Падение Империи (СИ) - Рассел Ник - Страница 139

Нежно и тихо поцеловав дочку в лоб и потеплее укутав её в меха, герцогиня вышла из её покоев и направилась к покоям мужа.

Имхьер лежал в своём ложе, накрытый десятками мехов. Безумные глаза метались от угла к углу, в осознании того, что смерть была слишком близко. Волосы его почти выпали, а лицо стало морщинистым. Его мучал дикий жар, он бреди и звал жену. Эдэльмира подошла к столу с лекарствами и моля Мирану о прощении грехов, влила в настой жидкость чёрного цвета. Богиня отвечала ей, каждый раз она отвечала ей. «Ты правильно поступаешь, дочь моя. Следуй своей цели. Следуй клятве»

Женщина знала, что план Ааронта Тангера безумен. Но ради того, чтобы отомстить за дочку она была готова сделать всё. Где была империя, когда умерила ей отец и мать, во время набега демонов Аст’Морауна? Где был император, когда Сайн-Ктор осаждали ренегаты? Где были Красные Легионы, когда амункеры прошлись по земля Герцогства огнём и мечом?! Где?! Эдэльмира подошла к мужу и помогал выпить лекарство. Имхьер начал кашлять кровью, жар его тело стал сжигать его изнутри, а его сорванный голос был еле слышен в зала Твердыни Сайн-Ктора.

Словно дикая лисица или рысь, она наблюдала за мучениями мужа. Её зрачки необычайно расширились, ноздри надулись и щеки заполыхали. Губы выпрямилась в тонкую ниточку и когда её муж затих, она ладонью закрыла его веки.

— Ты всё правильно седлала, дочь моя. — Эдэльмира обернулась на глас богини. Мирана стояла у окна и дёргала свою косу чёрного цвета.

— Я сделала это на благо дочери и герцогства — прошептала она. Мирана ухмыльнулась.

— Скоро, дочь моя, мы проведем ритуал. И тогда Сайн-Ктор вновь станет великим. Даже Уэйстек будет бояться нас. Или же присягнёт тебе, моя избранница — губы богини были полными и имели алый цвет, так сладко она говорила, что герцогине невольно захотелось встать пере нею на колени.

— А когда Наследник явиться и пророчества исполняться… тогда мир измениться. Станет таким, каким он должен быть! — проговорил она, дотрагиваясь до щек своей избранницы. Эдэльмира с эйфорией потянулась к ней

— Скоро — сказала она — я вернусь. Я возрожусь. Скоро, мы с тобою станем едиными —

— Скоро, кобра станет королевской — закончила Мирана, испаряясь в искрах камина. Эдэльмира взглянула на полную луну. Её захотелось завыть, как волчице. Зашипеть, как змее, как кобре, что была изображена на её знамёнах. Её осталась лишь укрепить свою власть. Осталось оскалить клыки и выпрыснуть яд, когда надо. Её, Кобре Имнари, Герцогине Серого Герцогства, оставалось пара шагов, до воплощения её планов в жизнь

- Ни чести, ни доблести, лишь мудрость времен — прошипела она, зная, что она извлекла из своих прошлых ошибок урок. Жестокий и болезненный урок.

Глава 39. Звон солдатских лат

Первый снег в этом году выпал рано. В начале осени. Тяжёлые серые тучи нависли над всей провинцией. С небес падал чистый, белый снег, и красивые снежники, кружась в странном танце, падали на землю и хрустели под ногами. Руки и щёки мёрзли под колющим морозом. Кожа краснела и хотелось укутаться в несколько тёплых плащей, подбитым животным мехом. Впрочем, уже на следующий день снег таял под лучами солнца, и округа Перевала Странника, в котором располагался Кулдар, приняла серый и унылый вид. Крепость была готова к осаде. Стены и башни были отстроены по новому. На стенах располагались котлы с маслом, камни для метания и прочие оборонительные приспособления. Перед воротами расставили баррикады, чтобы задержать врага. Старый Боривик Мурнитара умудрился соорудить и поставить на вершины двух башен по «Скорпиону» — осадные машины, которыми раньше сбивали драконов, под точными выстрелами тяжёлых и массивных стрел, крылатые ящеры с грохотом падали на землю.

