, но ответа так и не последовало. Терпению Киры был предел, она с силой ударила по столу кулаком перед лицом матери.

— Да, что с тобой происходит?! — крик отчаяния и бессилия, в глазах защипали предательские слезы, — я понимаю, мы пережили тяжелую утрату, но на этом жизнь не кончается! — с каждым словом тон Киры становился все громче, а глаза матери все шире, — у тебя ведь есть я! Я твой ребенок! — По щекам покатились слезы, а температура в комнате значительно повысилась, что не осталось без внимания матери, женщина испугано смотрела на дочь, боясь шелохнуться — …и ты должна заботиться обо мне.

— Кира, — испуганный голос матери дрогнул, — прошу, успокойся… — словно признавая свое поражение, женщина подняла руки.

— Нет! — Кира взмахнула рукой в знак протеста, — ты выслушаешь меня до конца! — послышался резкий звук и, в одно мгновенье, комната запылала алым пламенем. Глаза Киры расширились от шока. Пронзительный крик матери, оглушил собой тишину. Тело Киры окаменело, не позволяя сдвинуться с места. Пламя разрасталось, как на дрожжах. Кухонные шкафы, стол за которым не так давно сидела мать — все запылало. Девушка так и продолжала бы стоять на месте в огненном хаосе, но мать схватила ее за руку и силой вытащила из объятья пламени.

Не уж-то я во всем виновата? Но как такое возможно? Человек не в силах обладать такими способностями, — навязчивые мысли не покидали голову Киры, не оставляя ее ни на секунду. Девушка продолжала копаться в своем сознании в надежде находки ответов, на волнующие вопросы. Разумного объяснения случившемуся она, как и ее мать дать не могли. Пожар не пожалел ничего — весь дом был сожжен дотла. Пожарные, которые прибыли на место, долгое время не могли потушить разгоравшееся пламя. Мать отделалась легкими ожогами в то время, как с головы Киры не одному волосу не удалось пострадать. Этот факт настораживал каждого, кто слышал эту историю. После приключившегося, матери с дочерью ничего не оставалось, как снять номер в отеле, так как близких родственников у них не было, а все друзья разом отвернулись. Людей пугали необъяснимые истории с огнем, которые словно страшный рок, преследовали их семью.

Мать стала пуще прежнего избегать дочь, вплоть до того, что сняла им две отдельные комнаты, теперь их общение совсем свелось на нет. Мать боялась собственную ребенка. В том, что дело было в Кире не осталось ни капли сомнений. Произошедшее в тот вечер нужно было видеть своими собственными глазами. Когда Кира кричала, ее миндальные глаза приобрели ярко оранжевый оттенок, а волосы будто развевал ветер, но все окна в доме были закрыты. А после взмаха ее руки, комната запылала в адском пламени. Женщина не знала, что ей теперь делать, ведь ее дочь была опасна для окружающих ее людей и самой себя.

Кира довольно долгий промежуток времени отсутствовала в университете в то время, как ее одногруппники сдавали сессию, веселились и общались, девушка была заложницей четырех стен гостиничного номера. Если она так и не появиться в стенах учебного заведения в ближайшее время, то шансы на отчисление значительно повышаются. Но мать строго настрого запретила дочери покидать пределы отеля. Кира чувствовала себя заключенным в тюрьме, или смертельно больным, которого изолировали от общества, дабы он не заразил окружающих своим страшным недугом. Телефон мать так же отобрала у дочери, мотивы такого поступка женщины остались для Киры загадкой. Единственное занятие, которое осталось у девушки, это просмотр унылых мелодрам по телевизору, находящемуся в номере и копание в самой себе. Кто же она на самом деле? Демон, направленный ее родителям для того, чтоб превратить их жизнь в ад? Похоже на правду. Но, а если говорить на чистоту, то Кира понятия не имела, что с ней происходит, внутри нее так много печали и ярости, которая так и просится вырваться наружу. Кира чувствовала, что чаша терпения внутри нее в скором времени лопнет и последствия этого будут весьма трагичны.

