Четыре грани финала (СИ) - Коншин Данила Владимирович "Airwind" - Страница 91

Вот именно — почему нет.

Провожать меня явились все. Машину времени подогнали в Академия-сити, вдали от взглядов камер и любопытных, так что будущая я без проблем вышла наружу. Как и Веном, по-прежнему контролирующий Крыса. Как и Алистер, рассматривающий окружающих с выражением абсолютной скуки. Как и не отходивший от него Милодар — претензии ИнтерГпола к магу ещё не закончились. Ну и все остальные — Тома с Мисакой и Акселератором, а также Кора с Алисой и Пашкой.

— До чего же старая модель, — Акселератор проверил машину времени и настроил её. — В других обстоятельствах я бы никого за руль не пустил.

— Спасибо, — сказала я, но эспер лишь криво усмехнулся.

— Не благодари. В нашем прошлом я из-за этого мерзавца чуть было не убил тебя, так что теперь приношу извинения. Всё, готово и можно ехать.

— Возьми, — Веном оторвал от себя чёрный шар и протянул мне. — Передай нам в прошлом. Мы разберёмся.

— Хорошо, — я взяла шар, и тот мигом обвился вокруг руки. — И тогда…

Время для речи, это даже они понимают и ждут, улыбаясь. Но ничего особого не выдумывается.

— Я сделаю всё для того, чтобы выстроить ваше будущее. Спасибо вам огромное за помощь и за то, что верите в меня.

— Не надо так официально, — улыбнулся Тома. — И не волнуйся. Ты уже это сделала.

— И нас тоже прости, — добавила Мисака. — Мы тоже какое-то время тебе вредили.

— Обязательно прощу, — остальные тоже пожелали удачи, попрощались — и я залезла в машину.

Грустно расставаться. Но будущая я права, всего лишь пережить несколько месяцев волнений. А затем заслуженная награда, награда в виде будущего.

Во всех смыслах.

Дата уже настроена. Все установлено. Всё готово.

Осталось лишь взяться за руль, нажать на газ — и вернуться в реку времени.

Грань???: новый сбор

Возвращение прошло идеально. Я очутилась в гараже, мгновенно выскочила из машины, не забыв сумочку, и телепортировалась в жилище Дэдпула. Через минуту и он появился из ниоткуда, сразу же радостно завопив:

— Что, с путешествиями во времени покончено? Наконец-то? Кэйбла там по дороге не захватила?

— Нет, увы, — я улыбнулась ему. — Тебе не надо ничего рассказывать, да?

— Нисколько, я уже зевал от чтения этой арки. Экшона хочется. Сейчас, подожди, устроим чаепитие, — Дэдпул вынул из ниоткуда и напялил на себя здоровенную шляпу, затем из ниоткуда же выудил чайник и налил в стоявшую на столе чашку.

С расстояния метров в пять.

— За зайца не беспокойся, он мне уже глючится, — указал он на свободное место. — Начинаем безумное чаепитие! За которым обсудим безумные планы!

— Не такие и безумные, — я уселась за стол, и Дэдпул с такого же расстояния налил мне чаю. — Раз сработали.

— Сработавшие планы всё ещё могут быть безумными, — Дэдпул уселся напротив и налил чай себе в ухо, прямо сквозь маску. — Хм, а это не так уж и противно. Прочищает, я бы сказал.

Я посмотрела на идущий от моей чашки пар и ничего не сказала. Дэдпул потряс головой, вылил оставшийся чай видимому только ему зайцу и уставился на меня.

— Ну, начинай, — дружелюбно сказал он. Я кивнула, собираясь с мыслями.

— В общем, я думаю… нет, я абсолютно уверена, что пандемия случилась из-за меня. Но не напрямую. Видишь ли, я… ещё когда была жива, я какое-то время ненавидела весь мир.

Это давалось труднее. Хотя вроде бы проговорила про себя, что именно должна сказать, но сейчас слова не шли. Дэдпул пил чай — опять сквозь маску — и молчал, никак не направляя разговор.

— Я… ну, не надо объяснять, почему. Я была уверена, что весь мир состоит из плохих людей и… что я совершенно ему не принадлежу. Что я чужая для человечества. И что всё оно злое, плохое, ничтожное, терпеть меня не может…

Стыдно даже вспоминать.

