Пляска змей (СИ) - Боровски Марк - Страница 68

После этих слов Марк прикрыл глаза. Я же посмотрела на его мать — белую змею, опутанную множеством нитей… Та висела почти у самого лица черно-белой женщины. Я проследила от головы змеи за невообразимо длинной шеей, которая уходила к самому полу грота, где прижавшись животом к земле, находилось тело в серо-зеленой одежде. Значит, у белых змей все же есть тела… Рядом лежало еще одно тело, мужское, с такой же длиной шеей. Но это тело выглядело совершенно мертвым, а шея уходила куда-то в колодец…

Каким образом мать Марка сможет сделать хоть что-нибудь? Ведь орудие демона — черные, белые и красные нити, лишило ее всякой возможности двигаться. С другой стороны, тело ведь ее на свободе, и я пока не знаю, на что это тело способно…

Марк стоял с закрытыми глазами. Внезапно, голова его матери, до этого почти неподвижная, содрогнулась в своих путах… “Он говорит с ней мысленно!” поняла я. Белые змеи ведь обладают чем-то вроде телепатии. Я помню, помню, как они общались со мной. Это было просто невыносимо, потому, что я слышала их речь не только ушами, но и прямо внутри черепа…

Между тем, черно-белая женщина взглянула на свою плененную дочь, затем обратилась к ней:

— Любовь — штука опасная и своевольная. — Голос ее можно было сравнить с громом, но громом, который облили медом… — Только посмотри, Амелия, куда она тебя привела… Когда любовь у нас есть, мы думаем, что она принадлежит нам. Но это не так… Она может покинуть нас в любой момент, или же перевоплотиться в страдание. Я потеряла любовь, но сила, добытая мучениями и кровью, навечно моя… И я буду жить немыслимо долго, увеличивая ее… Великолепный конец для пьесы, не так ли? Дочери убили свою мать. Но мать возвратилась из глубин ада, и убивает своих дочерей. Но сначала, отнимает у них все, что им было так дорого… Первым делом умрут дети, а потом уже вы, мои милые дочери. Вы умрете друг у друга на глазах!

— Ничто в этом мире не вечно. Ни любовь, ни сила, ни страдания… — Прошипела опутанная нитями Амелия, и яростное шипение ее мучительно отразилось внутри моей головы. — Все кончается, рано или поздно. И я не знаю, когда завершатся мои страдания, мама. Но любовь к тебе, в моем сердце все еще жива. И потому, я обещаю тебе, что твоим страданиям конец придет сегодня… Я сделаю все возможное для этого…

Вслед за этими словами, из широко раскрывшегося рта Амелии, стремительно хлынул черный дым…

Облако черного дыма ширилось, и вместе с ним, внутри меня неумолимо росла паника… Это все какое-то безумие! Вокруг, одно лишь безумие! Я думала, что выберусь из клиники Григоровича, и дела мои хоть немного наладятся. Но куда там… Все покатилось к чертям.

От паники я стала задыхаться. В какой-то момент, мне начало катастрофически не хватать воздуха, и я отчаянно принялась хватать его ртом.

Чернота текла изо рта белой змеи. Этой чернотой были отравлены пес Григоровича и Оливер. Но способен ли темный дым причинить вред демону? Я очень сомневалась в этом, и все же не переставала надеяться…

Внезапный вопрос кольнул меня холодной иглой: а где же Оливер? Я оглянулась вокруг, и не увидела его. Здесь присутствовали все: Сара Кински, Марк, белые змеи… но Оливера не было…

Грот трясся, будто в лихорадке. С потолка не переставали сыпаться мелкие камешки. В скором времени здесь наверняка все обрушится. Меня и саму нешуточно трясло, а отдышка никак не проходила…

Необходимо взять себя в руки, хотя бы немного. “Ну давай же, Алиса!” обратилась я сама к себе. “Вспомни, чему тебя Линда учила. В любой ситуации нужно оставаться спокойной и сосредоточенной, нужно контролировать свои эмоции, и не давать им брать вверх над собой.”

Марк, не отрываясь, смотрел на растущее черное облако. Он напряженно ждал чего-то…

В этот момент к нам подбежала Сара. Выглядела она очень уставшей, и жутко испуганной, лицо все в мелких царапинах и пятнах крови, рыжие волосы уже давно не убраны в хвост, но жутко растрепаны… Интересно, осталась ли еще у Сары полынь? Будет не очень хорошо, если темная сущность внутри нее проснется в неподходящий момент, и возобладает над ее разумом.

