Обретение неба (СИ) - Непейвода Женя - Страница 11

Конечно, поскольку корабль Командующего был ближе к воротам, ему, согласно правил городской навигации, следовало первому занять место. Но вот тот, кто сейчас управлял баркалоном, явно не хотел упускать случая.

Матфей заметил, как заострились скулы Жилины. Последние метры перед воротами стоялки оба корабля пронеслись далеко не на положенной скорости. В ушах стоях гул натруженных моторов и острый визг тормозов.

Опасно маневрируя, дау и баркалон едва-едва не столкнулись у въезда. Однако, они встали так, что ни один корабль не мог продолжить движения без риска столкнуться со своим визави.

Из рубки баркалона отделились тени. Матфей увидел, что это два дюжих орка движутся в их сторону.

Лорд-командующий алого ордена Альмаики император Согахова зло ощерился, готовясь принять бой.

Матфей был шокирован всей нелепостью ситуации. Но он точно знал, что вмешиваться не следует.

Когда гномы поравнялись с кабиной дау, они принялись барабанить по обшивке. Тонкий авиационный материал легко гнулся под ударами кулачищ.

Жилина не выдержал, вскинул РУДы и дернул машину с места. Гномы зло смотрели им вслед…

— Милорд, не переживайте.

— Старина, все в порядке. Мне жаль, я хочу извиниться перед вами.

— Ничего, думаю, наших обидчиков можно разыскать.

— О, это очень просто сделать. Но зачем? В этой роли я только простой смертный. Именно уязвимость и придает особый кейф таким приключениям.

Жилина отвел корабль прямо к дому. После произошедшего пить вино явно расхотелось. Но они все-таки сердечно попрощались, и Матфей вернулся в Рубиновый дворец.

Следующий день внезапно стал последним в работе коллегии. Было назначено голосование. Императоры всех провинций избрали своим Командующим правителя Согахова. Жилина сдержанно принял поздравления.

Так как мандат Лорда-командующего был продлен, церемония наложения мантии не требовалась. С тяжелым чувством Матфей покидал самую южную империю человеческого ордена. Они смогли поговорить с Жилиной только раз. И то, перебросившись буквально парой-тройкой фраз.

Когда Матфей вернулся в родной Потет, он много думал обо всем, что произошло на Согахове. И даже пытался в иносказательной форме посоветоваться с разными людьми. Профессор, обучавший императора, был очень уклончив. А вот те редкие офицеры обержандармерии, на которых Матфей имел выход, явно дали понять, что не готовы изменять присяге.

Оставалось лишь с сожалением продолжать участвовать в великосветском балагане. Император принимал участие в торжественных мероприятиях, перерезал ленточки, вручал ордена, крестил пузатых младенцев лучших родов Потета.

Однажды, гуляя в саду своего дворца он посмотрел на небо. В эту минуту как раз два остроносых дау пересекали окоём. И сердце защемило от тоски.

***

Пятая оперативная эскадра базировалась на Нилос, четвертая имела своим родным портом империю Потет. В оперативном отношении эти военные силы не были самостоятельными. Они подчинялись федеральному правительству ордена. Генерал-аншеф Мувович и генерал-аншеф Шавов имели под своей рукой по четырнадцать вымпелов. Правда, в эскадре Нилоса было значительно больше батарейторов. Разрабатывая план кампании по захвату Рорара, военное министерство никак не могло определить кому из генералов поручить исполнить эту задачу. И Мувович, и Шавов были опытны, но имели слишком преклонный возраст. В федеральном министерстве полагали, что успех операции будет зависеть от расторопности командующего. Было известно, что союзники по коалиции, КВАЛ (королевский военный авиафлот Ларты), также готовы привлечь значительные силы.

Переговоры на уровне политического руководства не привели к договоренности о совместном командовании. Впрочем, было решено, что достаточно просто координировать атаки.

Когда этот секретнейший план донесли до флаг-офицеров Четвертой и Пятой эскадр, стало ясно, что никто особенно не горит желанием лезть на фронтир. Причем, переживали даже не из-за противника. Военно-воздушные силы Рорара были незначительны. Переживали из-за того сложнейшего взаимодействия между штабами, которое предстояло обеспечить.

