Хроники Мильгарда (СИ) - Соболев Игорь - Страница 44

«Миоланский договор» стал первым международным актом, признававшим самостоятельность республики. Тот факт, что инициатива исходила от Лирийского руководства, являлось, пожалуй, самым неожиданным обстоятельством. В сущности, у Айлы Строптивой другого варианта просто не оставалось. Прочность подписанных соглашений вскоре пришлось испытать на практике.

Насладившись медовым месяцем в покоях любимой супруги Зилаф Заколдованный почувствовал себя настолько уверенно, что начал открыто говорить о возобновлении войны. Никто из соседних держав ему в этом не препятствовал. Напротив, Ланс Железный всеми средствами подогревал стремление Зилафа Заколдованного совершить нападение на Лирию. Кровавое столкновение народов, ранее живших в одном государстве, представлялось им необычайно выгодным.

Главенствующей целью для Темерлина оставалось полное истребление осминского наследия. Если соперники сцепятся в жаркой схватке и ослабят друг друга, а шерги сохранят собственные силы в неприкосновенности, то в ближайшей перспективе именно шергийские монархи будут главенствовать в Белом Мильгарде. Такова в общих чертах была позиция Ланса Железного, поддержанного керситами.

Объявив, что власть в Осминском государстве узурпировал человек, который не имеет никаких прав на престол, Зилаф выступил в поход. Женщина, пусть даже и вдова Вершителя Запада, по установленному закону не может носить корону. Наследником трона мог стать только преемник мужского пола. Исходя из этого, высшая власть должна принадлежать Зилафу Заколдованному, последнему, из оставшихся в живых потомков Лингольда Завоевателя. В оборот даже был пущен документ, подтверждающий права Зилафа. Якобы перед своей смертью в походной палатке, умирающий отец призвал сына, объявив его единственным наследником всех владений. Подтвердить либо опровергнуть данные слова, так как Зилаф позаботился, чтобы все те приближенные, которые могли стать свидетелями данного события, были заранее умерщвлены.

Для Айлы пробил час, который неоднократно снился ей в самых кошмарных снах. Незаконнорожденный отпрыск ее покойного мужа во главе многочисленной армии вторгся в ларнийские земли. Незамедлительно из столицы к Сигмунду Острому полетел призыв об оказании военной помощи в соответствии с условиями «Миоланского договора».

Саррлинцы действовали предельно жестоко, и это стало их главной ошибкой. Они грабили и опустошали те земли, через которые пролегал их путь. Многие из окружения Айлы оставались, в тайне недовольны режимом ее власти, и они готовы были поверить в истинность «завещания Лингольда». Но грабительские методы армии Зилафа, уничтожение всех, кто оказывал хоть малейшее сопротивление, невзирая на социальный статус или возраст, оттолкнули потенциальных союзников. Повинуясь неизбежному, лирийцы отозвались на призыв Айлы, собрав войско и выдвинувшись навстречу врагу.

Зилаф Заколдованный в достаточной мере унаследовал военные способности Лингольда. В сражении при Кринге лирийская армия была полностью разбита и обращена в бегство. После победы практически вся южная часть Лирии оказались у него в руках. Но Лаат не собиралась сдаваться. Фактически для Айлы развернувшееся противостояние являлось вопросом жизни или смерти, и она приложила максимум усилий, не пожалев и собственных средств, чтобы снарядить новую армию.

Особые надежды Айла возлагала на помощь Миолана. Понимая, что после порабощения Лирии, последует нападение на республику, Сигмунд Острый произносил пламенные речи, призывая «Гильдию Магистров» исполнить свой союзнический долг. Миоланцы приняли решение выступить. Крупные наемные силы, а также отборный отряд («Гильдия смерти») закаленного в боях пешего ополчения скорым маршем двинулись на помощь Лаату.

Местом встречи сбора союзников должна была стать обширная и удобная для проведения большого столкновения Евзирская долина, расположенная в юго — западной части Лирийского государства. Но Зилаф опередил соперников. Лирийские части уже расположились лагерем, а миоланцы еще запаздывали. Плохо зная местность, и окрестные дороги они избрали самый дальний маршрут передвижения. Саррлинцам выдался прекрасный шанс разбить врага поодиночке, и Зилаф решил им воспользоваться.

