Ростки лжи (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 105

— Да, вождю. Для меня не секрет, что после последнего похода люди поглядывают на меня косо.

Повернувшись к сыну спиной, старший гигант продолжил дорогу.

— На то есть причины. Кроме тебя тогда никто не вернулся, и это было серьёзным ударом по клану. — заметил Рунольв.

— Не все войны бывают удачными. Не во всех битвах возможно победить. Я и сам вернулся чудом. Слепая удача, в которой нет моей заслуги. — равнодушно бросил Вальгард.

— Хороший вождь не допускает поражения. — твёрдо сказал Рунольв в спину отцу.

— И что же он по-твоему делает? Избегает битвы, если шансы в ней малы? Бежит, поджав хвост?

Молодой воин недовольно поджал губы.

— Мудрость войны состоит в том, чтобы оттягивать неудачные битвы как можно дальше и вступать в удачные как можно скорее. — наконец, нашёлся со словами Рунольв.

— Бывает так, что у тебя нет такого выбора. Война непредсказуемая вещь. А поражение порой может дать больше чем победа. Мудрость в том, чтобы получать как можно больше из любой ситуации.

— Если ты позвал меня на охоту, чтобы прочитать нотации, то советы от того, кто потерял всех людей в последнем походе и позволил взять себя в плен вместо смерти в битве ничего не стоят.

Рунольв демонстративно плюнул в снег. На его отца, впрочем, это не произвело никакого впечатления.

— Я позвал тебя, чтобы показать тебе одно место, которое показывал мне мой отец, незадолго до того, как я стал вождём. До сего дня у меня оставались иллюзии, что это момент можно отложить, но я ошибался. Нам осталось идти совсем немного.

Вскоре отец и сын вышли на небольшую, заснеженную поляну, которая заканчивалась резким обрывом, даже скорее пропастью, на краю которой стоял большой камень.

Сын вождя несколько недоумённо осмотрелся вокруг.

— И что я должен здесь увидеть? — скептически поднял он бровь.

— Встань на камень и посмотри на северо-восток, вниз на другую сторону пропасти.

Молодой гигант снял с себя лук и ловким рывком, в один миг запрыгнул на камень и легко поднялся, не теряя равновесия. Его отец на мгновение даже залюбовался отточенными, грациозными движениями.

— И что я должен увидеть? Там просто ска…

Тяжёлая стрела с бронебойным наконечником ударила молодого сына льда в спину, заставив потерять равновесия и начать падать в пропасть. В последний миг развернувшись в падении, воин успел ухватить рукой верхний край камня, и силой швырнуть себя вперёд, с перекатом через плечо приземляясь на поляне. На заснеженную землю капнула кровь.

Рунольв достал двуручный меч из ножен, и резким ударом отрубил оперение стрелы у себя за спиной. А затем презрительным, яростным взглядом, посмотрел на отца.

— Значит, вот так, да? Ложью заманил меня в удобное место и думаешь, что справишься со мной? Одна стрела меня не остановит.

Вождь невозмутимо выпустил ещё одну стрелу из лука, но его сын небрежно взмахнул мечом, отбивая её. Вальгард неспешно поднял прислонённую к дереву секиру: вопреки горящим в его глазах ярости, его сын не спешил бросаться вперёд, зная, насколько опасным противником может быть вождь.

— Здесь не было никакой лжи. Мой отец действительно приводил меня сюда, в то время, когда был стариком и уже готовился к смерти. Я был одним из самых младших его сыновей. Он предложил встать мне на камень и посмотрел, но я отказался, предложив ему подняться самому и указать на нужное место пальцем. Старик тогда лишь усмехнулся и дал мне напутствие, что если мой сын будет настолько глуп, чтобы повернуться спиной к тому, чью власть хочет забрать, то я должен убить его на этом самом месте. Потому что идиот на месте вождя приведёт клан лишь к гибели. Уверен, на дне той пропасти найдётся немало костей идиотов, что считали, будто станут мудрейшими из вождей.

— Время покажет, кто из нас был идиотом, а кто мудрым вождём. Я приведу наш клан к славе. А вот сила рассудит нас здесь и сейчас. Твой план провалился, отец, и я всё ещё жив и стою перед тобой. — Рунольв оскалился в хищной, кровожадной ухмылке. — И ты знаешь, что я лучше тебя в бою, иначе не пытался бы подло убить меня в спину. Умри!

С этими словами молодой воин молниеносно бросился вперёд, намереваясь покончить с противником одним ударом. Но его враг неожиданно легко ушёл в сторону, уклоняясь. Рунольв недоумённо мотнул головой, не понимая, что происходит. Он же выигрывал у отца почти все спарринги! Воин ударил ещё, и ещё, но его противник уходил от ударов, словно сокол, которого пытается достать на дереве неуклюжий медведь!

— Что ты сделал? Что это за колдовство? — растерянно покачнулся молодой гигант, когда в его глазах начало двоится.

— Как я и говорил, тебе всегда не хватало ума. Ты даже не заметил, что стрела была отравлена. — равнодушно пояснил вождь Северного Ветра, переходя в атаку.

Гигантская секира порхала как бабочка. Молодой мечник с трудом отбил несколько ударов, но вскоре его отец ловким движением топорища выдернул меч из рук, а затем тяжёлый удар обухом отправил неудачливого претендента на пост вождя на землю.

— Есть... Только одна ошибка что я совершил… — тяжело дышащий, ошеломлённый и дезориентированный Рунольв отполз к ближайшему дереву и откинулся на него. — Не разглядел, насколько подлым и жадным до власти ублюдком является мой отец. Ты хорошо это скрывал, отдам должное. Но бесчестие не делает тебя умнее.

Вождь клана северного ветра подошёл чуть ближе к сыну и грустно усмехнулся.

— Не думай, что мне это нравится. Но я знаю, что ты хотел бросить мне вызов на празднестве нового года, до которого осталось всего несколько дней. А ведь единственная причина для этого твое собственное властлюбие. Я еще не старик и справляюсь с обязанностями вождя. Может, я не один из трёх легендарных вождей, что были под стенами Септентриона, но и не самый плохой. Клан процветает под моим руководством, так или иначе.

— Половина клана против тебя. Недолго тебе сохранять власть. Что сказала бы мать на это? — с ненавистью выплюнул Рунольв.

— Твоя мать сказала бы нам обоим, что только полный дурак захочет убить своего отца или сына из-за жалкой власти. Я никогда не был властолюбцем, и твоя смерть послужит на благо нашего народа. Клану предстоят тяжёлые времена, и кто-то вроде тебя приведёт его к гибели. Я жалею лишь о том, что не смог воспитать тебя достойным приёмником. Пусть дорога Бладьюра дарует тебе мудрость в дальнейшем пути.

На губах Рунольва появилась пена, и он ещё пытался что-то прохрипеть, но короткий без замаха удар тяжёлой секиры отсёк ему голову.

Вальгард тяжело вздохнул и оттащил обезглавленное тело к пропасти, скидывая вниз. Затем поднял голову и в последний раз пристально посмотрел в омертвевшие глаза своего первого сына. В чём-то тот был прав: несмотря на молодость, Рунольв действительно превзошёл его в искусстве боя. Был быстрее, сильнее, даже искуснее. Когда-то это было предметом гордости, а теперь стало лишь проблемой. Проблемой, которую он решил.