Падение Империи (СИ) - Рассел Ник - Страница 6

— Айдан!

Тем временем близ Амхары.

Пятнадцатый Красный Легион был в пути уже второй месяц, и вот-вот они должны подойти к Амхаре, самому большому торговому городу на пересечении всех торговых путей в центральном Кровогорье. Воодушевление, что охватило легионеров в первые недели похода, осталось позади, теперь солдаты ждали первого боя, кто-то с нетерпением, кто-то с молитвами. Разведчики донесли, что полки южан идут на Амхару. Лорд Амхары, Марий Мейстланд, готовится к осаде, а южане катят катапульты. Похоже, война раскручивается всё сильнее и сильнее. Изнурительные дни сменяли друг друга раз за разом, пока так не прошло два месяца. Легион каждые три дня останавливался на привал, а за тем вновь отправлялся в путь. Пыль, поднимаемая колонной, рассеивалась через пять минут. День за днём перед легионерами представали живописные и красивые виды. Зеленые поля и луга, поля пшеницы и ячменя. Дикую зависть у них вызвали три табуна гордых коней, разных мастей, что паслись на тех поля. С завистью и усталостью легионеры не отводили взгляда от табунов, мечтая, наконец, сесть в седло и забыть о мозолях на ногах. Но громогласные командиры подзывали и подгоняли солдат, то просто криками, то криками изощренными нехорошими выражениями, которые были неимоверно распространены в любой армии и так любимы командирами.

Айдан шел в центральном ряду колоны, дыша в затылок другому однополчанину. Так же, как другой легионер, что шел позади него. Некоторые солдаты успевали переговариваться. Кто-то травил анекдоты, не всегда смешные, кто-то рассказывал о том, что, по их мнению, ждет колону в первом бою. Айдан не особо вслушивался, пока было спокойно, мысли его были затомлены Сейной. Он всё думал, как она там? Что с ней? Как она себя чувствует? Думает ли она о нём? Конечно думает, и наверняка усердно молится у алтарей. Иногда Айдану казалось, что он подло поступил с ней, уйдя на войну, но ведь это был приказ! На одном из привалов Айдан так грустил, что всем было грустно! И его друзья-легионеры поделились с ним парой тайн. Не он один оставил возлюбленную в столице. Вот это поворот! Айдану даже стало стыдно. У некоторых ребят любимые девушки носили их ребенка под сердцем. Или уже родили дочку или сына, и дома их ждала семья. И вскоре Айдан сумел сосредоточиться. Через час они должны были подойти к Амхаре.

Гарет СтоннКассел возглавлял это шествие. Простой во внешности русый, кареглазый, не сильно широкий в плечах, в латных доспехах, с полуторным плечом на спине, Гарет отказался от лошади, идя вместе со своими легионерами, часто подбадривая своих ребят. Айдан поражался тому, каким был младший лорд СтоннКассел. Легионер офицерского звания вел себя как простой задорный солдат, обращаясь абсолютно со всем, как с равными себе. Те, кто провинился, познавали на себе два вида наказания. Либо крик, ор, который стоял выше гор, и наказание драить казармы, либо лишение жалования на месяц. Либо долгий и спокойный разговор, в котором Гарет отчитывал провинившегося, пересчитывая все его оплошности. Те, кто подвергался второму виду наказания, тихо говорили:

— Лучше бы в морду дал, — но по уставу телесному наказанию подвергались те, кто ослушался приказа. Дезертиров вешали на месте. Такая вот она, легионерская жизнь. Спустя полчаса колона остановилась. Солдаты занервничали. Впереди слышался какой-то гомон. Хотя совсем недалеко виднелась Амхара с её высокими стенами и башнями с бойницами. Абсолютно все затихли. Затихла даже природа. И лишь вдалеке был слышен гомон, а земля немного подрагивала. «Вот оно. Затишье перед бурей» мысль в голове пронеслась мгновенно. Айдан сжал щит покрепче и тут же услышал команду.

