Ростки лжи (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 120

— Благодарю, что согласились принять меня, Ваше Величество. — прошелестел тихий, спокойный голос.

— Ваше появление удивляет меня. Герцог Нелейского Бастиона здесь, в Кордигарде. Вы проделали долгий путь, и прибыли ко мне инкогнито, в одиночку. Где ваши люди? Неужели вы отправились в путешествие один? — король радушно улыбнулся и сделал небрежный жест.

Из-за неприметной дверцы, что была вторым входом на балкон, вскоре вышел слуга и принёс кубок с горячим отваром.

— Я взял с собой небольшой отряд преданных людей. — слегка отрицательно качнул головой герцог. — Перед аудиенцией я отослал их из города.

— Вот как? — Кормир II приподнял бровь. — Вы полагаете, что я мог поместить под стражу всех вас? Мне не терпится услышать, зачем вы хотели встречи со мной.

Талион Бастион глубоко вздохнул, прежде чем начать.

— Что вы знаете о судьбе его святейшества мастер Фидема?

Кормир II подобрался, оставив кубок в сторону.

— Он подписал указ о расформировании церкви, а затем заперся в вашем замке и никуда не выходит. Других новостей мне пока не сообщали.

— Боюсь, ваши сведения неверны, Ваше Величество. — покачал головой герцог. — Его святейшество погиб вскоре после того, как был издан этот указ.

— Как это произошло? — резко наклонился в сторону собеседника король.

Герцог помедлил, отведя взгляд. Создавалось впечатление, что это сложная для него тема.

— Когда его святейшество получил письмо о произошедшем в Кордигарде, он немедленно произвёл призыв Отца. — слегка надтреснутым голосом начал герцог. — Взял десяток стражников и поднялся на башню. Он вернулся мертвенно-бледным и лишённым руки. Затем он издал указ о расформировании. На следующий день он поднялся на ту же башню один, призывая Отца во второй раз, и больше не вернулся. Мы нашли лишь одежду и чёрную пыль, что от него осталась.

— Прах… — пораженно прошептал король, однако тут же собрался и продолжил расспросы. — Вы уверен, что всё так и было? Что говорят стражники, что были с иерархом?

Герцог некоторое время молчал.

— Когда его святейшество проводил призыв в первый раз, замок словно накрыла тень кого-то крайне могущественного. Те люди из храмовой стражи, что были в Кордигарде во время прошлого конклава, говорят, что это очень похоже на благословение, которое происходит во время призыва. Только в этот раз всё было иначе. Вместо чувства любви, тепла, и жизни, был лишь холод, равнодушие, смерть. Как если бы Отец гневался. Или ему было всё равно…

Лицо короля окаменело, и на балконе повисла звенящая тишина. Но пока Кормир II лихорадочно обдумывал слова герцога, тот вновь взял слово:

— Но я думаю, вы и сами знаете о том, что версия про то, что события в главном храме - результат гнева Отца, весьма популярна в народе. Причина моего прибытия кроется в другом.

— Вы хотите сказать у вас есть новости хуже уже озвученных? — бесстрастно спросил король.

— Да. — тяжело ответил герцог. — И я полагаю, в них есть доля моей вины.

— И поэтому вы отослали людей. — констатировал факт король. — Выкладывайте.

— Между первым и вторым призывом Отца его святейшество полностью оделся в чёрное и собрал всех мастеров и дворян у меня в главном обеденном зале Бастиона. Он произнёс речь, где сообщил, что Отец недоволен иерархами, и что все верховные жрецы должны умереть, а церковь - прекратить своё существование. Остальные же мастера должны начать вести мирскую жизнь, и продолжить помогать людям, не оглядываясь на церковное руководство. — герцог сделал глубокий вдох, прежде чем продолжить. — И помимо этого, он сказал, что мы должны проследить за тем, чтобы оставшиеся в живых иерархи последовали его примеру. И если они будут запаздывать с решением, им следует… Помочь.

Король поднялся из-за стола и навис над собеседником.

— Что вы сделали?

— Я приказал своим людям молчать о речи его святейшества, сказав, что лично разберусь с этим. Мне казалось, что со временем ситуация исправится сама собой, и лучшее, что можно сделать, это просто подождать. В конце-концов, не было никаких причин полагать, что указ мастера Фидема будет проигнорирован…

— Что вы сделали?! — уже прокричал король.

— Ничего. — герцог встретил королевский гнев твёрдым взглядом. — Однако я точно знаю, что часть людей, что присутствовали тогда в зале, решили действовать своими силами, без оглядки на меня. Покушение на его святейшество Этериаса — их рук дело, я уверен. Я узнал об этом слишком поздно, потому что уезжал на долгую охоту со своими людьми. Но я прибыл к вам сразу же, как смог.

Король резко успокоился и сел обратно.

— Вы полагаете, будут ещё попытки?

— Безусловно. — мрачно кивнул герцог.

— Но это же безумие. Люди не убивают людей. Неужели нет способа как-то переубедить их?