Отголоски судьбы (СИ) - Букия Оксана - Страница 48

— Мы готовы принять любую волю его величества, — раздался смиренный голос Элсмиретте, — когда он придет в себя и выскажет ее. А пока, сэй Иланди, будьте добры не мешайте. У нас слишком много дел.

— Кстати, — вступил в разговор Талал Дайонте. — Димостэнис, как вы могли допустить произошедшее? Его величество безоглядно доверял вам. Вы сами всегда хвалились хорошей работой вашей новоиспеченной службы.

— Нехватка опыта сыграло с вами плохую шутку или злой умысел? — елейным голосом подпел Олафури, играя на притихшую публику.

— Вы специально тянете время, не пуская Бриндана? — Элсмиретте бросил взгляд на целителя, предлагая ему вступить в беседу. Однако тот молчал, так же как и пятый советник.

В воздухе нарастало напряжение.

— Если верить вашим словам, император хотел нашей отставки. И случись что с его величеством, вы остаетесь единственным претендентом на трон, — наконец вынес вердикт Дайонте, явно довольный разыгранным представлением. — Чем не причина для вас? Корона — лакомый кусок.

— Так же, как и для вас, — язвительно фыркнул Дим, — только в башне рядом с ним был я!

Передняя покоев его величества была переполнена людьми. Законники с праздничными нашивками, гвардейцы в парадных куртках, советники в официальных одеждах своих Великих Домов, дамы с испуганными глазами, растерянные кавалеры.

Второй акт разыгравшейся трагедии.

— Правом данным мне его величеством соблюдать законы и вершить правосудие, — голос Олафури взлетел над ошеломленными людьми, — я обвиняю сэя Димостэниса Иланди в попытке покушения на жизнь его величества императора Аурино Стефана Эллетери с целью захвата власти. Кир Леткарис, — он повернулся к старшему законнику, — арестуйте отступника!

Аурино и здесь ошибся. Он считал, что советники не решатся на его убийство, так как сначала им придется передраться между собой, чтобы решить, кто будет править государством. Почему он решил, что у империи обязательно должен быть один правитель? Тридцать аров Астрэйелль управлялся Советом Пяти, и кто им помешает делать это впредь?

Серебро заполнило все существо, вязко растекаясь по венам. Сверкающие щупальца взвились вверх, тонкими острыми плетьми рассекая воздух. Одна из них разрезала пространство возле лица Реманноса Олафури, заставляя того дрогнуть и отступить. Остальные замерли, выбирая себе добычу.

Дайонте подхватил с горящих огневиков рыжие всполохи, заставляя языки пламени разгореться у него в ладонях. Струя огня слетела с его рук, устремляясь к выбранной жертве. Серебряная воронка вобрала в себя ее мощь, разбрасывая вокруг себя потухшими искрами. Послышались испуганные вскрики. Придворные, стараясь стать незаметными, жались к стенам. Законники обнажили дагерры.

Щупальца истончаясь, превратились в тонкие серебристые нити, сливаясь с лучами Таллы льющимися через окна. Острая серебряная сеть повисла под потолком, хищно замерев.

— Сопротивление при аресте лишь подтверждает и умножает вашу вину, — Олафури не сводил глаз с мельчайших серебристых лезвий, угрожающе сверкающих над его головой.

Димостэнис перевел взгляд с него на Дайонте, Элсмиретте, краем глаза покосился на отца. Вокруг Лауренте Иланди словно зверь, запертый в клетке, зло билась энергетика земли, переплетенная с нитями огня, тянущихся из огневиков, развешанных по стенам.

Однако никто не спешил делать следующий шаг. Мены неумолимо тикали. За дверью боролся со смертью последний из рода правящий династии. Ради кого другие готовы были сражаться и умирать.

Четкий шаг десятков ног разрезал гнетущую тишину. Одетые в черное с головы до ног, держа на готовку моргены, с нашивками своего подразделения по коридору шли каратели во главе состаршим. Опытные воины, бесстрашные защитники, безжалостные убийцы. Они вызывали дрожь не только у простого народа. Сверкая боевыми аурами, дошли до дверей покоев, замерли. Предводитель нажал на незаметный рычаг посреди стальных пластин шеста, выпуская лезвия. Словно эхо раздались слитые воедино щелчки остальных моргенов.

