Пылающая Башня (СИ) - Вайс Ден - Страница 27

Я, подождав несколько мгновений, последовал за демоном, с любопытством крутя головой. Мои детские воспоминания сохранили лишь образы родительского дома и башни. Вот уже много лет я и Буба не видели поселений моего народа, и картина бедности и разрухи оставляла не самое приятное впечатление.

— Хозяин, живые в этом сарае. — Буба указал, на сложенное из не тёсанных бревен, сооружение, похожее на… хлев. Крыша просела, широкая воротина, снесенная с петель завалилась внутрь постройки. — Он тут, Хозяин. — Буба засунул мордочку в дверной проем, и лукаво заулыбался. — И соломы очень много… хорошо полыхнет Хозяин.

Перешагнув порог сарая и аккуратно выбирая место, куда наступить в следующий раз, пошел за Бубой зовущим меня к дальнему от входа стойлу. Сектанты использовали хлев, как место содержания для тролля. Стойла с обеих сторон были забрызганы кровью, завалены обрывками плоти и рваной одежды. С каждым шагом судьба жителей хутора становилась все яснее. Я насчитал минимум дюжину сожранных монстром людей.

Пройдя до дальней стенки сарая, заметил странный символ, намалеванный угольком прямо на полу. Заглянув в указанное Бубой стойло, обнаружил полуживого мужчину, все тело которого покрывала грязь и глубокие порезы. Руки пленника были прикованы железной цепью, пропущенной через вбитое в стену кольцо. Пленник сидел в углу загаженного закутка, и лишь хриплое дыхание, вырывавшееся из потрескавшихся губ, отличало его от покойника.

— Буба… принеси-ка сюда ведро с водой, какое-нибудь кружку или миску. — Демон, игнорируя дверной проем, ловко вскарабкался по стене и перемахнув препятствие исчез. Я, осторожно переступая зловонные кучи, оставшиеся после кошмарного пиршества, прошелся вдоль стоил и отобрал несколько тряпок почище, вернулся к умирающему.

Тело мужчины средних лет, истощенное длительным голоданием и пытками, очень похожими на популярную у мстителей забаву с длинным ножом. Глубокие порезы покрывали все открытые участки кожи, один глаз смертного был аккуратно вырезан, отсутствовали мочки на ушах, пальцы рук, вздернутых к верху цепью, были сломаны.

От входа послышалось фырканье и плеск. Буба, смешно переваливаясь с ноги на ногу, тащил большое ведро с водой, с дужки которого свисал обрывок цепи. В ведре бултыхался деревянный ковшик с ухватистой ручкой. Кивнув головой, я указал демону куда поставить ведро и присел на корточки на против пленника.

Окатив бедолагу первой порцией, живительной влаги, я с удовлетворением смотрел, как сознание возвращается в изможденное тело.

— Пить… — прохрипел смертный, пересохшими от жажды губами, ловя стекающие струи воды. Я поднес наполненный ковш к губам раненного и осторожно влил несколько глотков живительной влаги в пересохшие уста. Мужчина пил маленькими, осторожными глотками. Утолив жажду и обреченно вздохнув, пленник решительно приоткрыл единственный уцелевший глаз, и в ужасе отшатнулся. Забившись в угол, закрутил головой в поисках пути к бегству, дернул руками, застонал от боли в переломанных пальцах и с обреченным выражением лица осел на пол. — Ты пришел закончить начатое?

— Я пришел не за тобой. — откидывая с головы капюшон и стягивая с лица кожаную полумаску, ответил я. — Я вообще не знаю кто ты и что тут делаешь.

Пленник вновь поднял взгляд и как-то по-новому посмотрел на мое лицо. — Ты человек? Не один из этих… остроухих извергов?

— Я — человек… Как ты попал сюда? — Я смочил тряпки в ведре и начал аккуратно обматывать цепи у рук пленника. — Сейчас я пережгу цепь, просто не дергайся и не пострадаешь.

Мужчина зажмурился, замерев от страха и напряжения. Сотворив сферу огня, я перебил огненной стрелой центральное звено цепи, пропущенной в кольцо. — Руки в ведро! Быстро!

Пленник, получивший свободу с удивительной сноровкой засунул руки в воду. Раскаленная цепь зашипела, отдавая жал холодной воде.

— Рассказывай, кто ты и как попал сюда. — Я достал нож, и начал резать оставшиеся тряпки на длинные полосы. Ран было много, часть из них придется зашивать.