Подойдя к зеркалу, находившегося в номере, Кира ужаснулась увиденному. В отражении она узрела незнакомую ей девушку: худое бледное лицо, мешки под глазами, каштановые волосы подобием веревок свисали с плеч, от прежних кудрей не осталось и следа, как и от розового румянца, который раньше украшал лицо девушки. Она была похожа на зомби, не так давно, вставшего из могилы, в поисках свежей человеческой плоти. Увидев бы себя со стороны в кромешной темноте, Кира бы точно испугалась и возможно окропила саму себя святой водой.

Девушка услышала стук в дверь и неспешно хриплым голосом дала разрешение войти. На пороге номера стояла мать. На вид женщина выглядела не лучше самой Киры. На голове был беспорядок, темные волосы, торчали в разные стороны, словно та не расчесывала их вовсе. Да и по виду волос было заметно, что их не мыли несколько дней. Лицо матери было бледно, словно она была призраком. Стоящие рядом мать и дочь — смело походили на персонажей хорроров, не иначе. Кира было очень удивлена, что мать соизволила почтить ее своим присутствием, но девушка догадывалась, что это не простой визит и в обычном приходе были скрытые мотивы. Когда мать подала голос, догадки подтвердились. Растерянно женщина поприветствовала дочь, наспех спросила, как та себя чувствует и быстро перешла к цели своего посещения. Мать сообщила, что нашла хорошего специалиста, который им точно должен был помочь. К изумлению дочери, мать снова огорошила девушку новостью, что уже записала Киру к нему на прием. По этим причинам выдвигаться в путь нужно прямо сейчас. Кира не стала спорить, хотя от идеи обратиться к неизвестному «специалисту», она явно была не восторге. Девушка опасалась, что ее могут запереть в лаборатории и начать подвергать разного рода пыткам, ради экспериментов. Кира припоминала подобный сюжет сериала, которого ей доводилось смотреть. Но выбора ей не предоставили. Или пойти на риск, или же всю жизнь провести взаперти. Кира не раздумывая выбрала первое.

Невзирая на прекрасную погоду — яркое солнце нежно грело кожу, легкий ветерок доставлял удовольствие своей прохладой, а пение птиц было отрадой для ушей. Настроение у Киры было подавленное и одновременно настороженное. Девушке было страшно. Ее пугала грядущая неизвестность. Она представить не могла в какое место матери вздумалось ее отвезти. На вид это здание казалось светлым и напоминало частную клинику. Никаких надписей сообщавших, что это за место не наблюдалось. Внутри их встретили бежевые чистые стены. На ресепшене женщина лет сорока, в халате медсестры, одарила мать с дочерью ослепительной улыбкой. В том, что это была частная клиника, Кира лишилась всяких сомнений. Не одна государственная клиника в их городе не была внутри настолько уютной и безлюдной, а персонал столь любезен.

— Доброе утро, вы наверно на прием к Александру Анатольевичу? — осведомилась женщина администратор, после чего ее улыбка стала еще шире. Получив от матери положительный ответ, она провела их к нужному кабинету. Кире показалось странным, что в клинике кроме них никого больше не было, но возможно это из-за раннего времени их приема.

— Проходите, — произнесла администратор и открыла перед ними дверь. Войдя в кабинет, в нос ударил резкий запах цитруса, будто минуту назад ели апельсин. Кабинет был довольно просторный, обои желтого цвета с золотыми узорами, темно коричневый диван, высокий шкаф с кучей книг, в центре помещения стоял стол из темного дерева, за которым восседал мужчина. На вид ему было лет тридцать с хвостиком, хорошо сложенный, на голове охапка густых русых волос, которые были опрятно уложены. Лицом мужчина был похож на голливудского актера — ухоженные брови, большие темные омуты глаз, с густыми ресницами, аккуратный нос, гладковыбритое лицо и пухлые губы. На нем была рубашка серого цвета, черный галстук и темные брюки.