Как все быстро! Каратели собрались почти мгновенно. Рядом со старшим нет его правой руки. Значит «летуны» кружат неподалеку. А вот и кир Драгор. Императорская гвардия. Сколько с ним человек?

Сколько бы не было. Серебра на всех не хватит.

Покушение на императора. Попытка переворота. Сопротивление при аресте. Этого достаточно, чтобы наконец исполнить заветное желание советников и навсегда избавиться от него. Дим привычно вздернул подбородок. Серебро клубком осело у его ног, как верный пес, ожидая команды.

Лиарен Иланди бросил короткий взгляд на своих бойцов. Перевел взгляд на брата.

— Мы готовы выполнять ваши приказания, сэй!

Удивляться времени не было. Димостэнис пряча ошарашенный взгляд, коротко кивнул.

— Поставить охрану у дверей покоев его величества! Никого не впускать без моего разрешения.

— Служим правителю Астрэйелля!

Как и предполагал главный советник, за Драгором протиснулись гвардейцы, окружив законников, заставляя их отступить.

— Димостэнис, — глава Дома Иланди с трудом отвел взгляд от старшего сына. — Ты сам сказал, что его величество ранен. Ему нужна помощь целителя. Пусти Бриндана.

Дим не ответил, судорожно бегая взглядом от одного лица к другому. Златовласую головку он нашел на одном из отдаленных балконов. Быстрыми шагами преодолел расстояние, разделяющее их.

— Думаю, сэя Дайонте справится не хуже, — подхватил растерянную девушку за локоть и увлек за собой в комнаты императора.

Захлопнулась тяжелая дверь, отделяя их от остального мира. Всего несколько мгновений чтобы броситься в любимые объятия. Порывисто, жадно, касаться друг друга, чувствуя под ладонями знакомое тепло. Уткнуться в волосы, сделать несколько скупых, быстрых вдохов.

— Как ты? — прошептала Олайя. — Я так испугалась! Какой же ты безрассудный!

Он не ответил. Для выражения чувств не всегда нужны слова.

Однако время безжалостно и не дает шансов тем, кто его не ценит.

— Аурино тяжело ранен, — Димостэнис отстранился, — он смог набраться немного сил. У него сильно поврежден хьярт. Ты должна помочь ему.

Олайя растерянно повернулась к двери.

— Дим, — ее взгляд испуганно метнулся к нему, — но сэй Пантерри! Он лучший! Я не смогу!

— Ты сильная! — он взял ее за плечи, тихонько сжал руки. — Ты справишься!

— Нет, — замотала она головой. — Нет!

— Послушай, — быстро проговорил Дим, — то что сказал тебе Пантерри, насчет побочного эффекта — неправда. Твое умение проводить энергии — одна из сильнейших сторон твоего дара. Ты — проводник.

Олайя вжалась в дверь.

— Прошу тебя, Лала, — отчаянно прошептал он, — помоги мне. Я никому не верю кроме тебя. И сейчас мне нужна твоя помощь.

В ее глазах по-прежнему сиял страх и паника. Она убрала его руки, отошла. Подошла к двери спальни, где лежал император. Распахнула, замерев на пороге.

— Прикажите, сэй, пускай поставят мощные огневики по всей комнате. Мне нужна открытая энергия огня.

Глава 16

Как Димостэнис и предполагал все три отряда «летунов», оставшиеся в Эфраноре сейчас располагались на заднем дворе. Он прошелся вдоль стоил, оценивая их силы. Конечно, против армий Пяти Великих Домов им не выстоять. Однако сбор военных формирований дело не быстрое. Несколько дней они смогут продержаться в случае новой попытки нападения. Димостэнис очень верил в мастерство Олайи и надеялся, что большего им не надо.

В штабе его ждали Клит и еще несколько людей, отвечающие за проведения праздничного шествия. При виде его все вскочили на ночи и склонили головы.

— Начинайте, — бросил глава службы, проходя на свое место.

— Все шло по плану, — начал Клит не сводя с него глаз. — Люди ждали и радовались императору, за весь день практически не было никаких инцидентов, за исключением нескольких мелких случаев.

— Что именно?

— Да, — махнул рукой докладчик, — были невменяемые, которые все хотели под копыта императорской лошади броситься.