— Меня зовут Фенк, я честный бродяга, родом из Эвенпорта. Попал сюда на каторгу, в рабство. Мы мыли золото на стылом ручье. Потом… ночью пришли порождения леса и всех убили, меня забрали с собой. Зачем не знаю.

Я осматривал раны мужчины, обтирая грязь и кровь с порезов. Испытание длинным ножом, длительная и изощрённая пытка, придуманная мстителями якобы для проверки на силу воли. Жертву подвешивали за руки так, чтобы она не могла коснуться ногами земли, раздевали до нага и начинали вдумчиво и не спеша делать надрезы в неопасных, но крайне болезненных участках тела. Если жертва доживала до смены времени суток и при этом не сходила с ума, по идее ее должны отпустить, как прошедшего испытание. Но… Охотник говорил, что еще ни один смертный не выживал после такого.

— На ваш лагерь напали ночью? Медведь оборотень?

Фенк кивнул, и снова посмотрел мне в лицо. — Ты кто, парень? Ты отпустишь меня?

— Идти сможешь?

— Попробую… — мужчина осторожно поднялся на ноги, цепи, свисавшие с запястий рук негромко, звякнули. — Думаю, смогу, пожрать бы еще…

Покинув хлев, я продолжил осматривать руины хутора. Фенк устроился у колодца, с жадностью запихивая в рот куски вяленного мяса. — "Хозяин, меня нашла девочка… Она идет к вам… Хозяин" — Я насторожился, Буба перешел в боевое состояние, что означало приближение опасности.

— Прячься, смертный. — Фенк закрутил башкой, но не став задавать глупых вопросов быстро укрылся за деревянным венцом колодца и пропал.

Из единственного уцелевшего дома, самого крупного в поселении, к нам вышла девочка. На вид ей было лет одиннадцать, двенадцать. Красивое, черное платье, прикрывавшее ноги чуть ниже колен. Белая блузка, с кружевами на воротнике и манжетах, длинные белые гольфы и черные лакированные туфельки. Образ ребенка завершал шикарный бант из черного атласа. Девочка переступила порог дома и словно на негнущихся ногах направилась в мою сторону.

— "Хозяин… к ней тянуться странные нити… как, то пятно на полянке, в которое я кидал зайца… Только нити, Хозяин…"

Девочка, словно во сне, вышла на середину площадки, замерла, резко подняла голову и уставилась прямо на меня немигающим взглядом. Ее рот открылся, словно повинуясь чей-то воле, и я услышал чужой, бархатный голос взрослой женщины.

— Какой интересный мальчик. И демон, что прячется на крыше сарая тоже любопытный… Ты кто? И зачем пришел сюда? — губы девочки не шевелились, голос говоривший со мной просто исходил изо рта ребенка, словно девочка была… музыкальным инструментом, на котором играл невидимый мне исполнитель.

— Я, Всполох из Вечного леса. А ты? Луэлла? — не ожидая встретить тут врагов, я на мгновение растерявшись, начал прикидывать возможные варианты развития событий.

— Да, мальчик, я Луэлла Великолепная, к твоим услугам. — Ответил мне бархатный голос. Девочка закрыла рот и взявшись пальцами за края юбки, развела руки в стороны, приседая в изящном поклоне. Это, наверное, могло выглядеть красиво, но рваные, неестественные движения ребенка, вызывали во мне лишь раздражение и тревогу.

— Отвечай, мерзкий мальчишка! — Голос женщины сорвался на истеричный визг. — Где мои люди? Где мой тролль?!

— Мы убили их. Убили всех. Я ответил тебе, колдунья, теперь и ты мне ответь. Где Хромец?

— Хромец? Ты кто такой, гаденыш? Как ты посмел убить моего тролля? Теперь ты мне должен и сполна оплатишь свой долг. — Девочка рывком вскинула руки, рот снова открылся и площадь наполняли звуки незнакомых мне магических формул. Над кистями ребенка замерцал темный туман, стремительно складывавшийся в нечто напоминавшее оскаленный череп, размером с большую тыкву.

Не знаю, чем бы все это закончилось, но вмешательство Бубы свело на нет попытки колдуньи сотворить свое заклинание. Демон, вооруженный ведром, выскочил из-за колодца и окатил девчонку с ног до головы, холодной колодезной водой. На краткий миг лицо девочки озарили живые эмоции. Удивление, шок от ледяной воды, испуг…