Семена Зла (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 157

Поняв, что вскоре я останусь один на семерых, я активировал подготовленную ловушку. В этот же момент туманная сфера выпустила целую серию ударов.

Иерархи были хороши. Они сумели уклониться почти от всех атак, однако их было слишком много: двоим из них пришлось возвести дополнительные щиты, чтоб отвести от себя ударов. И в этот момент их достал удар ловушки, а из пола высунулись фантомы и атаковали…

Иерархов осталось пятеро. Пятёрка, что держала давление земли теней, уклонилась от всех ударов туманной сферы, что отбила атаки фантомов… Но все же они не были всесильны: пока они сосредоточились на защите, сфера сбросила с себя путы, укрепила защиту и обрушила на них новый град ударов смерти…

И все же они справлялись. Отводили удары и уклонялись в этом танце смерти, и умудрялись изредка контратаковать мои фантомы. Сначала первый, потом второй, а затем и третий фантом слабели от их ударов… Не умирали — лишь теряли силы и бессильно возвращались к месту ритуала, чтобы перезарядиться…

Если так пойдёт и дальше, они отгонят всех фантомов и снова возьмутся за сферу, понял я. Поэтому, собравшись с силами, я сформировал две молнии смерти с двух рук и одновременно приказал оставшимся фантомам атаковать одного из иерархов, одновременно сосредоточив на нём фокус земли теней.

Ещё двое упали замертво с мёртвыми сердцами. В этот же момент третий не смог одновременно отвести синхронный удар туманной сферы, атаку фантомов, и разрушительное влияние земли теней, и пал, убитый разъярёнными духами, хотя и смог забрать нескольких фантомов с собой...

Их осталось двое: женщина и мужчина. Я спрыгнул вниз, прокатившись, и бросился к женщине, пока мужчина отбивался от фантомов и туманной сферы. Та пыталась достать меня чем-то, но уклонившись, я резко ударил её левой рукой в грудь, пробивая сердце насквозь. В последний миг я увидел в её глазах узнавание: именно она была при королеве Таллистрии, когда я был на аудиенции. Узнавание и неверие так и застыло на её лице.

Последний оставшийся иерарх умудрился изгнать оставшихся фантомов, и пытался из последних сил опутать туманную сферу, но упустил из виду меня. Подойдя сзади, я просто свернул ему шею…

Ни одно из этих действий не нарушило смертельной, мертвенной тишины зала.

От прямых ударов туманной сферы погибло лишь четверо иерархов. Двое погибли сразу после открытия разлома, двое от моих молний, одного разорвали фантомы, и одному я сломал шею, а женщине — пробил сердце. Семь тел и четыре горстки праха лежали на полу храма: счёт был мою пользу.

— Ты хорошо справился.

Знакомый голос возник в моей голове. Однако здесь, в реальном мире, присутствие моего благодетеля ощущалось особенно остро. Я чувствовал его странную чуждость, и его ледяное равнодушие, что словно пелена, накрывали храм.

— Не ожидал тебя здесь увидеть. Ты не говорил о том, что явишься лично.

— Решил устроить приятный сюрприз.

— Почему они остались живы? Выброс смерти из разлома должен был убить их всех.

— Моё присутствие сыграло роль. Выброс был слабее, потому что вместе с ним по каналу прошёл и я. Да и Отец, похоже, научил их паре трюков.

— Тогда почему ты не оставил это дело мне? Если бы выброс убил большую часть, я мог справиться с остальными.

— Как самоуверенно. А что если нет? Сколько должно было остаться, чтобы они смогли остановить тебя и выдержать удар земли теней? Четверо? Пятеро? Если бы меня здесь не было, тебе могло хватить и троих.

Я скрипнул зубами. Иерархи двигались быстро, и лишь их отвлечённость на него и эффект внезапности позволили мне убить столь многих. Будь я здесь, один, действительно, всё могло сложиться и хуже. Вот только счастливым меня его присутствие отнюдь не делало — кто знает, что эта тварь выкинет здесь, в реальном мире. У меня появились подозрение, что всё это было подстроено именно для того, чтобы он мог сюда пролезть…

— Ладно, допустим, ты прав. Что ты собираешься делать дальше?

— Ты сумел обработать все одиннадцать кристаллов. Это впечатляет.

Это было грубой лестью, однако мне отчётливо казалось, что никакого впечатления мой собеседник не испытывает. Его ледяное безразличие не изменилось ни на йоту, а вопрос о дальнейших действиях он проигнорировал…

— Ты говорил, что это необходимо для успеха.

— Я солгал. Хватило бы и одного поддельного кристалла иерарха Ренегона, чтобы я мог открыть канал.

У меня были серьёзные подозрения, что от количества кристаллов зависела ширина канала. Возможно, подмени я всего один, и он проник бы в мир намного слабее… Но что сделано, то сделано.

— Лживый ублюдок. Зачем тогда остальные?

— Забавно слышать это от тебя. Считай это финальным экзаменом. Ты смог достать все одиннадцать… Мастер.

Я усмехнулся.

— Вот только искусство смерти тут не при чём. С его помощь я достал лишь восемь. Оставшиеся три пришлось добывать с помощью хитрости и интриг.

Леденящий, безжизненный смех разнёсся под сводами храма.

— Запомни, мастер смерти, и никогда не забывай. Хитрость и интриги — одна из важнейших составляющих искусства смерти. Сколько бы сил ты ни набрал, смерть всегда будет сильнее. Не в наших силах победить её — но в наших обхитрить. Считай это последним уроком по искусству смерти, что я дам тебе. Пиши книгу. Ты готов.

— Будут особые пожелания по переплёту? Кожа девственниц, скальп невинных младенцев?

Я всё же не удержался от желания немного поддеть этого ублюдка. Совсем чуть-чуть.

— Материал не имеет значения. Но одно пожелание у меня будет. Ты не должен описывать процесс обретения полного не-мертвого тела для мастера смерти. Помести всё, что знаешь, в эту книгу… Но не это.