— Моя сестра отвлекла ее! — Воскликнула Сара. — Самое время уходить!

Марк спокойно покачал головой, и мне показалось что синее сияние разбрызгивается из его глаз мелкими капельками.

— Мы никуда не пойдем, пока демоническая сущность и дух твоей матери не будут разъединены. А иначе, эта тварь не оставит нас в покое.

— Сделать это необходимо. — Вмешался мой брат, стоящий рядом. — Разве вы не хотите, Сара, чтобы мать ваша освободилась?

— Но как?! — Возопила Сара. Я всмотрелась в ее лицо, и поняла, что она тоже недалека от истерики.

— Марк знает… — Опять проговорил мой брат. Однако, внезапно в голосе его появилось сомнение. — Но… Ведь этот черный дым не причинит вашей матери никакого вреда.

— Кое-что этот дым может. — Вымолвил Марк. — Нити трех цветов, которыми управляет моя бабушка. Взгляните на белые…

Я посмотрела… Темные и красные нити оставались крепки, но белые, под воздействием черного дыма истончались и рвались. Дым гасил сияние белых нитей, и словно разъедал их. Из-за этого в гроте постепенно делалось темней…

Но вдруг, количество черного дыма стало быстро уменьшаться, и вскоре я увидела, почему… Черно-белая женщина всасывала дым ртом, и когда всосала полностью, улыбнулась самодовольно.

— Глупая попытка. — Заговорила она, обращаясь к Амелии. — Ты умеешь преобразовывать свою темную сущность в нечто иное, во что-то вроде оружия… Это похвально. Но твое оружие слабо. Мне оно не повредит.

— Тебе нет. — Очень тихо проговорил Марк рядом со мной. — Но оно и было направлено вовсе не на тебя…

— Путы белой змеи ослабли. — Это уже вымолвил мой брат. — Теперь ее удерживают лишь черные и красные нити…

Я и сама это поняла… Заполнив мою голову и весь мир вокруг яростным шипением, Амелия неистово рванулась к лицу черно-белой женщины, прямо к пока еще не успевшей зажить дыре на месте глаза…

Тело белой змеи также устремилось вперед. Передвигаясь на четырех конечностях оно со скоростью, явно превосходящей скорость человеческую, переместилось к самому краю колодца, прыгнуло, уцепилось за подол платья черно-белой женщины, после чего стремительно покарабкалось по этому платью вверх… Тело стремилось вслед за головой, к темной глазнице, и ловко миновав нити, через несколько секунд исчезло в ней…

Черно-белая женщина оглушительно закричала, ухватившись обеими руками за голову. Нити вокруг нее словно взбесившись, принялись двигаться совершенно хаотично…

— Сейчас, Алиса! — Прокричал мне в ухо Марк. — Волосы!

Волосы… Я посмотрела на него. Ладно, блин… Хорошо! Я, по крайне мере, попробую.

Отдышка все еще мучала меня, но я попыталась отрешиться от нее. Я попыталась отрешиться от всего, от тряски земли под ногами, от пронзительного яростного крика черно-белой женщины, от собственного страха… Закрыв глаза, я худо-бедно сосредоточилась и попробовала почувствовать свои волосы. Представила, как они удлиняются, сильные и крепкие… И вдруг я действительно ощутила их, причем настолько явственно, что даже немного испугалась этого. Они почти что обладали собственной волей, но все же я чувствовала, что могу взять их под контроль.

Я открыла глаза, устремив взор к Марку. Движимые моей волей красно-белые пряди ринулись вперед, густо опутали его тело, оставив свободными лишь руки и голову, а потом… приподняли. Приподнять было уже тяжелее. Чувствуя, что теряю контроль, я вновь прикрыла глаза, и мысленно устремила Марка к полумесяцу над головой черно-белой женщины… Осторожно приоткрыв один глаз я увидела, что у меня все получается. Мои волосы действительно несли Марка к звенящему полумесяцу.

Черт! Как же это тяжело! Я припала на одно колено. Голова моя раскалывалась от невероятной боли. Вскоре я ощутила, как из левой ноздри теплой струйкой побежала кровь…

Огромный камень упал на пол грота справа от меня, едва не придавив Сару, которая лишь по счастливой случайности, вовремя заметила его и успела отпрыгнуть в сторону. Это едва не разрушило мою концентрацию…