В федеральном министерстве понимали проблему, но поскольку добиться иного решения было невозможно, просто оказывали давление на своих генералов.

К счастью нашелся смельчак, который заявил о готовности взять на себя ответственность.

Вице-генерал Радко, командир первой линейной бригады Пятой оперативной эскадры. Это решение было удобным, потому что именно его бригаде предстояло стать главной ударной силой операции.

Личной директивой председателя правительства Альмаики Омалю Радко было присвоено временное звание маршал авиации. Кроме того, штаб соединения «Пятьдесят четыре» получил в свое распоряжение две бригады генералов Гозко и Кодева. Итого в составе соединения оказалось шесть батарейторов и шесть мультидекеров.

В начале дексиса 1677 года маршал Радко отправил корабли на Атетраус. По легенде это должны были стать совместные учения двух военных авиафлотов.

В рубке флагманского батарейтора Омаль Радко склонился над свитком. Его машины далеко растянулись в небе. Сейчас они находились в своих территориальных границах, так что собирать компактный строй не было нужды.

Батарейторы несли бомбы и панзергренадеров. Их специальные штурмовые латы были изготовлены из дубленой ларовой кожи. Она была прочна и легка. Вооружали десантников гранатницами и пулятелями.

Двум бригадам мультидекеров по три корабля в каждой, маршал отвел роль поводырей и защитников. Было ясно, что военный авиафлот Рорара поднимет эрайзеры. Но более тяжелые мультидекеры должны были с ними справиться. Кроме того, мультики также несли небольшую бомбовую нагрузку.

Флаг-капитан объявил о том, что на горизонте показался Атетраус. Немедленно в порт был отправлен запрос на приёмку. Орки ответили быстро. Было видно, что Ларта готовилась к встречи союзников.

Сначала принялись батарейторы. Затем сели мультидекеры. После приёмки корабли встали у больших военных капониров. Здесь их встречал дежурный орочий офицер.

Когда стало ясно, что никто из союзного командования не приедет, маршал Радко усмехнулся.

— Благое начало, господа. Теплый, уважительный прием, нечего сказать.

Конечно, им были переданы инструкции по поводу размещения, но человеческий маршал не стал их слушать. Все понимали, что настроения в коалиции скорее сопернические, чем дружеские, но ведь не до такой степени!

Флаг-капитан полковник Вечин с надеждой посмотрел на комэска. Радко угрюмо хмыкнул.

— Господин флаг-капитан, назначайте охранение машин из числа десанта, офицеры кораблей, кроме дежурных могут быть свободны. И передайте мою благодарность экипажам, хороший переход.

— Мой маршал, как быть с протокольными визитами?

— Отменяется. Никаких контактов с союзниками. Ну, по официальной, я имею в виду, линии.

— Расквартируем экипажи во флотских казармах?

— Да, рядовой состав. Старшие офицеры могут взять в которму апартаменты в гербергах, я не возражаю.

— Вас понял, мой маршал.

Когда в штабе Первой оперативной эскадры КВАЛ осознали, что старший начальник альмаиканских кораблей не почтил их своим визитом, они пришли в неистовство. Появилась даже мысль выслать наглецов. Но, впрочем, такие приказы требуют визы политического руководства.

Вечером офицеры альмаиканской эскадры приехали в известную ресторацию Атетрауса. Маршал Радко проявлял благодушный настрой. Офицеры выбрали большой стол и сразу же сделали внушительный заказ.

По правую руку от командующего сидел флаг-капитан.

— Вечин, как вам местечко?

— Мой маршал, орочьи нравы — это всегда пикантная приправа.

— Тонкое замечание, полковник.

— Но гостеприимством они сегодня не блистали.

— Чего не было, того не было.

— Господин маршал, позвольте задать вопрос?

— Валяйте, полковник.

— Ходят слухи, что вы сами напросились на это задание.

— Ну, это давно не секрет. Да. Я вызвался повести наши кораблики в бой.