Ростки лжи (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 129

Я неторопливо обошёл по длинной дуге истекающего кровью противника, и присел напротив его лица на безопасном расстоянии.

— Полагаю, я победил. У тебя есть возражения?

Дураком парень не был. Поняв, что его план раскусили, молодой гигант тяжело, опираясь на здоровую руку поднялся. Хмурый как туча, выпрямившись, он мрачно ответил:

— Ты победил. Я признаю поражение.

А затем захромал из круга. На выходе с каменной площадки его мгновенно окружила небольшая стайка девушек, принявшись обрабатывать раны.

На несколько мгновений вокруг площадки повисла почти мёртвая тишина. А затем вокруг послышались шепотки, среди который часто всплывали два слова: Маледика маназ.

На языке детей льда это значило: чёрная рука. Похоже, вместе с победой, я получил и прозвище.

Под тихие перешёптывания я снял венок из подснежников со столба. Пришлось встать на мысочки и вытянуться, но никто над этим не смеялся. Окинув взглядом толпу, я выбрал среднего роста девушку с пепельной косой и фиалковыми глазами, в эмоциях которой был лёгкий интерес. Сперва у меня была мысль выделить ту, что пониже другие, но уж слишком комично это бы смотрелось со стороны гигантов: карлик выбрал самую низкую…

Девица слегка удивилась, сверкнув пурпурными глазами, но приняла венок и тепло мне улыбнулась. В целом, если не учитывать серую кожу и рост в два с половиной метра, она была вполне симпатичной.

Вечером сарафанное радио варварского посёлка принесло мне ответ вместе со старшим из моих учеников, Воталом. Тот был молод и вхож в общество молодёжи клана.

— Её зовут Альвишия, и её дом на окраине, с северной стороны.

Коротко объяснив мне дорогу и намекнув что приходить стоит ближе к ночи, ученик счёл свою миссию выполненной и был таков.

Дом девушки встретил меня вкусным запахом разнообразных трав. Судя по развешенным пучкам, молодая дочь льда была травницей, или же ученицей травницы: интересно, варвары вообще позволяют женщинам быть шаманками? Среди старших шаманов не было ни единой женщины, да и в целом общество намекало на крайний патриархат…

Языка людей девушка не знала. Но я уже неплохо поднаторел в разговорном, чтобы поддерживать лёгкую беседу.

Альвишия сперва слегка смущалась, но вскоре отошла и принялась аккуратно расспрашивать меня насчёт дальнейших планов на клан и в частности на его женщин. Я старался отвечать максимально уклончиво: определённых планов в отношение “небоевой” части гигантов у меня в целом пока не было.

Я было попытался расспрашивать её о женском быте клана, но девушка напоила меня каким-то травяным отваром, и, легко улыбнувшись, ловко перевела тему, подмигнув мне и, слегка вильнув задней точкой, скрылась в спальне с предложением показать кое-что поинтереснее.

Мне оставалось лишь моргнуть и последовать за ней. По старой привычке я ожидал более долгих ухаживаний, но не отказываться же?

Во мраке спальни было почти ничего не видно, и одетая в лёгкое, невесомое платье девушка зажгла в уголке небольшой светильник. Однако стоило мне стянуть с себя штаны и подойти к ней со вполне однозначными намерениями, серокожая дочь льда посмотрела на меня большими фиалковыми глазами и звонко, отрывисто рассмеялась, согнувшись пополам и упав на кровать.

Определённо, от этой ночи я ждал совершенно другого. Подобного унижения, наверно, мне не доводилось испытывать за обе свои жизни. Удушающая ярость и гнев поднялись в груди, и едва удержался от того, чтобы ударить пожирателем жизни.

Я закрыл глаза и начал повторять про себя: убийство любовницы однозначно ударит по твоему авторитету в клане и помешает дальнейшим планам. Убийство любовницы однозначно ударит…

Мне пришлось повторить это не менее десяти, раз прежде чем я смог взять себя в руки и открыть глаза.

Если в начале нашего общения в эмоциях девушку было любопытство, лёгкая неуверенность, интерес к экзотике и возбуждение, то теперь ничего подобного не осталось.

Через нить нашей клятвы я отчётливо чувствовал, что возбуждения там не осталось вовсе: только неконтролируемое веселье, через которое пробивалось лёгкое чувство вины. Поняв мое состояние, она пыталась остановиться, заткнув себе рот рукой, но даже её всё ещё потряхивало в конвульсиях смеха от одного взгляда на меня.

Лишь когда я оделся, Альвишия наконец-то справилась со своим смехом и смотрела на меня с изрядным чувством вины. Эмоции прямо-таки фонтанировали раскаянием и тревогой за моё душевное состояние, однако что-то сказать после такого фиаско она не решалась, опасаясь сделать ещё хуже.

— Разница в размерах настолько критична? — тяжело вздохнув, осведомился я.

Девушка подняла глаза к потолку и принялась что-то прикидывать, поглядывая на меня. Пару раз она едва не сбилась вновь на смех, но в конечном итоге, подсчитав что-то, решительно сказала:

— Вообще-то, нет, всё не так плохо. Чуть ниже среднего, но препятствий в этом плане нет.

Серокожая великанша скосила на меня глаза, тряхнув копной распущенных пепельных волос и жалобно сказала:

— Сама не знаю, почему так вышло. Это...— девушка слегка поперхнулась, давя улыбку. — Вышло случайно.