— Но даже с такими мыслями я всё равно продолжала верить, что в мире есть добро. И как-то постепенно начала читать всякое… в Интернете. Истории людей. Самые разные, и плохие… и хорошие. И как-то всё больше искала именно хорошие, потому что в плохих… там была одна ненависть. Такая же ненависть, что мне и каждый день по горло хватало, в реальности, — кажется, стала увереннее говорить. — И хорошие истории все такие… такие разные. О помощи людям и животным. О том, как люди выполняют свою работу. О любви к близким, и не просто «я люблю», а какие-то подарки, совместное веселье, ду… душевность, да. Хобби самые разные. Храбрость, самоотверженность, помощь за просто так. Все те, кто стоял за созданием моих любимых шоу, дарящих мне столько хорошего. И я просто смотрела на всё, и думала, что это только то, чем делятся в Интернете — а сколько же остаётся незамеченным. И что люди такие по всей планете, не в какой-то одной стране или даже континенте, нет, они везде такие. И я… я поняла, что не могу их ненавидеть. Не могу вообще ненавидеть людей. Они не виноваты в том, что я родилась тут, среди совсем не таких. Скорее, я виновата в том, что не сумела сразу распознать их, не сумела затаиться и накапливать силы, сама себя к ним привязала. Если кого и надо ненавидеть, то только саму себя. Не людей.

Дэдпул смотрел на меня, всё ещё не прерывая. Знает, что я не закончила.

— Но хоть я и отказалась от ненависти к человечеству, что-то осталось. Иногда накатывает. Я при жизни боролась с этим, думаю, что успешно… и тут в меня влез Карнаж.

Ни одной сальной шуточки. Спасибо.

— Он вернул ко всей этой ненависти, даже сделал ту сильнее… и тогда я поняла. Этот мир сделан по моим лекалам. Я в какой-то момент ненавидела человечество и не сумела полностью отказаться от этой ненависти. Отчего сразу три пандемии прошли и едва всё не уничтожили. Я ещё и поэтому должна сделать всё для того, чтобы появились лекарство и вакцина. Спасти мир, что сама же погубила. Надеюсь, это не прозвучало слишком пафосно?

— Прозвучало, но всем срать, — Дэдпул отсалютовал чайником. — Главное что ты моё уважение заслужила.

— Уважение?

— Ну да. Ублюдки носятся с мизантропией так, словно это светоч жизни, а ты пнула её под зад и сказала «Пшла нахуй, сучка». Такое можно лишь уважать.

— Я не думаю, что это мизантропия. Она ведь психическая болезнь…

— Скорее признак болезни. Но ты же знаешь этих шлюх, — Дэдпул отпил из чайника, теперь хоть ртом. — У одних депрессия, у других мизантропия, у третьих остеохандрия, пожалейте нас и окружите вниманием, и только попробуйте вякнуть, что с таким надо к психологу быстрее избавляться! Поверь, я в этом разбираюсь. Так ведь, друг? — он стукнул чашкой об чашку вымышленного зайца. — И да, не предлагай мне психолога, он мне в хуй не поможет. Это другое!

— Хорошо, не буду, — странно, но ужимки Дэдпула меня нисколько не раздражали. — Но мне нужна твоя помощь. Я помню, что ты говорил, и не отрицаю, что должна справляться сама. Но… я даже со всеми выданными знаниями нуждаюсь в тебе.

— Да знаю я. Свести с нужными людьми в нужных местах, такое всё. Сейчас, заяц чай допьёт и пойдём.

— Хорошо, путешествия во времени, понял, — Человек-Паук сидел рядом с каменной гаргульей на самой крыше и слушал нас. Точнее, Дэдпула — я предпочитала молчать, дабы не выболтать ненужную правду. — Но ты уверен, Вейд? Обвинять Академия-сити в том, что они хотят заразить весь мир, чревато.

— Поправка, — Дэдпул важно поднял свой оторванный палец, что сам же и оторвал, без всяких объяснений. — Не Академия-сити, а Алистер. Сам город не знает и пресёк бы, там не мудаки живут. То есть мудаки, но не такие мудаки, чтоб прям мудаки.

— Допустим, — Человек-Паук посмотрел на меня. — Но странно, что из всех вариантов ты решила обратиться к Вейду…

— Питер! — Дэдпул в ужасе прижал руки к щекам. — Ты мне не доверяешь?

— У меня чувство опасности молчит, да, но я уверен, что вы оба недоговариваете. Здесь что-то больше чем гостья из будущего, спасающая планету от пандемии?