Пылающая Башня (СИ) - Вайс Ден - Страница 3

— Пришло время разобраться, кто посмел напасть на представителей ордена и творит богомерзкую малефицию в этом проклятом всеми богами лесу. И начать стоит с колдуна, — решил для себя Альфред Ноэль и окинул беглым взглядом происходящее вокруг. Его солдат осталось четверо, считая сержанта. Они с мрачной решимостью отбивались от дюжины оборванцев, теснящих солдат к дилижансу, из-под которого выглядывал грязный зад в монашеской рясе.

Ноэль взялся левой рукой за амулет ордена и продолжил крутить головой в поисках колдуна. Адские гончие — твари, требующие постоянного колдовского контроля. Убей колдуна и гончие превратятся в отвратительных, но тупых порождений скверны, одержимых лишь голодом, безразличных к тому, кого сожрать. Мужчины и женщины, домашний скот или лесной зверь — для них нет разницы. При отсутствии жертв или другого источника мяса не задумываясь жрут себе подобных. Они были в организованной стае, действовали сообща — значит Малефик, контролировавший их, где-то рядом… Амулет в руках дознавателя нагревался все сильнее, пока взгляд не повернулся к дороге, по которой отряд приехал на поляну.

За кроной упавшего на дорогу дерева кто-то скрывался. Малефик — красный капюшон и грязно чёрный балахон не оставлял сомнений в принадлежности этого… "человека" к рабам Нечистого.

— Барт! свиток "Оковы войны" на дорогу! — крикнул Ноэль, срываясь с места. Малефик явно понял, что обнаружен и попытался выбраться из веток упавшего дерева. Прокричав, что-то неразборчивое, колдун бросил в сторону бегущего к нему дознавателя ком грязи, развернулся и хромая на одну ногу попытался скрыться. Из комка нечистот повалил чёрный смрадный дым, пытаясь обрести некую форму, в прочем заклятье "отрицания скверны" продолжало действовать, рассеивая дым быстрее, чем тот успевал превратиться хоть во что-то опасное.

Альфред Ноэль не мог позволить себе длительной погони, за спиной у дилижанса шёл неравный бой, а заклятье "оковы войны" так и не подействовало. Пробежав ещё пару шагов, дознаватель остановился, выравнивая дыхание, накинул темляк стека на запястье правой руки и достал пистолет. Дистанция для выстрела была великовата и сам Ноэль предпочитал стрелять из "уравнителя" в основном в упор, но выбора не оставалось.

Один заряд не оставлял права на промах и искореняющий не промахнулся. Грянул выстрел и фонтан кровавых брызг обозначил попадание в правое плече колдуна. От удара в спину, тот споткнулся и покатился кубарем по земле. Амулет искореняющего вновь вспыхнул нестерпимым жаром, оповещая хозяина о творимом где-то рядом колдовстве. Малефик скулил, подвывал и.… менялся. Очертания человеческого тела дёрнулись и расплылись, от колдуна во все стороны повалил смрадный дым, скрывая его от взгляда искореняющего. Человеческие стоны превратились в омерзительное тявканье. Ещё один удар сердца и из облака чёрного дыма метнулась четвероногая тень, припадая на заднюю лапу, тварь, ещё мгновение назад бывшая "человеком" скрылась в непроходимых зарослях вдоль дороги.

С поляны, где не стихали звуки ожесточённой схватки, раздался голос сержанта.

— Внимание! Залп! — почти одновременно грохнули четыре выстрела из пистолетов, следующая команда: "вперёд!" поставила точку в схватке солдат и отребья, потерявшего всякую волю к сопротивлению, после бегства колдуна…

Солнце, выглянувшее из-за туч, озарило своим светом место кровавой бойни. Дознаватель, устало переставляя ноги, шёл к дилижансу. Вокруг экипажа валялись изрубленные тела бандитов. Сержант сидел на ступеньке экипажа и слушал доклад одного из уцелевших. Вокруг сержанта суетился Барталамео пытаясь обработать глубокую рану на левой руке. Ещё двое уцелевших вязали руки и ноги трём пленникам, поглядывая на них недобрыми глазами. Пленники, подвывая, умоляли о пощаде, клялись всеми святыми, что… В общем как обычно…

Подойдя ближе Ноэль увидел тело кучера — его настигла смерь на месте. Она пришла в виде арбалетного болта, прямо в сердце — старик умер без мучений. Трупы коней, как упряжных, так и верховых валялись тут же. Считать потери не осталось сил и как обычно поступал в таких случаях Альфред Ноэль, он свалил все это на своего секретаря.

