Вниз по течению-1 (СИ) - Уайт Кирра - Страница 42

— Наступает время, — сказал он, — когда мы окажемся в одной лодке. Если новые мокрозявы не будут выныривать, те, которые есть, полностью истощатся, и кукрить воду станет некому. Тогда горожане вспомнят, кем мы были прежде. Ты понимаешь? Они захотят снова заставить нас кукрить. Дарвинизм — безжалостная штука и работает во всех мирах. Что мы будем делать, когда они придут? Все мы, победившие на турнирах и прошедшие обработку?

— У тебя есть предложения? — спокойно спросил Вишневский.

— Пока только одно: нам нужно объединиться и найти способ противостоять им. Мы живём на стыке старого и нового времени, и уже сейчас нужно решить, кем мы будем: волками или овцами.

Вишневский поскрёб бороду и негромко сказал:

— Я подумаю над твоими словами.

После чего вышел из дома, бесшумно прикрыв дверь.

Хадар прошёл по комнате, вновь остановился у картины, глядя невидящим взглядом на летящий навстречу своей погибели корабль. В голове вертелись слова Вишневского: «Турниры между мокрозявами утверждены сводом правил Башни». Турнир. А ведь это прекрасный способ выманить Владыку из Леса. Заодно и всё своё семейство пусть прихватит — у благородных домов Азара давно не было развлечений. А к Владыке в это время можно запустить разведчика: осмотрится, побеседует на месте с людьми.

Хадар радостно засмеялся, глядя на картину.

— Что же, Вишневский, ты вновь подарил мне неплохую идею, — сказал он. — Готовь свою девочку к битве. Мы найдём ей противницу и устроим зрелище, каких здесь давно не было.

***

(Тем же вечером)

Привстав на локте и прищурив один глаз, Хадар разглядывал Даяну. Красивая она всё-таки баба, и с годами красота не увядала, а наоборот приобретала совершенную форму. Хадар подозревал, что это неспроста: Даяна почти пять лет была фавориткой Великого Колдуна. Потом его страсть к ней остыла, и он выслал Даяну в Элсар. Что неудивительно: Хадар не представлял мужчину, способного долго выносить её капризы. Судя по всему, в качестве отступных Колдун подарил Даяне вечную красоту. Её смуглое, обнажённое тело в дрожащем свете свечей было прекрасно. В памяти всплыли стихи:

Однако сегодня в каре-зелёных глазах красавицы затаилась тоска. Её не радовали ни новые гобелены с изображением цветов, ни рассыпанные по прикроватному столику аметисты.

— Что печалит мою королеву? — спросил Хадар, разглядывая её округлую грудь.

Даяна вздохнула:

— Мне всё чаще кажется, будто я не живу, а всего лишь наблюдаю эту жизнь. Пересыпаю, как песок сквозь пальцы, и его тут же уносит ветер.

— Мне кажется, тебе грех жаловаться. У тебя достойное занятие…

— Дотойное занятие?! — вскинулась Даяна. — Шутишь?! Я всего лишь ввожу мокрозяв в транс. Раньше, пока Хранители не разосрались с Орденом Кодунов, это делали послушники в колдуны. Послушники, Хадар! А я прошла посвящение, я участвовала в обрядах! Он (речь шла о Великом Колдуне) отстранил меня от дел, сослал в этот вонючий городишко!

Хадар поймал её руку, покрыл поцелуями от кончиков пальцев до плеча, прильнул губами к ямочке на ключице. Даяна усмехнулась, глядя на его сверху вниз:

— И зачем я откровенничаю с первым сплетником Элсара?

«Затем, что тебе нужны уши, в которые можно сливать своё нытьё», — подумал он, уязвлённый прозвищем сплетник. Но сегодня ругаться с Даяной в его планы не входило. Она нужна ему тёплая и покладистая.

— Даже сильной женщине разрешается иногда показать слабость, — прошептал он. — Но ты ещё можешь вернуть расположение Верховного Колдуна.

Даяна прерывисто вздохнула:

— Как?! Он не вспоминает обо мне уже четвертый год!

— В Элсаре готовится турнир мокрозяв. На него прибудут все соседи, в том числе он.

