Судьба эскаписта (СИ) - Сергеевич Егор - Страница 79

В арьергарде нападавших были, в основном, худосочные маги и лучники, которые разлетались словно кегли под натиском непонятного монстра. А громила тем временем, окончательно разогревшись, принялся на ходу отвешивать молотом удары на право и на лево. Не останавливаясь, монстр закричал, воздев свой молот ввысь на поднятой руке. Оружие его засветилась ядовито-зелёным светом, а на броне проступили узоры такого же цвета.

Повинуясь крику, из того же направления стали появляться ящероголовые. Воины племени бросились на наёмников коля их копьями и рубя топорами. Началась сутолока. Задние ряды нападавших надавили на передние. Всё замелькало, завертелось.

— Это что за цирк?! — заорал норд. — Откуда они все вылезли?

— Видать, атака на поселение ящероголовых провалилась, — цокнул языком маг. — Я ведь говорил, что нужно было отрядить туда больше людей.

— Я без тебя вижу, — рявкнул норд. — Я спрашиваю, что это такое за тварь?

— Тоже удивлён, да? — хмыкнул маг. — Он, видимо, паладин. Вот только какого бога?

— Я всё понял, — резко прервал их Иероним. — Мы страшно ошиблись, апостол не ведьма ящероголовых, а верзила в доспехах, крушащий наших людей.

— Ты думаешь? — переспросил маг, недоверчиво посмотрев на жреца. — А кто ж тогда девчонка?

— Всем быть предельно осторожными! — скомандовал Иероним.

— Довольно! — властный женский голос эхом разнёсся по округе. — Я даю вам последний шанс. Уносите отсюда свои паскудные ноги!

Враги не сразу поняли, что фразу сказала маленькая девочка. Маи уверенной походкой приближалась к нападавшим. Её глаза блеснули ярко-зелёным цветом.

— Она и есть богиня, — вздохнул Иероним. — Нужно немедленно определить её имя и фракцию.

— Уже делаю, — отозвался маг, открыв рамку консоли. — У неё статус заблокирован. Везде знаки вопроса.

— Значит, точно богиня, — подытожил Иероним. — Нашла коса на камень…

— Какая разница? — хмыкнул норд, обратившись к жрецу. — Тебе же раньше приходилось сражаться с богами?

— Мы тогда были в полной, хорошо сыгранной команде, — раздражённо ответил жрец. — А кое-кто запретил мне воскрешать Ронина и Детройта. Нас сейчас всего трое, тех, кто может хоть что-то противопоставить ей.

— Завалим. Давно хотел получить достижение «Убийца бога».

— Если б это было так просто, — раздражённо покачал головой жрец. — Ладно, выбора у нас всё рано нет. Однако, надо ещё справиться и с хвостатым апостолом. Из-за близости его божества, он сейчас очень опасен.

— Народ! — рявкнул норд, указывая топором в сторону основной массы ящероголовых. — Ну-ка взяли себя в руки и разобрались с этим динопарком на выезде. А то я сам вас всех здесь порешу!

— А мне что делать? — дрожащим голосом спросил ученик жреца. — У меня же боль включена.

— Что?! — почти фальцетом выкрикнул Иероним. — Почему сразу не отключил? Во время боя это сделать невозможно.

— Но, бос сказал… — залепетал ученик, косясь на норда. — Что первый раз «в поле» нужно быть с включенной болью, чтобы почувствовать мир на себе.

— Какая чушь! — возмутился Иероним. — Чего ты ему наговорил?

— Просто небольшая шутка, — отмахнулся норд в ответ. — Ты же всегда с включённой болью ходишь.

— Я, — это я! — разозлился Иероним. — Ты сам никогда её не включаешь, а других подговариваешь использовать? По прибытии назад, начальство получит докладную. Это — не игрушки.

— Так что мне делать? — ещё более испуганно спросил ученик, продолжая поддерживать барьер с Лили.

— Держись сзади меня и не лезь на рожон, — серьёзно ответил жрец. — Как-нибудь выкрутимся.

***

Лили устало сидела в центре круга, что нарисовал для неё дракон. Сам монстр горланил рядом, будучи сильно раздосадованным. Лили чувствовала, как там, где-то далеко, её сковали в барьер, и всей силы огромного огнедышащего дракона не хватало, чтобы выбраться из него. Птичка же беззаботно чирикала, сидя на ближайшем камне. Казалась, что она совсем не переживает по поводу сложившейся ситуации.

