Ростки лжи (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 163

Несколько разочарованный старик отошёл в сторону, к алхимическому столу, и зажёг горелку, принимаясь готовить что-то.

— Стоит обдумать вопрос обезболивающих. Процедура предстоит неприятная. — заметил второй старик.

— Неплохая мысль. — одобрительно кивнул четвёртый. — Но нужно подобрать максимально нейтральные составы: иначе можно испортить чистоту эксперимента.

— И так сойдёт. Зафиксируем понадёжнее, и не нужно будет лишних расчётов и подбора нейтральных составов. — резко возразил третий старик.

— А моё мнение тут кого-нибудь интересует? — робко осведомился Гелли.

Четверо стариков уставились на лежащего на столе юношу как на говорящее бревно. Даже первый на миг оторвался от помешивания состава в колбе.

— Мне кажется, ты уже высказал своё мнение на этот счёт мне в приватной беседе, Гелли. — мастер Эниан мягко улыбнулся. — Больше разговаривать не о чем: будь так любезен, не отвлекай уважаемых мастеров. Они уже немолоды, вдруг из-за этого ошибуться?

Гелли сглотнул и предпочёл промолчать. Мгновением позже старики сделали вид, что этого разговора не было, возвращаясь к обсуждению.

Спустя полчаса ожесточённых споров насчёт морали и этики, смешанных с обсуждением незнакомых Гелли медицинских терминов и практик, первый из стариков, стоявший у алхимического стола, заявил:

— Готово.

Мастер Эниан принял из рук старика две колбы и поднёс их к лежащему на столе юноше:

— Пей.

Слегка приподнявшись Гелли выпил предложенные зелья и скривился: на вкус была редкостная гадость.

— Как быстро должно подействовать? — осведомился второй старик.

— Уже. — коротко бросил первый.

— Тогда не будем откладывать. Начинаем. — распорядился мастер Эниан.

Четверо стариков плотно схватили двумя руками каждую конечность юноши: ноги и руки. Сам Эниан встал во главе стола и положил руки на виски подопытного.

Гелли почувствовал, как от прикосновений мастеров по телу разливается тепло. Сначала это было даже приятно: мягкое, словно омывающее изнутри и успокаивающее тепло. Но затем тепло превратилось в жар, а жар превратился в сжигающий огонь. Юноша стиснул зубы, но боль только нарастала: казалось, каждый кусочек его тела словно горит заживо, и не было ни продыху от этой всесжигающей боли, которая только нарастала и нарастала.

Тело юноши выгнуло дугой в резкой судороге, и Гелли страшно, срывая горло, закричал. А затем резко обмяк, теряя сознание.

На мастеров, впрочем, это не произвело никакого впечатления. Они продолжали своё дело, железной хваткой вцепившись в юношу. Спустя примерно две минуты мастер Эниан остановился и убрал руки с висков.

— С нервной системой мы закончили. — спокойно произнёс он. — Переходим к глазам.

— У него остановилось сердце. — поднял глаза на руководящего операцией четвёртый старик.

— Ожидаемо. Швацгофен, реанимируй.

Первый старик оставил в покое левую руку юноши и возложил руки ему на грудь. Надавив несколько раз, совмещая резкие удары с вливанием жизненной силы, он прислушался к груди и отрапортовал:

— Готово. Снова бьётся.

— Отлично. Гидельбен, заменяй глаза.

Четвёртый старик, державший ранее правую руку, отошёл в сторону и вскоре вернулся с колбой, в которой плавали странного вида глаза, явно не принадлежащие человеку.

Старик одной рукой оттянул веко лежащего без сознания юноши, а другой провёл над его глазом.

С хлюпающим звуком, повинуясь движению руки старого мастера, глаз вышел из глазницы, и теперь с головой его соединял только окровавленный нерв.

— Скальпель. — коротко потребовал мастер.

Эниан молча протянул коллеге маленький скальпель, и перехватив его свободной рукой, тот перерезал нить, оставляя глаз висеть в воздухе. Затем, слегка пошевелив пальцами, Гидельбен отправил вынутый глаз в колбу, и заменил его на подготовленный. Мастер Эниан помог ему срастить нервы, и вскоре старик отпустил веко, что теперь закрывало совершенно другой глаз.

Затем мастера повторили аналогичную процедуру с другим глазом.

— Теперь кости. — мерно распорядился мастер Эниан. — Кольтиан, Менгис, берите на себя тело. Я займусь черепом и позвоночником. Гидельбен, Швацгофен, будете мне ассистировать.

Даже обладая телекинезом, опытному целителю не по силам вынуть череп из человеческого организма, чтобы заменить его. Однако все пятеро мастеров сошлись на мысли, что потребуется замена абсолютно всех костей до единой: человеческие просто не выдержат ожидаемой нагрузки, перемалываясь в пыль. Мастер Эниан быстрым движением провел по черепу юноши, лишая его волос. А затем сделал решительный разрез, вырезая часть кости прямо со скальпом. Швацгофен принял кровоточащий кусок плоти, кропотливо и аккуратно отделив от него кость. Гидельбен подал заранее приготовленный кусочек более твердой и прочной кости, и мастер Эниан аккуратно вернул все на место, исцеляя рану.