— Легионеры! Оружие к бою! Стройся! — прокричал капитан Гарет. Легионеры со звоном вынули мечи из ножен. Колона начала строится. Каждая сотня образовывала свою черепаху. По команде Гарета легионеры сблизились вплотную, образовывая длинную линию в тысячу человек. Передние два ряда прикрывали щитами. Первый ряд сел на колени, закрываясь щитом и готовя метательные дротики. Второй ряд ставил щиты поверх первого, образовывая из них стену. Позади выстроились стрелки, которые уже приготовили луки, натянув стрелы на тетиву. Айдан стоял в третьем ряду, чуть пригнувшись, как и все остальные. Свой меч он вернул в ножны и приготовил метательные дротики. Они весели у него на спине, в кожаном чехле. Обычно дротиков было шесть. Айдан держал один из них в правой руке, готовясь к бою. На минуту он привстал, всё-таки любопытство одержало вверх, и он решил одним глазом взглянуть на противника.

Они были на поле, довольно ровном и без холмов. Вдалеке виднелась Амхара. Хватило десяти, может быть пятнадцати минут, чтобы весь пятнадцатый легион сумел построиться, всё-таки колона довольно сильно растянулась. Тем временем, южане приближались. Они шли клином, поднимая за собой уйму пыли, которая стояла плотным столбом. И казалось, что это ещё не всё. От силы в клин входило шестьсот человек. Четыре сотни в центре, по сотне по бокам. Вряд ли это все силы южан. Жалко то, что у пятнадцатого легиона не было конницы. Одна пехота и стрелки. Вскоре южане остановились, поднимая свои стяги. Красного волка на белом поле. Казалось, они ещё будут вести переговоры. Но они так и стояли, подняв свои знамена, которые даже не колыхались. Не было даже ветерка. Два легиона стояли друг напротив друга, оскалившись и приготовив мечи, словно два волка, что не поделили территорию, легионы стояли, и никто не двинулся с места. Солнце продрожало печь, стояла необычайная жара и тишина. Через пять минут этого стояния, из-за спины южан показалась конница. Четыреста всадников. Ни больше, ни меньше. Конница встала впереди пехоты, выстроилась в боевой порядок, навострила копья, и по приказу своего командира, знаменосца на тяжелом боевом коне, понеслась вперед, на врага.

Многие молились, многие дрожали от страха. Айдан же вслух молился всем богам, которых знал. Молился за себя и за ребят. Вскоре кровь закипела от жажды боя, сердце забилось в бешеном боевом ритме. Страх не отошел, он шептал, он перебирал все возможные случаи, что может случится, как потом жить дальше? Мысли о Сейне пришли внезапно. Айда все думал, а не забыл ли он её запах? Её голос? Он тут же покачал головой, он должен быть сосредоточен на бой, и он вернется к ней, со славой.

— Помните, сыны Кинхарта! У них такая же кровь, как у нас! А значит они смертны! В бой, легионы! Вы ждали этого часа! Добудем славу! — гордо прокричал Гарет. Легионеры в ответ закричали девиз красных легионов. — Победу — стране и народу, почести — королю и дворянам, долг и жизнь — легиону! Герб империи, изображенный на щитах легионеров, поблескивал на солнце, напоминая им, за что они бьются. Их стяг — дракон извергающий пламя красного оттенка, на золотом поле, гордо реял позади них, как гласила пословица: «Отступать некуда! Позади штандарт!» Гарет приказал сомкнуть ряды, встать плотней. Легионеры тут же перестроились, встали плотнее, уменьшив длину ряда. Под копытами коней земля дрожала, а воздух сотрясался от пронзительного звука боевого рога. Послышалась команда стрелкам

. — Готовься! Тетива! Стрела! — и застрекотали тетивы, и со светом понеслись стрелы, словно черный дождь, падая на конницу южан. Погиб примерно десяток всадников. Помимо копий, они успевали прикрываться щитами. Ещё пара залпов, ещё несколько десятков убитых, а конница неумолимо приближалась. Уже немного подточенная стрелками. Гарет приказал лучникам вести свободную стрельбу, тетивы застрекотали то тут, то там. Конница была близко. На расстоянии броска. Гарет приказал готовить дротики. Почти пять сотен легионеров приготовились метать.

— Готовься! Бросай! — громко скомандовал капитан, выдержав паузу между «готовься» и «бросай». Замахнувшись, как учили их старшие офицеры и учителя, легионеры метнули дротики в конницу, которая была уже совсем близко. Это дало результат. Почти пять сотен дротиков вонзались либо во всадников, либо в лошадей. Конница было хорошо подточена, и потеряла по меньшей мере сотню человек. Но все же она достигла цели. Легионеры храбро встретили врага, приняв их удар на щиты, поднятые и сомкнутые в последний момент.