Как только стяги армии Лоренца стали приближаться к Медному Мосту весь гарнизон был поднят по тревоги и приведён в боевую готовность. Уже через пару дней показались первые элитные отряды, ведомые Лоренцом, в позолоченных доспехах, с остроконечным шлемом и стягом, на котором был изображён танцующий волк. Они встали в нескольких лигах от моста. Отряды всё прибывали и прибыли, пока вся пятидесятитысячная армия Крамольника не встала в десяти лигах от крепости. Сотни, нет, тысячи и тысячи стягов и флагов усеивали поля, ведущие к равнине Лот’Хром. За ними, из-за тракта виднелись боевые требушеты и катапульты, который тащились низкорослыми конями-тяжеловозами и мулами.

Среди защитников крепости послышался ропот.

— Проклятый ублюдок! –

— Шесть катапульт, пять требушетов. Как зайцы прыгать будем! –

— Смотрите! Вдалеке! Летит! — крик одного из легионеров моментально затих когда, с равнины Лот’Хром, проносясь на невообразимой скорости, со свистом рассекая ветер, пролетел дракон. Дракон красного окраса, с золотой полосой на брюхе, с черными, словно тёмный мифрил или адамит когтями и шипами по всему телу.

— Боги милостивые! –

— Дакрон. Как в легендах! –

— Стони лет драконы не лезли в наши войны, а теперь вот тебе и раз! –

— Сожри их Ненасытный, ну и громадина! — ропот страха пронёсся по рядам защитников, когда красный дракон взревел. Его рёв был подобен грому, разрывающим небеса. Невольно легионеры стали вызывать к богам.

Айдан стоял рядом с Гаретом, на главном участке стены, над воротами. Краем глаза он увидел, как желваки на лице капитана нервно дёрнулись. Глаза заблестели не страхом, а азартом предстоящего сражения. Сейчас он напоминал громовую тучу, что медленно но верно надвигается на врага. Но по сравнению с теми силами Лоренца, что встали под крепостью, ярость Гарета казался тучкой.

— Кто же их всех хоронить будет? — спросил Терон толи сам себя, толи всех сразу. Корр лишь хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Я сбился где-то на сороковом десятке — сказал он. Аэйри прижалась ближе к Терону. Левой рукой он обнял её, а правой проверил, на месте ли Рог.

Дориан, раскурив трубку, проговорил

— Верная смерть. Нет шансов на успех. — выпустив кольцо табачного дыма, он прогоготал — Чего они ждут?

— Будут соблюдать приличия — ответил Гарет, увидев как элитный отряд Лоренца выдвинулся без оружия к Медному Мосту.

— Дейн! Трайден! Анкит! Мейстланды! Дайникер! Пашар! Коутрен! Седлать лошадей! Мы идём на переговоры. — перед тем как спуститься к конюшням, Гарте шепнул Айдану

— Седлай грифона –

— Думаешь, он испугаться императорского грифона, когда у него под боком огнедышащий дракон? — ухмыльнулся Айдан

— Хорошая была бы потеха. — невесело посмеялся Гарет

Они встретились на мосту. Без оружия. Как говорит традиция. Как только Гарет подъехал к нему на почтительное расстояние, Лорен снял остроконечной шлем с забралом. Айдан приметил, что видел покойного императора Уильяма лишь один раз. Но не отметить сходства братьев он не мог. Но Лоренц казался диким, необузданным волком, что собрал стою из таких же диких южных волков. Как причудливо были заплетены его волосы и борода, к холодному времени он надел плащ, подбитый мехом медведь и сейчас казался ещё больше. Словно скола, которую не может сточить вода.

Гарет восседал на вороном жеребце во главе колонны. За ним, выстроившись в две шеренги ехали Терон и Корр, за ними командиры легионов. Над ними, верхом на Альве. летел Айдан. Дракон прошагал к мосту и гордо вскинув морду, прищурил глаза, всматриваюсь в грифона и ездока. Дракон имел рост в полторы версты и с лёгкостью бы занял половину армейского квартала Кинхарта. Благо Мост был построен широким и Айдан смог приземлить Альву в нескольких метрах от колонны защитников Кулдара

— Гарет! Рад тебя видеть — он прикоснулся ко лбу, в знак приветствия, Гарет лишь кивнул

— Не скажу того же в твою сторону, Лоренц — без эмоций ответил Гарет

— Что же ты так груб? Ты сам отверг мой подарок, а теперь пожинаешь последствия! Но до оскорблений время дойдёт, старый друг. Нужно соблюсти приличия. — по очереди он представил наместников южных провинций.