Жаркое сражение началось ранним утром. На радость, шергам саррлинцы и осмины без малейшей жалости истребляли друг друга. Грандиозное сражение в Евзирской долине продолжалось до вечерних сумерек. Благодаря полководческому таланту Зилафа Заколдованного он сумел добиться тактического успеха. Саррлинцы прорвали строй противника, почти полностью истребив первые шеренги. Лишь отчаянная храбрость отдельных лирийских отрядов, оборонявших походный лагерь, спасла от неизбежного разгрома. Абсолютно неожиданно, на утомленные кровавым боем ряды саррлинцев, с тыла обрушились свежие силы. То были миоланцы. Отыскав, наконец, верный путь, они устремились на шум сражения. И что называется вовремя. Казалось бы, неминуемое катастрофическое поражение Лаата обернулось нежданной победой. Саррлинские войска не выдержали двойного натиска, обратившись в паническое бегство. Заваленная трупами и раненными Евзирская долина осталась за союзниками по «Миоланскому договору».

Потери с обеих сторон были очень высоки. Большая часть армии саррлинцев и осминов осталась лежать на поле боя. Миоланцы же, вступившие в единоборство в завершающей стадии, когда Зилаф уже начинал праздновать победу, потеряли всего несколько десятков человек. На волне успеха «Гильдия Магистров» готова была продолжать военные действия. Но позиция Айлы оказалась более сдержанной. Снарядить в кратчайшие сроки новую армию уже не представлялось возможным. Все финансовые ресурсы были исчерпаны. Обескураженный тем, что победа, которая уже находилась у него в руках, таким нежданным образом ускользнула, Зилаф также пока не стремился к продолжению кампании. Стороны приняли решение взять временную паузу, заключив шестилетнее перемирие.

Глава 33

Фальшивое «завещание Лингольда Завоевателя» наделало много шума в пределах бывшего Осминского государства. Благодаря активной деятельности саррлинских агентов, особенно широкое распространение оно получило именно в лирийских пределах. То обстоятельство, что трон занимала женщина, вызывало слишком много вопросов. Тут Зогдев попал в цель со своими громкими заявлениями. Историческая традиция в лирийской державе, сложилась так, что трон всегда передавался исключительно по мужской линии. Осмины узаконили тот же принцип.

Многие из окружения Айлы поверили в справедливость саррлинских претензий. Мол, война и все многочисленные трудности происходят исключительно из — за желания руководства Зогдева соблюсти установленное древнее правило. Следовательно, во всех разрушениях и жертвах повинна нынешняя правительница, стремившаяся, не смотря ни какие тяжелые обстоятельства удержать власть. В Лаате начала образовываться оппозиционная партия.

Королева была не глупой женщиной. Айла Строптивая прекрасно понимала шаткость своего положения. В свое время столичная верхушка поддержала ее. Но теперь обстоятельства изменились. Во дворце осознали, что завершись сражение в Евзирской долине поражением (как собственно почти и произошло), саррлинский лидер наверняка бы уже пировал в Лаате, головы аристократов были бы вздернуты на пики, а их богатства секвестрированы. В высших кругах Лирии росло открытое недовольство. Некоторые даже предлагали идти на поклон к Зилафу Заколдованному, и добровольно преподнести ему лирийскую корону.

Тщательно обдумав создавшуюся ситуацию, Айла приняла неожиданное, но единственно верное решение. Проведя многочисленные переговоры с представителями лирийской элиты, она заявила, что готова сложить с себя властные полномочия. Кроме того, она готова была вторично выйти замуж за представителя древнего аристократического рода Тойленов, издревле занимавших высшие должности в лирийской иерархии, который к тому времени остался вдовцом. Его несовершеннолетнего сына Нойлера Айла собиралась усыновить, объявив его наследником трона. Подходящая кандидатура, которая устроила бы всех, разумеется, была определена заранее. Ни о каких нежных чувствах вопрос даже не стоял.