Смерть дракона (СИ) - Гош Райан - Страница 45

Но следует вернуться. Вернутся в город, что покинули все эти люди. С перемещением на другое место следует переместиться и во времени. Прошла лишь недели после ночи, когда Аарон с семьей покинул Спини Бэй. И хотя почти все герои покинули город, в нём еще остались достаточно интересные персонажи. Судьба, а точнее деньги, свели двоих людей в одном месте. Больничная палата, рассчитанная на двух человек. Обе койки в ней заняты. На той, что находиться ближе к двери воюет со своей левой рукой мужчина. До этого он пользовался только правой и теперь любое дело вызывало у него определенные сложности. Даже поднять ложку с супом и отправить её в рот, оказывалось не так просто. Половина содержимого ложки выливалась на полпути к пункту назначения. Да и супом эту воду назвать было сложно. Металлический прут пронзил желудок человека и всего несколько миллиметров спасли его от попадания в позвоночник. Если раньше это радовало Харриса, то теперь он жалел о том, что не умер.

Как ему вообще удалось выжить? Он потерял столько крови, что даже врачи удивлялись тому, что пациент еще жив. Но Харрис оказался не единственным, чудом выжившим в ту ночь. Гораздо большее стремление к жизни проявил старик по фамилии Йоргенсон, выводивший из себя мужчину. Харрис когда-то слышал эту фамилию, но теперь не мог вспомнить, где и когда. Старик оказался в худшем состоянии чем он сам. Его ногу оторвали, в прямом смысле этого слова, также он лишился кисти одной руки и половины предплечья другой. Но Харриса выводило из себя не это, а то что старик все равно оставался в хорошем настроении. Его кормили с ложечки и кормили нормальной едой, а не этим. Наконец мужчине надоело всё и он бросив ложку отодвинул от себя еду. Неожиданно в палату постучали. В следующий момент в неё зашел человек, уже надоевший мужчине за последние несколько дней. Но в этот раз он готов был стерпеть его присутствие.

— Как поживаешь? — с доброй улыбкой спросил мужчина, бывший с Харрисом одногодком, но выглядел он немного старше. Заботы его состарили раньше, хотя внешне он выглядел очень неплохо. Жирком он не оброс и двигался очень легко.

— Сам знаешь, — недовольно буркнул Харрис. — Оставь свои приветствия Питер, рассказывай, сделал ты то, о чем я попросил?

— Это оказалось не просто, но я выполнил твою просьбу, — улыбаясь ответил Питер Нунан. Он вместе с Харрисом начинал свою службу в управлении, но после женитьбы и рождения детей, работа отошла для него на второй план, и он с радостью стал заниматься вполне безопасной, бумажной работой. — Было странно услышать от тебя такую просьбу…

— Хватит об этом, сделал и забудь, — прервал его Харрис.

— Ты уверен?

Но ответа не последовало. Неожиданно обратил на себя внимание второй пациент. Старик засмеялся. Его лицо просто сияло, и он что-то нашептывал себе под нос. Видимо это его и веселило.

— Что это с ним? — поинтересовался Питер.

— Не знаю, — проворчал Харрис. — Совсем сбрендил. Постоянно смеётся и что-то бормочет. Спать по ночам мешает, а расселить нас не могут, — мужчина выругался.

— У меня для тебя новость, — радостно прервал молчание Питер. Его собеседник не ответил, просто недовольно посмотрел на него. — Теперь ты работаешь в моем отделе.

— Ожидаемо, — быстро произнес Харрис. — Ладно, спасибо за то, что ты сделал. Теперь оставь меня, хочу отдохнуть.

Сказав это, мужчина повернулся на бок, всем своим видом показывая, чтобы гость ушел. Попрощавшись Питер Нунан удалился, он понимал, что чувствовал его друг, по крайней мере он его считал своим другом. Утрата работы, ради которой он вкалывал половину жизни, оказалось сильным ударом для Харриса. Мужчина лежал на кровати и слушал, как тихо посмеивается его сосед. Как же это всё достало! Этот смеющийся старик, эта плохо работающая рука. Но самым ужасным казался голод. Из-за поврежденного желудка он больше не мог нормально есть, по крайней мере первое время, и это сильно выводило его из себя. Страшная мука голода, он не думал что испытает её вновь и делал всё, чтобы избежать этого. Но вышло наоборот. Старик засмеялся, и Харрис скрутился на своей койке. Как же ему хочется умереть.