— Проклятый жрец! Я тебя сожгу! Разорву на части, а потом снова сожгу! — бесновался дракон, пуская огненные торнадо в небо.

— Что теперь со мной будет? — спросила Лили, удивившись спокойствию своего голоса.

— Не переживай! Мы выберемся! И тогда этот святоша у меня получит! — как-то не очень уверенно прогромыхал дракон.

Птичка, наблюдавшая за всем, неожиданно закончила петь, звонко рассмеявшись. Дракон перестал кричать, уставившись на неё.

— Что? Тупик? — спросила птаха высоким приятным голоском.

— Ты ещё и издеваешься?! — обиделся дракон. — Это ты всё подстроила!

— Больно надо, — фыркнула птичка.

— Сделай что-нибудь! Они же её не отпустят! — неожиданно жалобно попросил дракон.

— Вот это да! — присвистнула птица от удивления. — Посмотрите! Могучий и грозный монстр просит помощи у маленькой птички.

— Я не разбираюсь в барьерах, — попытался оправдаться дракон.

— Надо было лучше постигать мир. Но тебе же было некогда. Ты играл в революционера… Ладно, так уж и быть! — чирикнула пташка, вспорхнув с камня. — Я помогу, но у меня есть одно условие.

— Условие? — пробормотала Лили.

Лучницу очень беспокоила одна деталь. Голос птички был ей известен. И в тоже время это был совершенно незнакомый голос. Лили никак не могла собрать свои мысли, после того как услышала этот щебет.

— Да, условие! Видишь ли, Змейка своими неумелыми действиями открыла тебе канал. Вечно она так, действует, а потом думает. Именно поэтому ты можешь общаться со мной и с ним.

— Ты хочешь сказать, что это всё из-за того отварчика?

— Именно. Я думаю, ты догадалась, что всё, что ты сейчас наблюдаешь происходит у тебя в голове?

— Теперь догадалась.

— Вот видишь? — хихикнула птичка, поглядев на дракона. — Дочь своего отца.

— Хм! — дракон посмотрел куда-то в сторону.

— Иллилидель, — обратилась пташка к лучнице. — Тебе ещё рано использовать канал. Я помогу, но и заблокирую его обратно. И одного шумного дракона ты какое-то время слышать так же не сможешь.

— Не смей! — выкрикнул монстр, оскалившись.

— Таково моё условие.

— Не соглашайся! — запаниковал дракон.

— У меня есть выбор? — выпалила Лили. — Не хочу, чтобы этот жрец уволок меня! Я принимаю твои условия.

— Замечательно. Здравый смысл восторжествовал.

Птичка сделала кувырок в воздухе и начала увеличиваться в размерах. Постепенно её тело, становясь больше, стало напоминать человеческое. Последовал хлопок, и из красного облачка выпрыгнула девушка. Изящная и стройная, она была одета в атласное длинное платье, переливавшееся всеми оттенками красного цвета от тёмно-бардового, до светло-алого. Волосы девушки также были ярко-красные, но более всего лучницу удивило лицо.

На Лили, задорно улыбаясь, смотрела женщина невероятно похожая на её мать. Но в тоже время, как и с голосом, лицо казалось немного другим. Более утончённое и острое, чем было у её мамы. Да и девушка выглядела гораздо моложе. На вид Лили дала бы ей не больше чем себе.

— Я знала, что тебя это ошеломит! — снова рассмеялась девушка. — Просто этот образ уж больно ярко был выжжен у тебя в памяти, и я не удержалась. Наверное, стоит попросить у тебя прощения за эту прихоть?

— Ничего, — пробормотала Лили. — Ты же сама сказала, что это всё происходит у меня в голове.

— Но это совсем не значит, что всё понарошку, — задорно подмигнула красноволосая. — Теперь, можно приступать к нашей проблеме.

Девушка подошла к Лили вплотную и неожиданно крепко и тепло обняла её. Лили задрожала. Лучница не понимала, что с ней происходит. Эта девушка, напомнив Лили о матери, вскрыла самые потаённые уголки души. То, что лучница пыталась забыть, затолкать подальше и больше не вспоминать никогда, вырвалось наружу. Воспоминания нахлынули словно волны. Дракон, то же почувствовал их, поморщившись, и почему-то снова отвернулся. Лили было больно вспоминать те детские беззаботные годы, что провела она с мамой. И в то же время лучнице снова захотелось оказаться в том уютном маленьком мирке, где она и её мать живут тихо на ферме, огороженные от внешних ужасов.