— Барт, доклад в сжатой форме — устало сказал дознаватель, садясь рядом с сержантом.

— Наши потери — шесть человек, все мертвы. Твари добивали раненых как наших, так и этих. — Секретарь кивнул в сторону вязней, которых один из выживших солдат методично избивал ногами.

— Сколько погибло их не знаю, посчитать ещё не успел. Расход по свиткам — "отрицание скверны" один, "большое снятие проклятия" один, "оковы войны" один… Пришёл в негодность из-за моей ошибки. Простите магистр, я.… когда бежал к дилижансу, упал в грязь и вот… свиток прочитать правильно не получилось — начал извиняться монах, понимая, что малефик скрылся из-за этой ошибки.

— Ладно, хватит — махнул рукой дознаватель, прерывая секретаря, — давай дальше по делу.

— Господин сержант и все оставшиеся в живых ранены, раны средней тяжести. Прошу разрешения воспользоваться запасами зелий из саквояжа.

Ноэль только кивнул, сил говорить почти не осталось. Помотав головой из стороны в сторону, выпив протянутое секретарём зелье бодрости и сделав несколько глубоких вдохов Альфред Ноэль, старший дознаватель ордена Искореняющих Ересь, продолжил исполнять свои обязанности.

— Бен, как же так? Как тебя угораздило вляпаться в эту ловушку? — Ноэль сидел на снятом с убитого коня седле под кроной дерева и смотрел в лицо мёртвого друга. Мертвец медленно повернул голову и открыл рот, чтобы ответить и замер. С дерева дождём сыпалась листва и то и дело падали сухие ветви. Силы покидали мертвеца и вместе с ним умирало дерево, энергия жизни которого и поддерживала иллюзию бытия в теле человека, шагнувшего за грань.

— Альф… — прохрипел мертвец. — У нас с Ди не было выбора. Наш сын Бальтазар пробудил талант очень рано… и неожиданно… Мы… отвезли его к деду, отцу Дианы… Только он мог помочь Бальтазару с тем… что в нем проснулось…

Мертвец умолк, а по стволу дерева с резким треском пробежала длинная трещина от основания устремляясь к макушке.

— Бен! не уходи! Ещё не все, где твой сын? Почему с тебя срезали печать? кто это сделал и как они узнали о ней? Где Диана? — вопросов было слишком много, а времени почти не осталось. Каждое слово мертвеца приближало его к порогу небытия.

Порывшись в саквояже, дознаватель достал последний флакон с зельем "мёртвой воды" и влил его в открытый рот мёртвого друга. Мертвец вздрогнул, выражение его изувеченного лица снова приобрело некую осмысленность. "Мёртвая вода" применялась в некромантии для стабилизации и восстановления тел, поднятых магами немертвых. Но раны и пытки — неразлучные спутники всех тёмных ритуалов Нечистого слишком сильно разрушили связь тела и души Бернарда Крюгера. Зелье давало лишь кратковременный эффект и было последним.

— Альф хватит вопросов, просто выслушай меня… Прошу… Наш сын пробудил талант, доставшийся ему от деда… Пожиратель пламени, порождение чистого хаоса… его надо было срочно связать… подчинить воле мальчика… это был вопрос его жизни… Вильгельм, отец Дианы знал, что надо делать… он вообще многое знает… Он живёт тут в Темнолесье… — речь мертвеца прерывалась, силы покидали его.

— Мы… отвезли сына к нему… полгода назад… сейчас Бальтазару… семь лет… Его талант… опасен… Вильгельм должен был поставить печать… Найди его, найди моего сына и помоги…

С дерева отвалился огромный кусок коры и с шумом рухнул на землю. Мертвец замер на мгновение, захрипел и продолжил еле слышным шёпотом.

— Нас предали… Они… продались колпакам… рабам Нечистого… узнали, как получать скверну из печатей первооснов… Я и Диана — обречены… но у нашего сына ещё есть шанс… Найди его, помоги… прошу…

Это были последние слова Бернарда Крюгера, авантюриста и археолога, знатока стихий и демонологии. И сокурсника по обучению в замке Бренер старшего дознавателя ордена Искореняющих Ересь, Альфреда Ноэля.