Даяна повернулась к Хадару, взметнув ногами лёгкое покрывало.

— Турнир? Ты не шутишь?

— Разве можно шутить такими вещами?

— И ты весь вечер молчал?! — она ударила Хадара кулачками, в полумраке полные груди соблазнительно качнулись.

Он еле сдержался, чтобы снова не овладеть ею. Мысленно пообещал себе: «Позже. Сейчас о деле».

— Тебе старик сказал про турнир? — спросила она.

— Да.

На самом деле после разговора с Вишневским он со стариканом ещё не встречался. Но Даяне об этом знать не нужно.

— Но почему организовывают турнир? — спросила она. — После стольких лет затишья. Чья это идея?

Хадар мысленно усмехнулся: «Ты уверена, что хочешь знать, милая?» Надо было рассказать правду, хотя бы половину. Даяна не станет ничего делать, пока не разузнает детали.

— Не тебе рассказывать, какой у нас провис с мокрозявами, — сказал он. — Нужно искать другие способы делать воду пригодной для азарцев.

— Сколько живу здесь, все только этим и занимаются, — фыркнула она. — Но пока безрезультатно.

— Есть информация, что Владыке Леса это удалось.

— Да ладно?!

— Ходят слухи, что лесные начали приторговывать водой. Не в таких объёмах, как Элсар, но тем не менее. Значит, у них появилась возможность кукрить воду.

— Как?!

— Это нам и нужно выяснить. Для этого нам нужно вытянуть сюда лесных.

— С помощью турнира?

— Почему бы нет? На Азаре давно не было достойных развлечений. Все погрязли в повседневности. Или, может, у тебя есть другие предложения?

Даяна перевернулась на живот, потянулась, точно пантера:

— Нет.

— Для участия в турнире нужны сильные мокрозявы. Ты вводишь их в транс. Кого можешь посоветовать?

Любовница презрительно хмыкнула:

— Никого.

— Неужели всё так плохо?

— Хадар, они давно превратились в измочаленные старые презервативы. С ними не получится никакого турнира. Ты даже не представляешь, сколько сил я прикладываю, чтобы они хоть как-то кукрили.

Он покачал головой: самые худшие опасения подтверждались.

— А новенькая? — спросил он.

Даяна вновь перевернулась на спину, заложила руки за голову и лениво произнесла:

— Она пока сильна.

«Именно, что пока», — мрачно подумал Хадар. Вслух сказал:

— Ты должна найти ей противницу на турнире.

Даяна посмотрела на него, как на безумца, твёрдо заявила:

— Новенькая не будет участвовать.

— Почему?

— Неужели сам не понимаешь? Расходовать такую на турнир — глупость. Нужно использовать её по максимуму, пока она может кукрить.

— И превратить в измочаленный старый презерватив?

— Таков финал всех мокрозяв, — равнодушно ответила Даяна. — Сейчас она пополняет запасы откукренной воды. А на турнире бездарно умрёт.

Хадар почувствовал растущее раздражение.

— Ты мыслишь, как кухарка, — отрезал он.

Женщина гневно сверкнула глазами.

— Полегче! — воскликнула она.

— Нам нужен хороший турнир, — строго сказал Хадар. — Как в старые, добрые времена. Для этого, повторяю, нужны сильные мокрозявы. В мои планы не входит опозориться перед гостями.

Она молчала, прикусив губу.

— Если ты хочешь вернуть Его расположение, устрой красивое зрелище.

— Я не директриса цирка, — высокомерно заметила Даяна.

«Ты спесивая, самовлюблённая дура», — подумал он.

Но вслух сказал:

— Ты самая лучшая, красивая и сильная женщина, каких я знал.

Она удовлетворённо улыбнулась.

— Но даже сильным нужно иногда прогибаться, — продолжал Хадар. — Хотя бы для того, чтобы из директора цирка не превратиться в цирковую собачку.

Даяна поморщилась, однако на этот раз спорить не стала.

— Подумай, кто ещё из мокрозяв может стать участницей турнира.

— Мужчины не рассматриваются?

Хадар цокнул языком: